Руки, полные пепла

– Что ты смотришь? – спросила Софи, заметив, что Сет так и не включил планшет.
– «Игру престолов».
– Серьезно? Боги смотрят сериалы?
– Конечно. И ходим в кино. Неф таскает меня на все части «Оттенков серого», а потом смиряется с «Джоном Уиком». Хотя ей нравится Киану Ривз. А «Игру престолов» предложил Амон. Он так увлекся, что пошел распределять всех богов по домам Вестероса.

– Людям на порог дохлых котиков подкладывают, а тебе вот – скелетик.

Мир черного, фиолетового и призрачно-молочного.
Мир, не меняющийся тысячелетиями и все-таки постоянно находящийся в движении, – травы, листвы, воды, перетекающих друг в друга оттенков бархатной тьмы.
Это был мир Гадеса – и Персефоны, пусть пока она об этом не помнила.
Это мир полнился шепотками и скользящими силуэтами. Древние верили, что души здесь страдают, но Гадес лучше многих знал, что они без проблем могут принять более осязаемый облик, если захотят.

Им обоим нравятся ритуалы. Что-то постоянное и неизменное. Напоминающее: что бы ни случилось, есть циклы и вещи, которые никто не в силах изменить.

– Рад, что платье подошло.
Развернувшись, Софи посмотрела ему в глаза:
– Без него я тоже ничего так.

Это была плавная походка самой смерти. Бесшумная, вкрадчивая и убийственная. Его шаги – последний шелест, который ты услышишь в жизни.

– Бессмертный ублюдок.
– И я рад тебя видеть, – спокойно ответил Гадес. – Рад, что кое-что никогда не меняется. Например, твоя вежливость.

– Тогда тебе остается только одно, – заключил он.
– Выкрасть Персефону?
– Дурень. Соблазнить ее.

Когда можешь иметь все, обладание быстро становится бессмысленным.

Он узнавал ее всегда. Не сразу, но всегда.

Впереди стоит кованая беседка, и Деметра спрашивает:
– Как называется это место?
Персефона улыбается, очаровательно, обворожительно, по-весеннему:
– Дом.

Асфодели льнут к ногам Персефоны. Воды Стикса покорны воле Аида. Они – муж и жена. Они – король и королева.
Они – Подземный мир.

Благоухающие розы в его руках.
Цветущая смерть на кончиках ее пальцев.

– У меня есть целое Подземное царство. К чему мне клуб?
– Для понта.

– Может, я вампир, который живет вечно.
– Скорее ты похож на древнего бога, который рассказывает в текстах песен об истине, но никто ему не верит.

- И ты всегда так водишь? – спросила Софи. 

- А что не так? – искренне удивился Сет. 

- Ну, тебя полиция не останавливает? Или есть какой-то артефакт для отвода глаз? 

- Я просто плачу штрафы.

Зевс, наоборот, влезал во всё и стремился навести порядок, причем не только в своем пантеоне, но и у всех вокруг. Усмирить его активность обычно могли только Один с Локи. Первый вздыхал «утихомирься уже», а второй добавлял что-то матерное.