Цитаты из книги Девятое сердце земли

– Убирать, чистить, драить – это всё полезно. Не стыдно. – Нильс с энтузиазмом принялся за уборку. Он говорил будто сам с собой, рассуждая вслух. – Стыдно пачкать и мусорить. А если ты убираешь, значит, в тебе много чистоты, ею ты и делишься. А вот тот, кто плюнул на палубу, вот этот человек изнутри грязью вымазан, в нём её так много, что не умещается. Вот он и вываливает свой мусор наружу, в нём же самом этого избыток. Чем делишься с миром – такой ты и есть.

Война, убийство, предательство - разве не достаточно по-человечески?

А ты болен. Ты болеешь самим собой и оттого несчастен.

Чтобы отражение в зеркале переменилось, должен перемениться и тот, кто стоит перед ним, на то оно и зеркало.

– Вы говорите о ненависти, господин. Ненависть – это всегда часть нашей природы, тут уж ничего не отнимешь. Но нам даны разум и добродетель, чтобы подавлять её, ограничивать или избегать. Те, кто жаждут войны, умело путают разум, и добродетель перестаёт сдерживать ненависть. Она начинает её питать. Знаете, что происходит с таким миром?

для солдата мокрые ноги многим хуже пустого желудка

Война проиграна всеми, сразу, как только началась.

Победа в войне - это разгром врага, его полное уничтожение или хотя бы существенное угнетение экономики. Все понимают, что этого не случится, для того мы и здесь. И эти переговоры - не что иное, как попытка каждой стороны не остаться в проигрыше. Влияние, производство, товарооборот. Первостепенная задача - разыграть эти карты.

Зачем мы воюем? Защищаем страну. А что это, если не люди?

Мы были бесстрашны не перед силой врага, но перед собственным ужасом.

Смерть - скучное понятие, умирает дряхлый больной, немощный старик, трясущийся от страха солдат. Мы шли вперед, как на параде, глядя на летящие на нас пули. Это, господин Форальберг, не смерть, это славный финал. Фееричный. Гордый. Чуешь разницу7

Он стоял на подгнившем мостике, под ним бежал поток густой черной жижи, а на разных берегах его ждали Якоб и Нильс. Большое, сильное, уверенное в себе зло - и юное неокрепшее добро, считающее себя призраком в этом материальном мире. Есть ли они на самом деле, или это игра его воображения? Может, он умер давно, и теперь должен сделать последний выбор, и его зовут с обоих берегов, протяжно, как пса, и глядят, к кому из них он побежит?

- Победит то, что я выберу.

• Только у тебя в башке. <...>
• Этого достаточно...

Эволюция людей - это эволюция войн.

Ты думаешь, что своими деяниями меняешь реальность, меняешь самого себя, безжалостно воротишь нутро, чтобы стать чем-то большим, кем-то лучшим. А позже оказывается, что ты просто часть плана и так должно было случиться в чьих-то целях.

Ты как будто теперь навсегда принадлежишь этой проклятой Горе. Она не отпускает тебя, хоть и разрушена. Ты не можешь отличить плохое от хорошего, ты ждешь, когда Гора решит за тебя. Так нельзя.

- Я так много всего разрушил, Шивон... Едва ли я смогу теперь построить хоть что-то. Она неожиданно положила ладонь на его руку, но тут же убрала.

• Все разрушают на войне, Конмаэл. Это такая данность, с которой мы ничего не можем поделать. Но, когда знаешь, что есть те, кто сможет потом создать, становится не так грустно. Это надежда на будущее.