– Поэтому ты сбежал со мной? Чтобы, по возможности, посмотреть мир?

Я не понимала, что происходит, но мир, снизошедший на него в библиотеке – где Дмитрий улыбался и делился со мной мечтами об обычной, нормальной жизни, – сейчас исчез. И даже больше – сам тот Дмитрий исчез. Он снова выглядел так, словно нес на своих плечах всю тяжесть мира.

– Ты единственная… – Он прижался ко мне. – Единственная, кто понимает. Я не могу объяснить никому… только тебе. Только тебе я могу рассказать, что чувствую…

– Тот факт, что мы хотим чего-то, не означает, что это правильно.

У меня на глазах он не раз рисковал жизнью, но никогда прежде я не видела его таким испуганным.

Он старался и действительно хотел стать лучше, но на данном этапе его жизни им в основном двигал мотив произвести впечатление на других – произвести впечатление на меня. Не ради себя самого.

– Вот уж я позабавился, когда твой отец сверлил меня взглядом.

– И несмотря на порчу имущества и тянущуюся за тобой цепочку нарушенных законов, я горжусь тобой.
Я подозревала, что в глубине души он гордится мной именно из-за всего вышеперечисленного.

Не волнуйся из-за того, что ты не в силах изменить. Отдыхай, если есть возможность, чтобы быть готовой к сражениям завтрашнего дня.

-Ах, дочь моя! Восемнадцать, и уже обвиняешься в убийстве, помогала преступникам. Да у тебя на счету больше смертей, чем у большинства стражей за всю жизнь. - Он помолчал. - Мне есть за что гордиться тобой.

Живи в настоящем. Вмешивайся в ситуацию и не думай о последствиях.

Иногда самую серьезную проверку нашей силы создают ситуации, которые на первый взгляд не кажутся опасными. Иногда просто выживание – самая трудная вещь на свете.

Каждый действует в одиночку, просто стараясь разобраться в незнакомой ситуации без магических озарений в отношении другого человека.

Быть наконец с ним после всего,что нам пришлось вынести,это походило на... возвращение домой. Как будто я в конце концов оказалась там и с тем, где и с кем мне следовало быть. Мой мир,мое сердце...все разбилось в дребезги,когда я потеряла его. Но когда сейчас он смотрел на меня,когда шептал мое имя,когда скользил губами по моей коже...я чувствовала,что все осколки можно собрать снова.