Мертвее всего покойники выглядят именно на полицейских снимках.

End of watch is what they call it, but Hodges himself has found it impossible to give up watching.

Она не хочет принимать вызов, но все же встает и идет к комоду. Иногда лучше знать, что тебя ждет.

Убийство — не контроль над чужим разумом. Убийство - это убийство.
Самойбийство — это контроль.

Причины не имеют значения, потому что самоубийство противоречит всем человеческим инстинктам, и поэтому оно – безумие.

Прежние боли теперь выглядят разогревом оркестра перед концертом, и если ему так плохо сейчас, страшно думать о том, что его ждет впереди.

Сейчас это совершенно другая женщина, но черты прежней Холли остались. Ходжес не возражает. В конце концов, все отбрасывают тень.

– Извини. – Шепотом. Куда делась бунтарка, работавшая в киберпатруле и готовая послать кого угодно вместе с его матерью? И все-таки она сломалась не окончательно…

Живет она в безопасном районе, но рисковать незачем. Как говаривала ее покойная мать, дерьмо может всплыть везде.

Говорят, что мир протопчет тропинку к вашим дверям, если вы придумаете лучшую мышеловку.

Некоторые неврологи еще более ненормальные, чем их пациенты.

Вероятность самоубийства среди одиноких в два раза выше среднего. Среди разведенных — в четыре раза.

Должен бежать. Но я распишусь на твоем гипсе, если будет дозволено.
– Пожалуйста, – улыбается Барбара. – Напишите что-нибудь остроумное.
– Ты требуешь от него невозможного, – говорит Ходжес.
– Придержи язык, Кермит. – Пит опускается на колено, словно намереваясь предложить руку и сердце, что-то осторожно пишет на гипсе Барбары.

‘How did I get into this?’ he moans.
‘The way everybody gets into everything,’ Brady says gently. ‘One step at a time.’

Однажды он прочитал научно-фантастический роман "Луна - суровая хозяйка". Он не знал, как на Луне, но готов был заявить под присягой, что выпивка - действительно суровая хозяйка, причем прямо здесь, на Земле.