On the Bright Side

Я спросил парикмахершу (крашеную блондинку), которая сама уже явно движется в направлении дома престарелых, почему она, собственно, не стрижет мужчин. – И не подумаю! – Весьма убедительная причина, по-моему, – дерзко ответил я.

Некоторые соседи общаются по скайпу с детьми и внуками. Рядом с компьютером они кладут шпаргалку, где в правильном порядке записаны все необходимые для этого действия. Если шпаргалка затеряется, компьютер можно выбрасывать

Чем старее становлюсь, тем больше ненавижу старость и все, что с ней связано.

Эверт вообще не умеет играть в шахматы. Передвигает фигуры так, как живёт, руководствуясь чувством. Играет наобум. Но шахматы – не эмоциональный, а рациональный вид спорта. Жизнь тоже рациональный спорт, по крайней мере частично. Но и хорошая порция чувства необходима. И немного удачи не повредит.

Я снова обретаю вкус и доверие к жизни, ведь я начал немного опасаться за успех своего плана. А опасаться – большая опасность. От опасения всего шаг до промедления, а от промедления всего шаг до отступления. Если поискать, всегда найдёшь причину не сделать чего-то – и сидишь потом один как перст, глядя в окно. Один раз застопоришь – и больше не сдвинешься с места. Оставайся в движении, буквально и фигурально, пока не упадёшь замертво, вот девиз.

«И всё-таки мы цепляемся за канаты жизни», – сказал недавно Граме с горькой усмешкой. И я представил себе двух дряхлых боксёров в огромных перчатках. Они цепляются за канаты, но слишком слабы, чтобы покинуть свой угол ринга.

Повсюду параллельные миры. И они, похоже, не имеют между собой почти ничего общего. Мы, в нашей богадельне, живём где-то на краешке. Пока не свалимся.

В клубе достигнута чёткая договорённость: над болячками нельзя издеваться, но разрешается относиться к ним с юмором. Что весьма полезно. Мы много смеёмся над нашими несчастьями. Это упрощает жизнь со всеми осложнениями, которые влечёт за собой физическая слабость.

Наступает новый год, и тебе нужно крутить педали, Грун. У жизни нет боковых колесиков. Вперед и с песнями. Пока ты жив.

Конечно, они пережили войну, но, господи боже, к чему эта ненужная бедность? Так и крикнул бы им: “Да тратьте же вы деньги на те немногие вещи, которые вам еще по душе!”