Tweet Cute

Иногда даже кричать в пустоту гораздо лучше, чем стоять в стороне.

Так странно, что ты даже не представляешь, как далеко ты зашёл, пока тебе не приходится повернуть обратно.

— Господи, мама, ты как грёбаный ниндзя.
— Бывшая балерина, но комплимент засчитан.

— Знаешь, для человека, которого зовут Пеппер [перец], ты довольно горько переживаешь поражение.
— Знаешь, для человека, которого зовут Джек [тормоз], ты довольно плохо понимаешь, когда надо остановиться.

Этот взгляд. Вечно я сдаюсь под ним и начинаю нести чушь, о которой следовало бы умолчать.

Я чувствовал себя так, словно мягко закрыл книгу, которую читал перед сном. Я сидел в своей кровати, почти не веря в то, что произошло в течении последнего часа, хотя казалось, что мы вышли за пределы пространства и времени: такие разговоры проникают тебе под кожу и остаются с тобой ещё долго, даже если твой собеседник исчезает из твоей жизни.

It’s weird, how you have no idea how far you’ve come until suddenly you can’t find the way back.

Наше с Пуджей соперничество стало настолько привычной частью жизни, что, я уверена, когда я буду на смертном одре, она позвонит мне и, как обычно, начнёт хвастаться, что собирается умереть раньше меня.

Людей должны призывать к ответственности за отправление электронных писем в утро понедельника. Особенно если это письмо испортит тебе весь день.

В моём арсенале бесполезных талантов, которые нисколько не облегчат мне жизнь в колледже, есть способность быть язвой в Твиттере.

— У нас квартира горит?
— Нет, — пробубнила я, направляясь через кухню к духовке, — всего лишь моя жизнь.

— Не надо загонять себя. Мне кажется, ты прячешь себя ото всех из-за этого.
— Я самый громкий в классе.
— Да. И мне кажется, это тоже один из способов спрятать себя.

Если я и усвоил урок благодаря своей импульсивности, то он заключается в том, что, стоит тебе открыть дверь вроде этой, и ты никогда не сможешь её закрыть.

— И вот ответ на твой вопрос: быть Человеком-пауком. Вот чем бы я хотел заняться в своей жизни. Но, поскольку это биологически невозможно, мне пришлось переключиться на кое-что более приземленное.
— Вызывает разочарование, но так и быть, продолжай.
— Если честно, скорее всего я продолжу семейный бизнес.
— Я передумала, не продолжай, потому что это напоминает мне начало «Крёстного отца».

На линии фронта только я и 280 знаков на экране телефона.

Должен признать, у меня есть глупая привычка открывать рот до того, как мозг отфильтрует мысль до приемлемого формата (ну, или твит).

Будильник отключился, тем самым закончив мой маленький праздник жалости к себе.

Кулинария опять была забита клиентами, очередь уходила так далеко за наши двери, что бабушка Белли увидела в окно толпу людей и спросила, чего эти люди так восторженно ждут.
– Они здесь ради твоих сырных тостов, – сказал я ей.
Она смерила меня взглядом, закинула ногу на ногу в огромном кресле, в котором она проводит большую часть дня, и изогнула бровь.
– Этого не может быть, если ты, конечно, не заменил мой секретный ингредиент кокаином.