Собрание прозы в 4 томах. Том 1

С книгами Сергея Довлатова я впервые решила познакомиться лет в четырнадцать - после юмористических повестей Данелии рука как-то сама потянулась за Довлатовым. Но папа одернул, сказал, что читать Довлатова мне еще рано - не доросла. И оказался прав. В лицейском литературном классе сборник рассказов "Чемодан" произвел на меня огромное впечатление. Кроме Довлатова для меня не существовало ни одного автора, поэтому с удовольствием взялась его перечитывать курсе на втором журфака, найдя книги писателя в списке обязательной литературы к прочтению.

Преподаватели относились к нам строго - по тематике заставляли читать все. Поэтому "галопом по европам", проглотив "Зону", понеслись лагерные романы Солженицына, "Колымские рассказы" Шаламова. К своему стыду, толком не поняв и сути, я считала, что достаточно хорошо разобралась в творчестве Довлатова. Моих знаний хватило на небольшой анализ сюжетных линий, я начала понимать, что все-таки тема не определяет суть автора - произведения лагерной тематики трех гениев очень разные, если не сказать - полярно противоположные. Сам Довлатов писал когда-то своему редактору, что целью его не было описание жизни заключенных в лагере, он хотел показать сущность самих людей, рассказать про сложные страшные непонятные судьбы.

"Не важно, что происходит кругом, важно, как мы себя при этом чувствуем. Поскольку любой из нас есть то, чем себя ощущает".

Кроме того, у Довлатова все-таки речь идет о настоящих преступниках - злодеях - убийцах, насильниках, маньках, мошенниках, ворах, у Солженицина - об осужденных по 58-й статье. Еще одно отличие - Довлатов, в отличие от Солженицина, не являлся заключенным - он служил в войсках охраны. И ему, как никому другому, удавалось подметить те неявные проблески величия и стойкости духа в людях, которые, казалось бы, совершили самые страшные поступки в своей жизни.

Пьянство, разбой, насилие, дебоши - повседневность лагерной жизни. Описывать не буду - любопытный прочитает самостоятельно. Одно скажу: всему свое время - к подобным книгам нужно подходить осмысленно. Спасибо папе.

"Ад - это мы сами".

Если после Ремарка кажется, что хуже, чем война ничего нет, то тут влетает Довлатов и бросает в тебя несколько рассказов о советской армии, как бы приговаривая: "дружочек, еще есть куда падать". В них он описывает свою службу в армии, как лагерный охранник, где задается вопросом кто именно тут заключенный: зеки, которые совершили ужасные преступления или охранники, что по воле государства вынуждены находится в дали от цивилизации, где-то посреди бесконечной зимы. А контингент только давит на психику солдат, от чего они начинают уподобляться ему, теряя человечность и сострадание. Сам роман написан очень рвано и по началу очень сложно следить за сюжетом, но несколько рассказов покрывают эту погрешность и вся абсурдность режима показывает свое нутро.

Четырнадцать самостоятельных рассказа о жизни надзирателей и заключенных созданных на основе службы Сергея Довлатова в военизированной охране. Повествование происходит в виде не систематизированного дневника, разграничивающегося письмами автора к издателю Игорю Ефимову, в которых присутствуют: разъяснения жаргона (но к сожалению не всего), осмысление написанного спустя годы и философские размышления о человека и окружающем его мире.
Книга, понятно из названия, не рисует радужные дали, но среди весьма гнетущего и отягощающего: описания окружения, людей и их поступков; всё уравновешивает зоркий юмор. Произведения меня не разочаровало, но я бы не назвал его (для себя) лучшим у афтора. Читается тяжеловато, больше из-за удручающего антуража. Так же было занимательно рассуждение Довлатова о «убедительных, логичных случайностях» и «Человек человеку - табула раса».
Советую к ознакомлению, если вас не отпугивает декораций повествования. Хуже от прочтения не станет, а задуматься о истинности человека захочется.

Зона Довлатова - книга-назидание потомкам от человека, который жил в грусти и тщетно хотел писательской славы, но жизнь распорядилась по-другому. До самой смерти в США Довлатов так и не издал ни одной книги на родине.

Всем, кто берет у меня почитать Довлатова, я рекомендую знакомиться с его произведениями строго в таком порядке: Зона - Компромисс - Заповедник.

Зона - знаковое произведение, начало начал довлатовского стиля, некий компромисс между классической музыкой и шансоном. Не рекомендую Зону особо впечатлительным и романтическим натурам, будет больно.

Повесть построена как чередование историй зеков и надзирателей с письмами автора к издателю. Если Вы подумали, что это книга о лагерях и зеках, то Вы ошибаетесь, это книга о жизни и людях.
В книге нет каких-то особо душераздирающих историй лагерной жизни, идея книги была не в этом. Автору хотелось подвести читателя к зеркалу, чтобы читатель понимал, что он ничем не отличается от преступника.
Ведь преступник – это такой же человек, как и Вы, да он совершил ошибки на своём пути, но ведь не от хорошей жизни он их совершал?

Довлатова интересно подчёркивает происхождение зла (а соответственно и преступности). «Зло определяется конъюнктурой, спросом, функцией его носителя». А также зло определяется фактором случайности, стечением обстоятельств.
Да, в книге упомянуты некоторые детали жизни зеков, к примеру, то, что заключенный татуировал у себя на лбу «раб МВД», после чего был натурально скопирован двумя тюремными лекарями, или массовые оргии лесбиянок, насилие скота, приготовление из чая подобия наркотического средства и так далее, но Довлатов не раскрывал эти темы, а лишь в скользь упомянул их.
И даже в скользь, изучив эти подробности, ты сразу можешь понять почем люди, попадая в тюрьму меняются. Кто-то в лучшую, а кто-то в худшую сторону. Вы можете на воле быть боксером, а попав в тюрьму, станете лагерной "дуней" с накрашенными губами.

Прочитав книгу, Вы также потяните свои знания в «фене»:
"В дамках"
"Лепила"
"Бугор"
"Зековский треух"
"Мансы раскидывать"
"Чернуха"
"Кирной" -
"Стаканы"
"Шныри" и т.д.
Прошу заметить, в 2013 году повесть «Зона» была включена в список «100 книг», рекомендованный Министерством образования и науки РФ школьникам для самостоятельного чтения. На минуточку!