Цитаты из книги Карта Анны

В нас заложен огромный арсенал, наши тела – это оружие.

Мозг – капиталист. Злой буржуа, который копит время. Он использует тело для своих темных целей, располагая всеми нашими производительными и репродуктивными ресурсами, умеет говорить, умеет обманывать, способен во имя неосязаемого идеала довести остальной организм до ручки.

Когда-то люди нашептывали свои истории в дупла деревьев или в стенные трещины. Теперь за каждую минуту на Ютьюбе добавляется двадцать четыре часа, то есть по четыре года в день.

Ты наконец поняла, где твое место – среди людей тонко чувствующих, среди тех, кто готов видеть хрупкую красоту мира и замечать красоту там, где ты решишь, что она есть.

Целовал твои синяки и представлял, что под кожей они сладкие, как подбитое яблоко.

Тарелки попадали, их осколки разлетелись по кафельной плитке, словно причудливые фарфоровые цветы.

В детстве, вспоминал Пётр, так просто было добраться до пустоты, обитающей за словами. Так просто было остановить или стереть смысл вещей. В детстве ты находишься в одном маленьком шаге от ничто. Названия еще не прилипли к вещам, не держались еще так плотно. Это потом они задеревенели и проросли насквозь: мир, завернутый во влажные молочные слова, будто бы тоже прошел сквозь плавильную печь взросления и стал компактным.

Анна, осторожнее! Вокруг нас реальность!

В мире столько всего, Анна, мы обтянули его ещё одним слоем реальности, которая приносит нам удовольствие и деньги, осталось только разучиться есть и дышать, освободиться ещё от двух-трёх атавизмов, и мы будем по-настоящему счастливы.

У реальности нет никаких историй. Только бесконечное число осколков, которые образуют всё новые и новые картинки в безумном калейдоскопе нашей короткой жизни.

Интимная жизнь в наш век - занятие ещё более тоскливое, чем туризм.

Как любой умный человек, он говорил множество вещей, в которые сам не верил.

У меня есть близкий друг - писатель, но он терпеть не может сюжеты. Благодаря нему я понял, что такое мандраж. Мандраж - это ужас перед сюжетом собственной жизни, перед своей историей.