Волонтеры вечности

Ни у кого нет реальных представлений о собственных возможностях.

– Тише, тише, моя милая! – Возмутился я. – Сама же просила тормозить…
– Я не твоя и не милая! – Неожиданно вспылила Меламори. С ней это бывает…
– Хорошо! Чужая и противная! – Покорно согласился я.

любить чужую родину обычно проще и приятнее, чем собственную!

С некоторыми людьми именно так и бывает: чем больше они смущены, тем сильнее надуваются.

Всякий мир может рухнуть в любую минуту, причём именно "ни с того, ни с сего". Об этом лучше вообще никогда не забывать. Когда задумываешься над этим, все остальные проблемы перестают казаться такими уж важными, правда?

— Ну и темпы у тебя! — вздохнул Кофа, неохотно поднимаясь с места. — А я-то надеялся отдохнуть от шустрого Джуффина и знаменитого шила, которое еще с древних времен засело в его тощей заднице.
— А он мне его оставил, попользоваться! — объяснил я.

Люди остаются людьми до тех пор, пока им чего-то недостаёт.

Не позволяй всякой ерунде портить тебе аппетит! Проблемы приходят и уходят, а твое брюхо остается с тобой. Его нужды — это святое!
Макс Фрай, «Лабиринты Ехо»

«Мы, люди, удивительно хрупкие существа, зато нас окружают чертовски живучие вещички! — подумал я. — Здесь только что погиб один человек, чуть не погиб другой, а с их очками все в полном порядке!»

Жизнь становилась все более удивительной: леди Меламори крутила задницей перед белокурым результатом групповой медитации арварохских буривухов, а я спешил на свидание с собственной галлюцинацией. Мы все сошли с ума, один Мелифаро оставался нормальным человеком: он воевал, грустил, напивался и спал, как и положено настоящему мужчине…