Отзывы о книге The Mars Room

Мучила книгу несколько дней, постоянно борясь с желанием отложить ее и переключиться на что-то другое. Ну не резонировали со мной тюремные будни экс-стриптизерши и ее воспоминания о жизни на воле, где она барахталась на социальном дне. Автор пыталась вызвать к ней сочувствие - все-таки у нее маленький ребенок, тяжелая жизнь, недоверие к правоохранительным органам, так как и в Сан-Франциско для бедных людей все ровно так же: "вот убьют, тогда и приходите", - но меня это все слабо трогало. К приему наркотиков и занятиям стриптизом ее никто не принуждал, риски того и другого она осознавала, видела, к чему это приводит на примере товарок и подруг, и тем не менее продолжала этим заниматься вместо того, чтобы учиться чему-то новому и развиваться профессионально на каком-то менее криминализированном и опасном поприще. Вот то, что за убийство одного человека (который ее сталкерил, и пусть он хоть трижды ветеран войны) ей впаяли два пожизненных срока - тут что-то не сходится, имхо, и попытки автора показать, что виноват в этом государственный защитник, который палец о палец не ударил, чтобы ей помочь, мне не показались убедительными.

Многие говорят, что книга похожа на сериал "Оранжевый - хит сезона". Возможно. Я сериала осилила полторы серии ровно по той же причине - ну не могу я сочувствовать убийцам и бандитам, наматывающим сопли на кулаки под стенания "не мы такие, жизнь такая, общество плохое, ко-ко-ко". Не добавлял читабельности и стиль повествования - рваный, с постоянным перескоком из первого лица в третье, из прошлого в настоящее, от одного рассказчика к другому. В общем два только за то, что дочитала до конца. За что тут номинировали на Букера - тайна сия мне неведома.

Эта книжка не роман, не литература. Своего рода "предупреждение". Здесь рассказывается о молодой женщине, которую с раннего детства воспитывала улица, и которая неожиданно для себя схлопотала два пожизненных срока. Читать эту книжку можно лишь по одной причине – если вы любопытны (вторая – если вам хочется держать руку на пульсе и оставаться адекватным реальности). Сюжета и замысла, как такового, нет (как выяснилось - всё-таки небольшой есть). Тем не менее это такая же виртуальная реальность, как и в настоящих романах. Однако советовать не буду. Это как «Остров Сахалин»... Или "Мать" Горького. Есть много книг и получше... Из плюсов только один – хорошо написана. Но это не граф Монте-Кристо. Это действительно комната на Марсе, или на любой другой планете в бесконечном космосе. Так для большинства. Из тех, кто не ищет активно неприятности. Большинство из читателей даже представить себе не могут как живут те (а они тоже живут), кто попадает в места, не столь отдаленные. Пусть даже в Америке. Так что, эта книга – всё равно, что из жизни инопланетян. Или чистая, ненаучная, фантастика. Чехов написал «Остров Сахалин» – вот, где жуть полнейшая. Достоевский - «Записки из Мертвого дома». Книжка написана превосходно, у автора явный талант и ему есть, что сказать. Изложение от первого лица, и я, например, не мог отделаться от мысли, что и автор «сидела» - эффект убедительного "первого лица". Такие книги мигом вправляют разные, даже малейшие, отклонения у читателей по отношению их самих к их собственной жизни. Приводят «мозги в норму». Реальность – жесткая штука. В Америке можно схлопотать пожизненное, например, за езду ночью без огней. Считается, как покушение на убийство. Следи за собой, будь осторожен. Цени, что имеешь. Пока не поздно. Есть ли здесь справедливость? Есть ли вообще где-нибудь хоть намек на нее? Вот, что меня занимало в этой книге. За повествователя переживаешь. Понятно, что прямо вот два пожизненных она точно не заработала (определенные оправдания для нее найти можно). И как ей теперь жить? Или не жить? Эту книгу можно использовать как антидот против розовых очков... Если кому-то это надо...

В кои-то веки решила не оглядываться на низкий рейтинг. Получился вполне интересный опыт.

Если вкратце - это история о том, как беспросветная жизнь легким движением руки превращается в беспросветное существование. Большую часть книги героиня документирует тюремные будни, тоскует по сыну, которого никогда больше не увидит, вспоминает свою «жизнь до» и обстоятельства ее преступления. К сожалению, у неё было крайне мало шансов не подсесть на наркотики, не стать стриптизершей, не связываться с «не теми» парнями. Такой была среда, в которой она жила с рождения.

«Вы бы не оказались в полночь на незнакомых улицах, когда вам было одиннадцать. Вам было тепло и сухо, и вы спали дома, с мамой и папой, которые заботились о вас и говорили вам, что можно, а чего нельзя, и вы всегда должны были быть дома не позже положенного времени, чтобы оправдать родительские ожидания. Для вас все было бы другим»

Тяжело пытаться жить иначе, когда не знаешь иной жизни. Когда твой адвокат абсолютно некомпетентен и откровенно стар, присяжные даже не хотят разбираться в твоём деле, потому что на тебе клеймо «женщина с низкой социальной ответственностью», и система лишает тебя возможности рассказать свою версию истории.

«Твои родные сидели в тюрьме, целые прослойки твоего сообщества, и это было частью жизни – самому в итоге сесть в тюрьму. То есть ты уже рождался в заднице»

Там есть ещё рассказы от лица других заключённых, от лица тюремного преподавателя, от лица продажного копа и жертвы, из-за которой все началось. Это не всегда было уместно, местами читалось рвано.

И грустно, тяжело, неотвратимо.

Но интересно.

P.S. Конан просто прекрасен, реально батя)

«Шедевр» новой американской тюремной прозы добрался и до нас.

Сюжет нехитрый. Жила-была девочка. Пила, курила. Наркотики просто обязательно. Короче, морально разлагалась. С такой тинейджеровской биографией куда податься? Стала ударницей стриптиз-труда. «Я зарабатывала стриптизом, я хотела наркотиков».

Понятно, что добром сование двадцаток в трусики не кончилось. Появился поклонник. Настойчивый. Пришлось поговорить с ним монтировкой. Так и присела бывшая во всех смыслах девочка до конца своих дней.

Но это, как бы, официальная биография.

За ней история на разрыв души. Обычная девчонка, никому не нужное дитя улицы. Мужиком в 11 лет изнасилованная. Любящая мать, отлученная злой судьбой от ребенка. Тюремная интеллигенция (если сравнить с сокамерницами), маргинальная прослойка, попавшая под каток американского ГУЛАГа.

Книгу при желании можно было бы озаглавить «Много дней из жизни Роми Хилл». Пафос лагерной прозы и впрямь ощутим. «Америка сидящая». Но не только. Зарисовки тюремного быта разбавлены мотивами «у тюрьмы не женское лицо». Тема начинает звучать сразу по прибытии: девочка рожает, садисты-надзиратели подойти-помочь не дают.

Короче традиции русской классики, прижившиеся на американской почве. Милость к падшим и все такое.

Но «не дай себя обмануть». На жалость, сколько ни читаешь, не тянет. Прав кто-то из американских рецензентов, аргументы книги в пользу осуждения системы наказания слабы. Все ж таки перед нами не Перовская, не Засулич и не Солженицын с Шаламовым, а одна презираемая уголовка. Кушнер пробует читателя на излом. Они отребье, полюбите их черненькими! Не прокатывает.

Наверное, большинству и без этого романа понятно, что тюрьма не должна быть территорией садизма. Но она не предназначена быть и райским островом. Жизнь там не может быть лучше, чем на свободе. Здесь вам не санаторий. Перед нами преступники. Здесь отбывают наказание.

«Записки из Мертвого дома» у Кушнер не получились. Сколько бы ни крутилась она вокруг Достоевского (даже преступление самой Роми отсылает к нему) весь роман имеет характер антидостоевский, потому что построен на неприемлемом для классика тезисе «среда заела». Среда она, конечно, виновата. Но тут даже не воровство хлеба для семьи как у Гюго в «Отверженных», а вполне очевидное: я убила его, потому что он меня задолбал. Героиня сама кругом виновата, как верно замечает кто-то из официальных лиц, когда Роми вспомнила о сыне. Но нас, как в мелодраматическом сериале просят закрыть глаза и заплакать над тяжелой женской судьбинушкой.

Проще всего сказать, что во всем виновата система, закрыв глаза на то, что мир тюрьмы созидается людьми в ней сидящими. Агрессивные, невежественные, настороженные. Какой еще они мир могут создать вокруг себя?

Книгу Кушнер, на первый взгляд такую вызывающую, остросоциальную, портит целый ряд очевидных моментов.

Прежде всего «Комната на Марсе», как и подавляющее большинство современной литературы, откровенно ретроспективна. Опять страницы переполненные воспоминаниями, рассказ о том, как все началось вместо того как закончилось.

Можно возразить: какие перспективы могут быть у человека обреченного на смерть в тюрьме? Странный вопрос: а какими они были у Робинзона? Человек тем и отличается от других существ, что живет завтрашним днем, и находит себе какое-то заделье, верит, надеется. Вот этот пласт будущего, даже тюремного, в книге искусственно обрезан. Возни в тюремном пространстве много, а общее ощущение, что жизнь закончилась в зале суда. Отсюда возникающее несовпадение между авторским желанием рассказать о тюремной жизни и общим ощущением загробного существования.

Книга Кушнер натуралистична. Не в том смысле, что нам что-то такое страшное показывают. Проблема в том, что только показом и занимаются. Автора распирает от знания матчасти, от материалов, собранных в процессе подготовки к книге. Внутренний мир героев, даже главной героини, растворяется во внешнем. При этом ничего принципиально нового про тюрьму нам не сказали. Знакомые декорации, достаточно изученные благодаря фильмам и книгам криминального жанра.

Невозможно отделаться от ощущения, что перед тобой туристические заметки. Туризм, верхоглядство стали отличительной чертой современной прозой. Отсюда странный синтез абстракций и мелких деталей, затемняющие разговор по существу. Но другого и быть не могло. Проза того, кто прошел через тюрьму отличается, от того, кто о тюрьме знает понаслышке. Мы знаем как плотно и глубоко пишут сидевшие люди, у них совершенно иной взгляд. Здесь все это заменено валом болтовни и поверхностных описаний. Ни тебе разборок, ни группировок, ни тюремной иерархии, ни неписанных правил.

Если это и книга о тюрьме, то какая-то выстроенная в угоду индивидуальному авторскому проекту, представлению о том, что следует говорить о жизни за решеткой.

В то же время, как уже было отмечено выше, книга откровенно сентиментальна. Нас в очередной раз пытаются поймать на чувствах. Кушнер хочет проделать с читателем такой же трюк, какой женщины-арестантки проделывают, манипулируя преподавателем-идеалистом Гордоном.

При этом в книге нет покаяния и воскресения. Ну, разве что кроме ленивой подачки в одно предложение: в тюрьме всякая, оставшись в камере задает себе вопрос «Как я могла?» И все. Маловато будет. А без покаяния разговор о тюремной жизни приобретает чисто техническую направленность – улучшить условия, исключить недопустимые эксцессы, запретить запрещать.

Наконец, перед нами взгляд с явным пристрастием. Все симпатии сидельцам. А ведь положение надзирателей ничем не лучше. Им ведь тоже дали срок. Они также смену за сменой варятся в этом тюремном соку среди воров, убийц и насильников, многим из которых совершенно нечего терять. А они тоже люди. У них тоже свои проблемы. Вот о них бы поговорить, поговорить о бедолагах, которые реально попадают в категорию «бедных людей», а не о любимых литераторами всех мастей обитателях дна.

Впрочем, сетования бесполезны, подобное всегда тянется к подобному. Таково свойство литературы с «дешевой стоимостью», плоской, идеологически выверенной, идентичной натуральному.

Роми Холл попадает в тюрьму на два пожизненных срока. Что такое страшное совершила эта стриптизерша, чтобы схлопотать столь долгое заключение?

Книга начинается с поездки зэчек на автобусе в тюрьму. Здесь мы знакомимся с Роми и её будущим миром за решёткой. Сразу бросаются в глаза преступления, совершенные осужденными, их отношения друг к другу и тюремной жизни.

Периодически нас забрасывает в прошлое, где проясняется картина жизни Роми и её сокамерниц. Как они дошли до того, что тюремное заключение им нравится больше свободы? Неоднократно один из персонажей говорит, что во внешнем мире опасно, никогда не знаешь, что там может случится. А в тюрьме всё ясно и понятно, всё идет по установленным законам.

Не скажу, что книга чересчур откровенна. Здесь мало сцен насилия и секса. Да, присутствует мат, но разве заключенные говорят на языке Шекспира?

Больше всего меня зацепила жизнь этих осужденных девушек. Иногда мне слышался запах героиновых притонов и дешевых мотелей, где девушки обслуживали клиентов, чтобы наскрести денег на дозу.

Думается мне, что книга подойдет не каждому. Она весьма своеобразна. Здесь упор не на действия, а именно на ощущения. Нужно прочувствовать этих зэчек, их образ жизни и взгляды на многие вещи. Книга окутывает грязью и безысходностью. Ещё раз заставляет задуматься над пресловутым вопросом денег и системы. Ведь история осложняется ещё и наличием у Роми ребёнка, которого она отчаянно пытается найти. Но разве достойна осужденная общения с собственным сыном? Бесчувственная система творит, что хочет, абсолютно не считаясь с чувствами людей.

Тот редкий случай когда рекламная информация на обложке оказалась практически правдивой. Действительно книга слегка шокирует и периодически ужасает, правда смешного я в ней не увидела. Ведь это роман о кошмарных условиях в женской тюрьме в США. В нем излагаются истории заключённых и , частично, сотрудников, читать которые довольно тяжело. В книге нет ничего позитивного, но она мне показалась довольно сильной, ей веришь. Удивило, что подростки сидят вместе с взрослыми и что женщину могут посадить в мужскую тюрьму. А также , что за непредумышленное убийство могут дать несколько пожизненных сроков. В общем гуманизмом в американской пенитенциарной системе даже не пахнет.

Всю книгу крутилась мысль - зачем я это читаю? Полезно? - нет. Познавательно? - нет. Захватывает, так что не оторваться? - нет. Домучивала из последних сил. Хотела поставить 4 балла из 10, но немного вытянула концовка, ставлю 5/10. Неприятное послевкусие, жаль потраченного времени. Казалось, ну не может же все вот это ничем не кончиться? Людям свойственно ошибаться, совершать неприглядные поступки, нести ответственность. И если бы финал дарил надежду, что есть выход и может что то измениться, тогда, бесспорно, да. Но выхода нет, конец банален, депрессняк...

Я такая: "Интересно, как стиль совершенно отличается от Outline . Талантливая писательница, пишет совсем по-разному." А потом оказалось, что я перепутала двух Рейчел, и эта Кушнер, а та Каск. Ну ладно. Совсем недавно читала другую похожую историю о жeнщине с ограниченной свободой - The Dream Hotel , правда, там была фантастика, а здесь реальность. Большинство женщин, которые сидят в тюрьме, отбывают срок за то, что отбивались от мужиков. Героиню преследует съехавший с катушек инвалид. Он получил травму, сел на какие-то таблетки, явно распрощался с кукухой, и зациклился на героине. Он ходил каждый день на стриптиз, где она работала, выследил, где она живёт, названивал каждый день. Я представляю, каково ей было, быть преследуемой день за днём неадекватом, и ещё опасаться за маленького сына. И, будучи деклассифицированым элементом, никакой помощи в защите от преследователя ждать ей неоткуда. Даже наоборот, когда она скрылась, охранник с её бывшей работы "пошутил" и выдал преследователю её новый адрес. Офигеть смешная шутка. Настолько смешно, что героиня отправляется мотать два пожизненных срока за убийство беззащитного инвалида. Суд, конечно, даже не озаботился увидеть дело с её точки зрения, принять во внимание самооборону. Никто даже не задался вопросом, что инвалид делал в другом городе в её подъезде. Очень печальный обзор несправедливости пенетанциарной системы для людей, которые никому не нужны, о которых некому поскорбеть или даже вспомнить на воле. Очень депрессивно.

Как только книга появилась у нас в магазине, я бросилась её читать. Уж больно заинтриговал отзыв Стивена Кинга на обложке. На самом деле я не знала чего ожидать. ⠀ – Там есть пришельцы? – спросил меня знакомый, заметив «Комнату на Марсе» у меня в руках. – Нет, там про женщину, которая отбывает срок на зоне. А «Комната на Марсе» это стриптиз-бар, в котором она работала. Да, там всё очень запутанно. – А почему ты её тогда всё ещё читаешь? – Мне интересно, во что же это всё выльется в итоге. ⠀ Знакомый был сильно озадачен. Да и я тоже. Нет, я не ожидала пришельцев и космолётов. Просто… Начав читать роман, я ожидала что вот-вот что-то произойдёт, ведь не зря этим персонажам отведено столько страниц, но… даже к концовке всё было как-то мутно. История затягивает, не желая отпускать, но внутри всё время есть комок чего-то недоделанного. С главной героиней связано множество людей, мы узнаём даже о тех, кто связан с ней косвенно. Самое интересное, что мы знаем всё о тюремном учителе и практически ничего о сыне Роми Холл, хотя ради него она и попала в тюрьму. ⠀ Интересно описан быт в женской колонии, сразу вспоминается книга «Оранжевый – хит сезона» Пайпер Керман. Кажется, можно даже унюхать запах чистящего средства и увидеть миндальные деревья за оградой из колючей проволоки. Моим любимым персонажем стал Конан/Лондон, кажется, даже у Керман был похожий герой. Именно они помогают пережить все ужасы тюремной жизни. ⠀ Роман получился неоднозначный. С каждой страницей оторваться было всё сложнее, но вот ответов на вопросы я не получила и конец слит. Странное впечатление после книги, не знаю, что в ней нашёл Стивен Кинг.