Alone on the Wall

Люди постоянно спрашивают меня, как и почему я решил заниматься фри-соло. Я сомневаюсь, что они полностью верят мне, когда я даю честный ответ. Правда в том, что, когда я начал лазать на скалах, я был слишком застенчив, чтобы подходить к незнакомым людям и просить подстраховать меня. Я начал заниматься скалолазанием в возрасте 10 лет на скалодроме в моем родном городе Сакраменто в Калифорнии. К 19 годам я уже немного лазал на скалах, но был настолько замкнутым, что боялся заговорить с незнакомцами. Хотя я уже лазал 5.13, но не мог собраться с духом, чтобы подойти к ребятам возле скалы вроде Лаверс Лип рядом с озером Тахо и спросить, не хотят ли они составить мне компанию. Тогда я начал лазать соло.

Мортимер рассказывает другую историю, на этот раз об операторе Бретте Лоуэлле. Тот снимал фри-соло на маршруте на Liberty Cap, куполе, также находящемся в Долине, для фильма «Sender Films» - «Долина востания». У Бретта была новая навороченная камера. Он уже занял позицию для съемки. Алекс поднялся к нему, а затем всего в нескольких метрах от камеры перешел от трещины на крутую лежачку. Детская забава для Алекса. Но при переходе он напутал последовательность движений. Поэтому Алекс поднялся вверх, затем спустился вниз и снова вернулся наверх. «Бретт был близок к потере сознания. Он думал: "Я сейчас сниму, как этот парень упадет и разобьется насмерть". Он стал белым, как призрак. Алекс заметил состояние Бретта и, пока искал правильную последовательность движений, сказал: "Эй, здесь все просто. Мы всегда так делаем, когда лезем"».

Обладая острым умом, Алекс склоняется к гиперрациональному отношению к жизни. Он утверждает: «Я не люблю риск. Мне не нравится пересекать двойную сплошную и испытывать судьбу». Он различает грань между риском и последствиями. Очевидно, что последствия падения во время фри-соло фатальны. Это не значит, что он не согласен с тем, что идет на предельный риск. Алекс объясняет: «Я всегда рассматриваю риск как вероятность фактического падения. Последствия — это то, что произойдет, если вы упадете. Поэтому я стараюсь поддерживать свои соло-восхождения на уровне минимального риска, такого, при котором я, скорее всего, не упаду, даже если возможное падение повлечет за собой серьезные последствия».

Алекс также придумал свои шутки в качестве ответа на подобные неизбежные вопросы. Вот что он говорит о возможности разбиться насмерть: «Это будут худшие четыре секунды в моей жизни». Потом добавляет: «Я уверен, что половина людей скажет: “По крайней мере, он занимался тем, что больше всего любил", а другая половина: "Что за чокнутый придурок!”». Алекс, безусловно, одержимый парень, ведомый духом соперничества. Тем не менее его скромность и врожденная застенчивость приводят к тому, что он принижает значимость своих достижений. Иногда это даже граничит с самоуничижением так же, как и его шутки. Среди близкого круга друзей Хоннольда называют Алекс No Big Deal (словосочетание No Big Deal в переводе на русский язык имеет несколько оттенков ироничного свойства. Например «ничего особенного», или в некотором смысле — «невелика шишка», и даже можно сказать - «хрен с горы»).

Фри-соло далеко не просто рискованный трюк. Оно сводит лазанье к его основной задаче: мужчина (или женщина) только в скальных туфлях на ногах и с магнезией на пальцах для улучшения трения против скалы. Это скалолазание в своей абсолютной чистоте. Алекс лазает не только фри-соло. Книга истории скалолазания была переписана заново, когда он соединил последовательно связал три серьезных маршрута на трех разных стенах и пролез эти маршруты на время один за другим с минимальным использованием веревок и страховки. Начиная с 2013 года Алекс расширил свои горизонты в альпинизме, где он уже делает такое, чего до него еще никто не делал. Вкратце Алекс Хоннольд — скалолазный визионер, который приходит, может быть, раз в поколение.