Пианист

Владислав Шпильман – польский пианист и композитор, по национальности еврей, переживший фашистскую оккупацию Варшавы. В книге он рассказывает о тяжёлых испытаниях, выпавших на его долю в годы Второй мировой войны.

Не знаю, как назвать удивительное "везение" Шпильмана, но даже в те моменты, когда он решал умереть и отдавался воле судьбы, его что-то или кто-то спасал. Создалось впечатление, что у него, как у кошки, девять жизней, или упрямый и трудолюбивый ангел-хранитель.

Плана по выживанию у Шпильмана как такового никогда не было. Он действовал по обстоятельствам, доверяя интуиции или полагаясь на волю случая. Значительную помощь автору оказали жители города, пряча его у себя в квартире и подкармливая. Однажды его спас немецкий офицер, спрятав и обеспечив одеждой и едой.

Воспоминания Шпильмана эмоционально никак не окрашены, это сухое изложение истории его выживания. Но они и не нуждаются в таком окрасе, боль и безысходность положения автора чувствуется и так.

Сколько не читаю книг о Холокосте, всегда мороз по коже от человеческой жестокости. Тяжело… Ужасно… И я не понимаю, как человечество это могло допустить.

Книга легла в основу знаменитого фильма "Пианист" Романа Полански.

«Зло и жестокость таятся в человеческом сердце. Если им позволяют свободно развиваться, они процветают, выпуская кошмарные ростки…»

«Пианист» - мемуары выдающегося польского пианиста и композитора Владислава Шпильмана в которых он рассказывает о тяжёлых испытаниях, выпавших на его долю в годы Второй мировой войны в Варшавском гетто.

Мне тяжелее читать книги-воспоминания о холокосте, чем художественные тексты. Воспоминания часто наполнены сухими фактами, кажется, что человек без эмоций рассказывает историю не о себе, а о ком-то со стороны. Но за строками и в их сердцах таится столько боли, выжженные души, что они просто не могут выпустить это все наружу, иначе просто не выдержат.

Но «Пианист» не нуждается в эмоциональном окрасе, все читается между строк. Владиславу пришлось через многое пройти и если бы не добрые люди, которые помогали ему на свой страх и риск, то он бы просто не выжил. И большую роль в спасении сыграл немецкий офицер, который был в ужасе от того, что творят соотечественники. Выдержки из его дневников тоже представлены в книге. Когда я их читала, то мурашки меня не покидали и было трепетно, что человечность тогда погибла не во всех.

А еще здесь будет немного о подвиге Януша Корчака, который добровольно отправился в газовую камеру, чтобы поддержать своих воспитанников. Шпильман был очевидцем отправки педагога с детьми в концентрационный лагерь Треблинка.

Книга легла в основу знаменитого фильма «Пианист» Романа Полански.

Книга повествует нам о том как жилось Польше во время второй мировой войны.Главный герой это автор,который видел всё ужасы своими глазами.
Произведение не вызвало у меня ни восхищения,ни сожаления о прочитанном.Другими словами книга на один вечер .В книге поднимаются вопросы : человечности,жестокости,расовой дискриминации.
Из названия книги говорит о том, что главный герой пианист.Описывается период с 1939-1945 год,произведение вызывает грусть,ужас.Произведение актуально в нынешнее время так как оно показывает что некоторые люди готовы пойти на все ради того чтобы в верхушке общества ,несмотря на мораль и духовные ценности.Сюжет логичен, но повествование немного трудное.Герои произведения у меня не вызвали никаких эмоций. Скорее всего книга мне подошла .

Когда читаешь «Варшавские дневники», постоянно приходится себе напоминать, что это именно дневник, что это хронология реальных событий. Подчас в голове не укладывается, что подобное вообще могло произойти, что человечество, которое считает себя венцом эволюции, вершиной природы, могло допустить то, что оно допустило в сороковых.

В дневнике очень четко отображена главная особенность той войны: утрата людьми человеческого облика. Что со стороны немцев (чуть позже – украинцев и литовцев), что со стороны евреев. У одних – потому что обладали безграничной властью, у других – потому что потеряли все, что имели, потому что жили в постоянном страхе за себя и за свои семьи.

Главное, когда читаешь эту книгу, не забывать, что нельзя к какой-либо нации приклеивать ярлык абсолютного зла. В конце, уже после дневниковых записей, даются заметки капитана Хозенфельда, немца, который помог Шпильману выжить в последние дни перед приходом советских войск. Эти заметки на фоне описываемых Шпильманом событий – как красное пятно на белой скатерти, они доносят до читателя простую мысль, которую я изложила ранее, и которую до меня озвучивали тысячи людей: нельзя судить человека по национальному признаку. Результат генетической лотереи (национальность, пол, внешность) – не повод для гордости. Разве что больше гордиться нечем, что печально само по себе.

Что можно сказать в конце? Читайте книги, смотрите хорошее кино, слушайте качественную музыку, и прививайте эти привычки своим детям. Самые страшные исторические ошибки совершают (и допускают) именно те люди, которые не утруждают себя духовным развитием.

Я заметила, в последние месяцы, что биографии об ужасах 2МВ и концлагерях мне довольно скучно читать, видно что авторы просто выливают свои воспоминания чтобы забыться или вспомнить любимых, кто для чего, это личное дело, но из-за отсутствия художественной обработки впечатляют только некоторые эпизоды, не больше того. Я пока читала хотела ощутить соединения книги с фильмом, но нет, только 2 эпизода, когда Шпильмана поселился в квартире с пианино не имея права касаться к нему, это было жутко, такой соблазн! И 2, когда немец обнаружил в доме и отдал свою шинель. Я прямо увидела эти кадры из фильма.
Да, были события до этого, были родители, милая девушка, которая симпатизировала, была семья, потом гето, нашивки на рукавах, обман военных, вагоны с заключенными и это страшно, но все равно, сухо, пережито.
Спасибо Шпильману за мужество, предать свою историю миру, надо иметь незаурядную внутреннюю силу.

Он выходит на сцену.
Он в прекрасном концертном фраке.
Он взмахивает тонкими изящными кистями и садится за рояль.
Он - еврей.
Он - пианист.
Он - Владислав Шпильман.
И сейчас он медленно-медленно начинает играть, постепенно ускоряясь, а вы смотрите и видите, как с него, словно шелуха, слетает слой за слоем одежда, кожа, мышцы, кости... Вы видите, как он рассыпается в прах, не переставая играть ни на миг, и видите, как из праха, из пепла он возрождается - кости, мышцы, кожа, прекрасный концертный фрак.
Вы думаете, вам показалось? Нет, так и было.
Он умер.
Он выжил.
Он играл.

Война, это боль, страх, потери, страдания, и это то, что ни в коем случае нельзя забывать. Это автобиографичное повествование, которое не оставляет равнодушным. Вместе с автором переживаешь боль, страдания и все ужасы войны. Порой кажется, что так не могло быть, что жестокость не может зайти так далеко, но это правда. Это часть истории.
Некоторые факты для меня стали открытием, что-то естественно, я уже знала. Книга меня очень сильно поразила. Я настолько была поражена книгой, что сразу же после прочтения посмотрела экранизацию. Как итог могу сказать, что книга значительно сильнее фильма и ее стоит прочесть тем, кто интересуется темой истории.

Я не знаю как оценивать эту книгу. Все описанные события внушают ужас. Книг о Холокосте читала много. Но вот такая, написанная от имени участника событий, встретилась впервые. И то, о чем рассказывает автор куда страшнее того, о чем пишут люди, не побывавшие в их шкуре. Как приходилось прятаться, выживать... Даже представить страшно, как зимой лежать под крышей. Ни крошки во рту, ни укрыться от снега и холода. И в это время "культурная" нация издевалась над теми, кто не мог ответить. Но были и те, кто в такое страшное время наживался на людском горе. Среди них также были евреи. Правда, не нужны они были немцам. Пока те властвовали евреи-прихвостни жили припеваючи. Но, как только война стала подходить к завершению, были убиты таким же способом, как и все остальные. Не в газовой камере, так в упор на улице.
Среди немцев все же оказались те, кто спас пианиста. Один раз его вытолкнули во время селекции, второй— не выдал немец, обнаруживший прячущегося на крыше. Возможно, так было угодно провидению.
О подвиге Я.Корчака слышала. А Шпильман был очевидцем того, как педагог добровольно пошел с детьми в концлагерь и подбадривал их. Эти строки написаны так, что легко представить мужчину с детьми на руках.
События все прискорбные, но об этом надо помнить.

В 2013-м году нам с супругом довелось побывать в Варшаве. Вся, вся история города пронизана той войной.
Жолибож и Мокотув, Маршалковская, Краковское Предместье и Новый Свят, Королевский замок и собор Святого Яна - всё было восстановлено в послевоенные десятилетия. Город, выросший заново. Город-феникс.
Это парадная Варшава, восставшая из пепла и вернувшая свой исторический облик.

Но были на нашем экускурсионном маршруте и другие объекты - те, что всё ещё кричат о годах оккупации, о боли и страданиях.
Памятные знаки на местах ворот и мостиков, переброшенных над "чистыми" арийскими улицами.
Сохранившиеся фрагменты стен гетто и памятник героям восстания 1943 года.
Сама граница гетто - полоса из камня и металла с надписью "MUR GETTA 1940/GHETTO WALL 1943", прочерченная прямо по земле и повторяющая расположение стен гетто на городских улицах.

Тогда и прозвучало для меня впервые это название - "Пианист".
Экускурсовод из Free Walking Tours рекомендовал этот фильм как ожившую историю тех страшных лет.
Выстроив действия в привычной для себя последовательности, я прежде прочла книгу, и только потом стала сравнивать свой взгляд и взгляд режиссёра. Даже не взгляд, а внутреннее видение, настройку на те события.
А настройка эта есть всегда - постоянная такая, фоновая. Мне, родившейся в Ленинграде, вовсе не привыкать, что стоит лишь внимательнее присмотреться, и в облике современного, стройного и деловитого города проступают черты блокадного героя. Конечно, мы не каждый день вспоминаем о тех трагических страницах истории, но они всегда рядом. Они в основе. Они в крови.

А ещё в крови глубоко укоренившиеся и совершенно несправедливые стереотипы. Привычные штампы. Внутренние установки. И тем, кто родился раньше середины 80-х справляться с этими внутренними установками куда труднее. Написано-то по чистому, по детскому, по восприимчивому. Отпечатано в сознании надолго. Лишь недавно в постепенно отмытой и перезагруженной голове появилось понимание, что "немец" и "фашист" не есть синонимы, а "свои" и "чужие" - это вовсе не про национальности.
Есть же открытые миру люди, которые знают это с самого детства!

После прогулок по Варшаве, после чтения книги и просмотра фильма впечатления сплавляются в единую картину - картину со своей внутренней музыкой, напряжением, дыханием жизни и разгулом смерти.
В картину, коварно обволакивающую все каналы чувств и сбивающую с ног своей жестокостью, стоящей выше любого правдоподобия.
Картину ужасающую и картину воспевающую. Воспевающую надежду, что покуда есть на свете настоящие люди - люди, поднявшиеся выше рас, национальностей, границ, стен и пропаганды, - покуда эти люди есть, тьма бессильна против света, истины и добра.

Фильм просмотрен давно, поэтому читала книгу, не вспоминая про фильм и не сравнивая (но стоит сказать, что фильм мне очень понравился и оставил сильное впечатление).
Интересно было уточнить после прочтения, что книга была издана практически сразу после войны, но потом так же быстро была изъята и запрещена на долгие годы, и только в 19998 году заново изданы сыном автора.
Книга написана самим очевидцем всех событий, он же – главный персонаж. От понимания этого факта впечатление, конечно, усиливается многократно.
Книга, конечно, не развлекательного характера, события в ней описаны неприкрыто, вызывая глубокие внутренние переживания, размышления.
Удивительно то, что книга написана без озлобления, без агрессии, но с осмыслением и глубоким трагизмом.

Слушала аудиовариант в довольно качественном и интересном исполнении Григория Переля.