Расплетающие Сновидения

Воинственно уперев руки в бока, перед нами стояла зеленомордая личность, относившаяся к какому угодно биологическому виду, только не к homo sapiens. Было это создание метров трёх с половиной ростом, массивно, ушасто и явно очень недовольно.
— Кого ещё Дикий Волк принёс на ночь глядя?
Я ошарашенно мигнула. Это ещё говорит? То есть я, конечно, знаю, что разум принимает иногда самые диковинные очертания, но по виду этого обряженного в кожу и мех громилы никак нельзя было сказать, что его артикуляционный аппарат приспособлен к человеческой речи.

— Гостей. — Аррек, мой безукоризненно вежливый, лощёный Аррек смачно сплюнул прямо с седла. — А если ты, гоблинская рожа, всех гостей встречаешь таким манером, то в ближайшем будущем рискуешь оказаться настолько разорённым, что даже шкура твоя окажется прибитой к чьему-то полу в качестве ночного коврика.
Л’Рис в восхищении распахнул голубые глазищи, впитывая каждое слово.
Конюший смерил нахала в кольчуге прищуренным взглядом. Особенно подробно рассмотрел висящий за спиной меч. Покосился на всем своим видом демонстрирующего, как ему скучно, Дельвара.
— А ты кто будешь, чтоб предсказывать? Никак пророк?
Оно ещё и с чувством юмора!
— Я пророк, — мягко-мягко, увещевающе ответил Видящий Истину. — Я настолько великий прорицатель, что прямо сейчас тебе предрекаю: если не двинешь в сторону и не примешь лошадей, будешь долго собирать зубы по полу.
— Ничо. Новые вырастут. Чай, не задохлик вроде вас, хумансиков, — хладнокровно парировал конюший.
— Слышь, мужик, кончай рэкет, — вдруг посерьёзнел Аррек. — Не видишь, что ли, с нами дамы? Пусти в тепло, а там уж обсудим вопросы платы.
Так это что, было прояснение размеров оплаты?

Северд-ин проскользнули с небрежным изяществом, будто никакого препятствия и не было. Так я и не поняла до конца этой их врождённой способности пропускать сквозь себя любое воздействие, любую силу, кроме разве что прямого удара мечом. Они настолько не принадлежали нашему миру, что не удосуживались даже для вида следовать его законам. Безликие просто есть где-то рядом, то ли в мире чистой информации, то ли вообще в астральных сферах. Но, когда дело доходит до выбивания зубов, они становятся вполне материальными. А большего и не надо.

"Оу! Стой, стой! Хоро-оший мальчик. Не надо сообщать хозяевам о моём присутствии. Хороший мальчик! Биопроцессоровый ты мой. Иди к мамочке…"
Это действительно звучало как обольщение — мурлыкающие интонации, хрипловатый, обволакивающий голос.
Я только ушами тряхнула, ошарашенная и позабавленная одновременно.
Тем временем совращение компьютерной программы шло полным ходом. Кесрит льстила и раздавала авансы. Полуразумное сборище битов и байтов отнекивалось, судорожно прикрываясь инструкциями и требуя коды доступа. Как девственница, пытающаяся натянуть простыню до подбородка. И с тем же примерно успехом. Кесрит, правда, так и не смогла окончательно запудрить электронные мозги, но сопротивления по типу «взорвусь, но не пущу» со стороны автоматических систем охраны не предвиделось.

Эль-ин никогда не признавали стадной логики. Если кто-то достигший совершеннолетия и признанный дееспособным сам влип в неприятную историю, он сам же из неё и должен себя вытащить. Может быть, с помощью родственников, друзей или подчинённых, ежели таковые имеются (что бывает отнюдь не всегда). Не смог — что ж, закон биологического отбора в чистом виде. А втягивать всю остальную расу в личные заморочки какого-нибудь придурка — увольте. Учитывая количество придурков на душу населения, эль-ин, вздумай они объявлять войну всякий раз, когда кто-нибудь вдруг не сходился во мнении с представителем другого народа, давным-давно бы вымерли.