Книга оставляет приятное впечатление.
Школьная программа, давая куцехвостые сведения о родном и неродном языках, в общем оставляет за бортом элементарные лингвистические знания. Оттого рунет и полон наивной этимологии (морг — место окончательной регистрации граждан) и лингвофричества (боги Ра и Тор в «тракторе»).
Но книга позволяет с нуля разобраться в полноценном академическом подходе. Она вооружает читателей тем, как самому проверить состоятельность тех или иных утверждений о происхождении слов, географических названий, личных имён. Показывает, где искать, если хочешь просто разобраться с историей слова. Наконец, она избавляет от страха перед лингвистической терминологией и заблуждений вроде того, что этимология — наука неточная. Фонетические переходы закономерны, и, хотя сперва система не так проста, она прослеживается, позволяя строить строгие научные доказательства.
Даже давние любители этимологии найдут в этой книге для себя много нового. Для меня стало неожиданностью, что «молоко/млеко» из германских языков, а епископ и bishop - когнаты через *biscopo. Или как возникли слова «близорукий» и «ладонь».
Мне хотелось бы кое-что дополнить и уточнить. Для начала о происхождении слова «книга»:
По одной из версий, источником является ассирийское kunukku «печать», по другой – среднекитайское 卷 (kɣiuᴇnH) «свиток». Обе версии имеют свои слабые места: в виду отсутствия в прошлом прямых контактов славян с носителями аккадского и среднекитайского языков кто-то должен был стать «посредником», но он пока что не обнаружен.
Есть интересные строки на эту тему у историка С. Нефёдова: «Китайское происхождение имеет тюркское слово «кюйнинг» (превратившееся в русское «книга»); оно буквально означает «свиток, сверток»; дело в том, что и в Китае, и в Улусе Джучи, и на Руси писали по восточному обычаю на свитках».
корейский язык в КНДР (от южнокорейского варианта он почти ничем не отличается)
Это спорное утверждение. Мне рассказывали, как северянин подчеркнул в южнокорейском тексте непонятные слова, и их была куча.
猫はネズミを捕まえました (neko wa nezumi o tsukamaemashita). В этом предложении слово 猫 (neko) «кошка» стоит на первом месте, за ним следует ネズミ (nezumi) «мышь; крыса» и только в самом конце расположился глагол 捕まる (tsukamaru) «быть пойманным» в форме прошедшего времени.
Использование пассивного глагола с винительным падежом (を) несколько сбивает с толку. Пожалуй, стоило бы привести активную форму того же глагола: 捕まえる (tsukamaeru) — «поймать».
Про то, что слоны действительно могут спать, приСЛОНяясь к дереву я как-то читал у Майна Рида. Там охотники выследили одного по его спальному дереву.
Интересно, что механизм, по которому забытое имя животного заменилось на эвфемизм «медведь», не потерял актуальности. Знакомые, встречавшие в лесу медведя, называли его чаще «Мишей» и говорили о нём почтительно, быть может, из того же суеверного страха.
3 понравилось
