My Year of Rest and Relaxation

Уж не знаю, что такого "охрененно смешного" нашла Лина Данэм в этой книге, очень грустной по сути своей. Вроде как у безымянной рассказчицы все есть: привлекательная внешность, стройная фигура, здоровье, молодость (ей 26 лет), хорошее гуманитарное образование, работа в арт-галерее, роскошная квартира на Манхэттене, неплохое наследство от родителей, нет иждивенцев. Однако автор слой за слоем, словно луковицу, развенчивает этот гламурный образ и показывает глубоко несчастную женщину. У всего, мол, есть оборотная сторона: родители, хоть и были богаты, не любили друг друга и дочь, отец занимался научной работой, мать проводила дни в постели, накачиваясь алкоголем и таблетками, девочку растили няньки. Отношения подросшая героиня завела с очень странным типом - манипулятором, как огня боящимся привязанности, с садистскими наклонностями. С лучшей подругой тоже дружба странненькая - та в открытую завидует героине и раз десять за книгу повторяет: "Это несправедливо". Несправедливо, что у подруги второй размер одежды, а у нее четвертый, что у подруги есть квартира в центре, а она вынуждена ютиться на крохотной съемной, что у подруги есть деньги на дизайнерские шмотки и она влегкую может вообще не работать, а ей приходится вкалывать, чтобы заработать на кусок хлеба, и все в таком духе.

Героиня дрифтит по жизни и не очень понимает смысла своего существования. Ей приходит в голову идея взять паузу на год и все это время проспать (а на прощание устроить в арт-галерее мерзенькую инсталляцию в лучших традициях известного анекдота). Она находит психиатра, у которой с врачебной этикой, образованием и профессионализмом совсем все плохо, и получает от нее рецепты на десятки препаратов, от хорошо изученных до экспериментальных. И понеслась душа в рай - сначала были месяцы валяния перед теликом с провалами в наркотический сон, алкоголем, лунатизмом и эксцентричными поступками (блин, она же видела, до чего довела себя ее мать, зачем??), потом более осмысленные четыре месяца с контролируемыми отключками на три дня и кратковременным бодрствованием между ними, все это под присмотром приятеля-художника, который сделал себе имя, рисуя картины подкрашенной спермой (чувак натурально засовывал себе в член шарики с краской, а чем зарабатываете на жизнь вы?).

Усугубляется все тем, что год отдыха и релакса начинается летом 2000 года, то есть сытая благополучная Америка, где можно маяться такой дурью, на всех парах летит к 11 сентября, и финальные строки романа, когда героиня на репите смотрит кадры обрушения башен-близнецов, заставляют задуматься: "Вот она, человек, ныряющий в неизвестность, летящий навстречу неизвестности, и сна при этом у нее ни в одном глазу" - ирония в том, что, готовясь к четырехмесячной спячке, героиня ставит на входную дверь замок, открыть который изнутри можно только ключом, и думает, что если с другом-художником что-то случится, то останется только выйти в окно.

При чтении не раз вспоминался прекрасный роман «Женщина, которая легла в кровать на год» Сью Таунсенд , но у этой книги и тон другой, и юмор сильно чернее, и ситуации разные. А уж коронные мошфеговские сравнения, от которых мне еще в "Эйлин" было дурновато - "шардоне цвета мочи", "креветки в салате похожи на лобковых вшей" ... Не читайте это за едой или на сон грядущий, я предупредил. Героиню при чтении будет хотеться убить, встряхнуть, придать ей ускорения - это тоже нормально, автор своих героинь специально создает такими неприятными, но вместе с тем живыми.

Это одна из самых странных книг, что мне довелось читать в последнее время, и странная она не замысловатым сюжетом, не фантасмагорическими событиями, не элитарным/примитивным языком, не героями, выпадающими из общепринятой реальности, она странная тем, что она странная, написанная непонятно про что и непонятно для кого. И вот этой своей странностью она и цепляет. Меня, по крайней мере, зацепила.

Что мы имеем: главную героиню, чье имя так и не будет упомянуто (кажется) и от чьего лица ведется рассказ. Это очень странная девушка (ага, это слово я буду часто здесь использовать). Она молода, красива, умна (точно не глупа), богата, ничем не связана. Ее родители умерли, оставив ей состояние. Ее подруга проявляет активную заботу, но не совсем уж достает. Ее парень, если этого говнюка можно назвать парнем, то появляется на горизонте, то смывается с него в унитаз, как и положено говнюку. Но если судить по монологу девушки, она ни к кому особо не привязана эмоционально. Еще у нее есть работа, на которой ничего не надо делать, но даже ее она умудряется запороть. Проблема героини - а проблемы есть даже тогда, когда у тебя денег куры не клюют, а выглядишь ты, как фотомодель - состоит в том, что жить ей не интересно. Возможно, мы встречаем ее уже после эмоционального выгорания. Все-таки смерть обоих родителей в течение одного месяца и расставание с любимым человеком - не фунт изюма. В любом случае, перед нами девушка с единственным желанием - поспать.

Поспать мы все любим. Особенно, если на работу приходится вставать затемно, или вы молодая мама, или студент во время сессии. Мысль о том, что можно лечь в кроватку и проспать 24 или 48 часов, кажется невероятно притягательной. Но наша героиня на мелочи не разменивается, она собирается проспать год. Да, план именно таков, в течение года практически ни с кем не общаться, почти никуда не выходить, большую часть времени провести в сладких объятиях Морфея. С этой целью она находит "самого безответственного и неадекватного психотерапевта в Нью-Йорке", который готов выписывать ей снотворные без ограничений. Героиня глотает таблеточки, в стопяццотый раз пересматривает любимые фильмы на видео, спит. В принципе, я пересказала весь роман. Как я уже говорила, это странная книга.

Как я опять-таки уже говорила, повествование ведется от лица ГГ, прием, который я не очень люблю. Тем не менее, здесь он оправдан, так как позволяет нам попасть если не в голову протагониста, то по крайней мере в ее психоэмоциональное поле. Книга действительно цепляет, на каком-то подсознательном уровне, гипнотически погружает в состояние, близкое состоянию героини. Головой совсем не понимаешь, что творится, но в глубине души признаешь, что иначе нельзя. В какой-то момент возникает желание задернуть шторы, отключить телефон и раствориться в депрессии героини Мошфег. Книга депрессивна? Да, она депрессивна, уныла, мрачна, бессобытийна и все же она не отпускает.

Итак, это странная, вызывающая сильную эмпатию книга. Что еще можно о ней сказать? Ну, она очень американская. Во-первых, действие происходит в Нью-Йорке, символе американистости, неком воплощении Америки для всего мира. Роман охватывает 2000-2001 годы, отрезок времени, когда в США произошли события, повлиявшие на всю современную историю - террористические акты 11 сентября и падение башен-близнецов. Эта трагедия находит отражение и в книге. Башни Всемирного торгового центра тоже возникают там неоднократно. И хотя 11 сентября навсегда изменило весь мир, это прежде всего американская история, событие, вошедшее в американский культурный фон, неудивительно, что серьезное американское литературное произведение не может его обойти вниманием. Но это роман не о терроризме, на первый взгляд. С другой стороны... С другой стороны, с тех пор в наших сердцах навсегда поселились тревога и страх, а героиня, словно предчувствуя события, уже в них погружена. Она не может быть счастливой, а о каком счастье можно говорить в свете надвигающегося кошмара? Она надеется на новую жизнь после своего продолжительного сна, что ж, после 11 сентября жизнь и правда станет иной. Забавно, что на протяжении всей истории она покупает кофе в магазине у египтян. После 11 сентября для этих людей все тоже изменится, их лица, привычные и внушающие спокойствие, станут лицами врагов.

Во-вторых, психотерапевт. Все мы знаем (из фильмов и книг), что американцы помешаны на психоаналитиках и ходят к ним с завидным постоянством. Не ходить к психологу даже считается зазорным, типа не признаешь своих проблем или бежишь от них. Что ж, по этой американской священной корове Мошфег очень хорошо прошлась. Вообще, "Мой год отдыха и релакса" можно рассматривать как сатиру на общество, повернутое на психоанализе. Во-первых, все, что может этот психоаналитик, это выписать кучу лекарств, совершенно не заморачиваясь с диагнозом. Во-вторых, среди странных персонажей этой книги доктор Таттл - самый неадекватный. Порой кажется, что эта дама - просто хитрая мошенница, готовая за деньги толкать колеса своим пациентам-чудикам. А порой - что ей и самой не помешала бы помощь специалиста.

В-третьих, стеб над современным искусством. Все эти модные галереи, эпатажные художники, арт-объекты, инсталляции и перформансы - автор откровенно издевается над современной художественной индустрией. Действительно, индустрией, ведь истинного вдохновения здесь почти не осталось, всем правят деньги, главное - потрясти зрителя, шокировать его, а потом слупить с него побольше бабла. Неудивительно, что работающая в этой сфере героиня постоянно норовит уснуть в подсобке. Такое "искусство" только и может, что навевать сон и скуку.

Ну и наконец главный оплот американской идентичности, главный кит, на котором стоят старые добрые Соединенные Штаты - индивидуализм. Вот тоже парадокс: с одной стороны весь этот тимбилдинг, корпоративный дух, а с другой - нигде самостоятельная личность не пользуется таким уважением и не воспевается так, как в Америке. И снова автор возводит эту черту своих соотечественников в степень абсурда. Индивидуализм героини зашкаливает, как зашкаливает обособленность всех остальных персонажей. Складывается впечатление, что каждый из них пребывает в раю солипсиста, все диалоги - это закольцованные монологи: я говорю с собой, ты говоришь с собой, так как мы говорим одновременно, то кажется, что мы говорим друг с другом, но это неверно.

В итоге, перед нами очень странный американский роман с легкой претензией на Величие. Уместно здесь вспомнить Филиппа Рота с его "Американской пасторалью" , где Американская Мечта разбивалась сюжетно и почти линейно, невзирая на некоторые постмодернистские компоненты. Отесса Мошфег же доходит до деконструктивизма, доводя каждый элемент американской идентичности до идиотизма и тем разбивая само понятие вдребезги. Уверена, что пройдет время, и "Мой год отдыха и релакса" будут изучать в университетах и разбирать на литературных семинарах. Возможно, он даже попадет в хрестоматии, чтобы проиллюстрировать тот момент, когда американская литература смогла переступить через труп Великого Американского Романа и пойти дальше.

Понятия релакса и отдыха у всех разные. Кому-то достаточно съесть мягких французских булок и выпить чаю, кому-то – провести время на Лазурном берегу, нежась в море и под теплом солнца, кто-то предпочитает залечь на диван с фильмами или книгами, а кто-то просто решает весь год проспать. Проспать в самом прямом смысле слова, не вылезать из сонного состояния практически круглосуточно, редко мыться, не приводить себя в порядок, оборвать все связи и в редкие часы бодрствования лишь смотреть фильмы. Докатиться фактически до обнуленного состояния, быть максимально физиологичным (=грязным): ходить со скатанной в уголках губ и глаз грязью, отросшими и выглядывающими из-под белья волосами на лобке, нечесаными волосами и резким запахом пота. Боди-позитив! "Здоровый сон необходим для адекватной работы всех систем организма, в том числе иммунной". А если сон нездоровый? Вызываемый седативными препаратами? Звучит как ад, а не отдых. Сон превратился в способ уменьшить энтропию вокруг себя, внутри себя, и вернуть все системы в изначальное и упорядоченное положение. Странный способ эскапизма и решения проблем, но когда ты живешь на Манхэттене и имеешь достаточно средств для того, чтобы позволить себе целый год не работать – почему бы и нет. "Одна из основных функций сна – поддержание нормального психоэмоционального состояния человека". Близкие и родные люди – это радость. И они способны вытащить тебя из болота депрессии, помочь в беде, поддержать и направить. Они даются не всем, и каждый такой человек – маленький, но хоть какой-то смысл быть здесь. Но в самой героине нет жизни, она лишь набор функций, полностью безликая. Антигерой, которая пытается идти против всех стереотипов о женщинах, навязанных обществом. Хорошенькая и стройная блондинка, она не первый год терзает себя в агрессивных и подавляющих отношениях с бойфрендом Тревором. Упоминания их половых актов, его насилие в виде грубо вставляемого в рот члена (это, конечно, круто, но когда вы на одной волне) бесконечно омерзительно, но еще более омерзительно её терпение и неуважение по отношению к себе. Единственная подруга Рива, страдающая булимией, которая бесконечно завидует стройности и худобе героини. Их ничто не связывает, они так и видятся по привычке, внутренне давно устав друг от друга. Одна – в релаксе, вторая – в блеваксе. Доктор Таттл, мутный врач-психиатр, шарлатанка, непонятно каким образом ведущая свою практику. Как будто бы ставящая опыты на своих пациентах из спортивного интереса. Назначающая дикое количество адских препаратов от бессонницы и снятия тревоги, в том числе и те, которые еще не до конца прошли клиническое тестирование. Тетушка-трикстер. В романе нет ни одного привлекательного персонажа – даже мертвые не вызывают никакого интереса или сочувствия. Их большое достоинство в том, что они уже умерли. "Благодаря стадии глубокого медленного сна при пробуждении мы чувствуем себя отдохнувшими". Несмотря на то, что книга читается на одном дыхании и очень быстро, не оставляет ощущение того, что Отесса Мошфег опоздала с ней почти на 20 лет. Как будто пересматриваешь в 2019 году первые сезоны "Секса в большом городе". Описываемые реалии уже воспринимаются нами как что-то давно забытое, сатира о состоянии всей Америки вышла какая-то неловкая. Неспроста часто упоминаются даты, неизбежное (9/11) становится всё ближе и ближе. Вялое и ровное повествование в конце скатывается в минор, которому уделена ровно страница. И вот сидишь в конце с лицом унылой рыбы и хочешь закусить чем-нибудь эту сонную и нелепую книгу. Обломов уже не тот.