Блокадная книга. Часть первая

"Умереть не трудно, умирать очень тяжело…"

Из дневника Г. А. Князева

Сколько можно, оказывается, сделать, когда ничего уже сделать нельзя, какие можно найти слова, какие чувства извлечь, как много можно (спокойно!) потребовать от других и от себя самого, когда, кажется, никто и ничего уже не в состоянии…

Благородство не нуждается в обоснованиях. Обоснования нужны подлости, низости, даже слабость часто драпируется под необходимость, а уж корысть, эгоизм и тем более бесчестие - все они убедительно красноречивы, у них множество причин, они привлекают в оправдание и психологию, и экономику, и историю.

"Только бы всё это пережить! Тогда уже будем ценить каждый кусочек хлеба - не так, как раньше, даже не хотели смотреть на него... А теперь вся жизнь зависит от этого хлеба и воды." Из дневника Елены Николаевны Аверьяновой-Федоровой. 22. 01. 1942.

"Захоронение мертвых - зимой это стало проблемой едва ли не первоочередной: грозили эпидемии, которые добили бы живых, если вдруг бы кончился мороз."

Ты философски смотришь на жизнь, ... а я ее люблю просто... Понимаешь, люблю жизнь...

Открывали других, открывали и себе - с лучшей стороны. Блокадная жизнь, конечно, обнажила и самые затраченные, скрытые пороки человеческие, которые в обычной мирной жизни часто маскировались красивыми речами, заверениями, умением понравиться, быть душою общества и тому подобными способностями.

И здесь нужно только отвернуться. Но теперь уже и отвернуться не могу.

Жители этого города должны, обязаны были умереть, а они продолжали жить, они двигались, они даже работали, нарушая незыблемые законы науки.