Река, текущая вспять

Опаснее всего стать рабом привычки.

Жизнь слишком коротка, господин Томек, чтобы тратить ее на неприятные вещи.

Жизнь длится одну секунду, и эта секунда вмещает в себя вечность.

Цвета радуги сливались с водяными брызгами, разноцветные капельки освежали лицо, разбиваясь звенящими нотками, похожими на звуки арфы. «Если это конец, — подумал Томек, вслушиваясь в небесную музыку, — то можно сказать, что мы умерли красиво…»

Что такое парусник без парусов? Все равно что невеста без фаты или павлин без хвоста… Когда матросы поднимают парус за парусом, и те вздуваются и хлопают, ловя ветер, чувствуешь, как и в тебе поднимаются радость и сила.

Когда постоянно живешь среди себе подобных, превращаешься в идиота.

У меня никогда не бывает работы, я тебе уже говорил. А тем более отдыха. Всё это просто-напросто жизнь, и она идёт своим чередом.

Когда я умру, Томек, поплачь немного, если не сможешь иначе, но не долго, прошу тебя. Можешь изредка наведываться ко мне на могилу… словом, пойми, что меня больше нет. Если захочешь меня повидать, посмотри вокруг. Ты увидишь деревья, качающиеся на ветру, лужи, птичку или резвящуюся собаку — я буду в них.

Видишь ли, Томек, я уже ни на что не годен. У меня болят кости. Мне будет лучше в твоей памяти, чем на сквозняке в лавке.

И потом, что толку было грустить? Грустить невежливо, понял он, и решил побольше думать о других и совсем чуть-чуть – о себе.