The Contortionist's Handbook

Человек хочет узнать секрет не сильнее, чем потом рассказать его кому-нибудь другому.

Иногда я кажусь себе гением, иногда веду себя как дебил. Крайности настолько неопределенны и размыты, что, по-моему, самое умное, что может придумать умный человек, - спрятать свой ум от посторонних. Иначе кто-нибудь обязательно отыщет самое уязвимое место.

Жизнь человека равняетя тому, что он имеет, плюс то, что хочет иметь, минус то, чем готов ради этого пожертвовать. Сумеешь подсчитать - значит сумеешь узнать человека. Есть более мелкие, дробные показатели: нервный тик, мимика, рукопожатия; умеющий наблюдать - увидит.

То, что они носят, символизирует то, что они хотят показать; то, что они хотят показать, символизирует то, что они хотят скрыть.

Когда любишь, мозг вырабатывает эндорфин и насыщает им кровь. Из расположенной в одном из полушарий железы исткает органический морфий, и влюбленный испытывает кайф, как от дешевого опиума. Мы нередко путаем любовь с кайфом. Думаем, что любим человека, а на самом деле любим шприц. Гладкая, как шелк, кожа, запах волос, изгибы тела, улыбка, глаза, чувства, мысли, доверие - все это хорошо, но шприц - лучше.

Крайности настолько неопределённы и размыты, что, по-моему, самое умное, что может придумать умный человек, — спрятать свой ум от посторонних. Иначе кто-нибудь обязательно отыщет самое уязвимое место.

Секрет как раз в том, чтобы отрешиться от ассоциаций. Лучше перевернуть картинку и рисовать не дерево, а абстрактную фигуру, или не сами ветки, а расстояние между ними. Большинство людей могли бы рисовать гораздо лучше, чем думают, просто они не в состоянии на время подняться над своим жизненным опытом.

У меня много вредных привычек, но доверчивость в их число не входит. Скорее я поделюсь с человеком одноразовым шприцем, чем ему доверюсь

Быть кем-то другим хотя бы по имени - все равно что карнавальную маску ность: можно творить что угодно и совершенно безнаказанно.