Вампир высшего класса

Вампир — это вам не Павлик из соседнего подъезда, с которым можно месяцами ходить в парк, есть мороженое и целоваться у лифта.

Вампир — новое воплощение идеала. Прекрасный мертвец, опасный хищник, нежный возлюбленный, заботливый олигарх, бесстрашный супермен. Он и хулиганов в ночи одним пальцем раскидает, и на «ламборгини» с ветерком промчит, и серенаду под окном споет, а к предложению руки и сердца присовокупит особняк в Лондоне и швейцарский банк, которым единолично владеет. Не жизнь, а сплошная dolce vita. Не любовь, а постоянное адреналиновое приключение.

Показалось — на него обрушилось небо.

Сейчас я стою с тобой перед алтарем и завидую сам себе. Чем больше я узнаю тебя, тем больше люблю. Чем дольше мы вместе, тем сильнее мое счастье. Никакие слова на свете не скажут, насколько ты дорога мне.

Вечно со мной так. Сначала сделаю, потом подумаю.

Их будущее — вечность. Их любовь — вне времени.

При всей показной любезности на их лицах застыло одинаково надменное и скучное выражение, свойственное тем, кто уже все повидал на своем веку и кого уже ничем не удивишь.

Но вряд ли в историческом центре города встретишь коренных жителей. Это все равно что искать москвичей на Красной площади или на Арбате.

Быть вампиром и продолжать работать в людском коллективе — задача не из легких.

Амнезия — замечательный способ избавиться от больших проблем.

Не стоит видеть романтику там, где ее нет.

Он с такой легкостью произнес это «с начала девятнадцатого», как люди обычно произносят «в конце девяностых». Только люди считают десятилетиями, а вампиры — веками. Вот и вся разница.

Как же легко сказать «люблю» своему родному деду и как трудно признаться в том же самом Вацлаву. Хотя кто, как не мы сами, создаем эти трудности?

Пойми, нельзя жить одним прошлым.

Про таких людей говорят — солнечные, к ним тянутся, чтобы ощутить на себе прикосновение их душевного тепла и чтобы рядом с ними самим стать чуточку лучше, очиститься от грехов, искупавшись в благодатном свете их невинных душ.

В придуманных реальностях не существует языковых барьеров, а вот в реальной жизни непонимание рискует вымахать до размеров Великой Китайской стены.

Подумать только — встретить призрака и не суметь пообщаться с ним, потому что он говорит на другом языке.

Она любила удовольствия и азарт, риск и опасность, безумие ночей и огонь в крови — все то, что может предложить только разгульная молодость.

Я вынырнула из этого поцелуя, чувствуя себя коварной русалкой, влекущей на дно доброго молодца.

Прагу не зря называют сказочной! Извилистые улочки, подобно руслу реки, огибают дома и, кажется, за поворотом заканчиваются каким-нибудь порталом в Средневековье.