За последним порогом. Начало

Не умеешь драться — веди себя вежливо, а если уж взялся оскорблять других — учись драться.

— Э-э, мне кажется, драка — это не лучшее увлечение.

— Вы просто не пробовали, учитель. — серьёзно ответила Ленка.

– Мне приходится быть умным, – пробурчал я, – у меня две женщины на руках.

Не откидывайте чужое видение с порога, даже если оно кажется вам неверным или примитивным. Не будьте самодовольными баранами, и тогда чужой взгляд поможет вам лучше понять суть мира.

Протест, на который не обращают внимание — это всего лишь бессмысленное унижение.

Смерть — это не только конец пути, но и начало чего-то нового. Это последний порог, за которым начинается новый путь, на котором кто-то поднимется ещё выше, а кто-то спустится вниз. Этот порог нужно было просто перешагнуть, но я споткнулся…

– Ну смотри, могу и рассказать. Если скучно будет слушать, скажешь, – согласился дядька Ждан. – Ты же знаешь, что в машину надо спирт заливать, чтобы ездила?
Знаю ли я, что в машину надо заливать спирт? Интересная концепция. Насколько я знаю, чаще спирт заливают в водителя...

Телевидение я ему точно не собираюсь помогать изобретать. А то ведь сначала фильмы, потом сериалы, потом разные Петросяны-Киркоровы, а там и цивилизации конец. Пусть лучше этот мир живёт, он мне нравится.

Безделье засасывает, как болото, и столь же коварно. Стоит пробездельничать буквально два-три дня, и все заботы и планы как-то незаметно уходят куда-то на задний план, затягиваются туманом, и остаётся только безделье, из которого чем дальше, тем сложнее выкарабкаться.

Чтобы стать воином, нужно с детства вырабатывать в себе воинский дух, а романы, где ботан-программист переносится в другой мир, сразу становится великим магом, и начинает нагибать окрестные народы — это всего лишь мечты конкретного ботана, с реальной жизнью никак не связанные.

— Ого! — удивлённо воскликнул Любомир, — это кто же вас так разукрасил?

Надо сказать, что мама наотрез отказалась лечить наши синяки, заявив, что она мирный целитель, и боевые ранения не её специализация.

— Пустяки, — я махнул рукой, — мы разобрались.

— А победил-то кто?

— Да что-то вроде ничьей вышло.

— Ну да, Мирон так мне и докладывал, бились, мол, они как львы, но вынуждены были отступить.

Когда ты врёшь, ты подрываешь свою уверенность. Ты начинаешь себя приучать к мысли, что твоё слово может быть не истиной, а просто пустым звуком.