Мой лейтенант

Главный энергетик Большого дома (у Д. всюду были энергетические связи) потом рассказал Д., что их расстреливали голыми. Зачем голыми? Он пояснил, что голый человек ведет себя более покорно, без эксцессов, это установили нацисты, работая с газовыми камерами. Это сравнение поразило Д.

...судьба предпочитает решать по-своему, неведомо, из каких соображений.

Массовость смерти, блокадная обыденность её, рождали чувство ничтожества жизни, разрушали смысл любого желания. Человек открывался в своём несовершенстве, он был унижен физически, он нравственно оказывался уязвим - бредущий труп. Сколько людей не выдерживали испытаний, звенели. Блокада открывала человеку, каков он, что он способен выдержать и не расчеловечиться.

От войны больше всего достаётся лесу. Деревья стоят голые, ободранные, сломанные. Всё завалено ветками, сучьями. Это побоище ещё долго будет страшить своим видом.

Жизнь достаётся либо как подарок, перевязанный розовой ленточкой, либо как обязанность. Разворачиваешь - чего там только нет. Всегда сюрпризы. Всегда праздник.

Река времён в своём стремленье
Уносит все дела людей
И топит в пропасти забвенья
Народы, царства и царей.

Солдат не лучшее звание для мужчины. Куда выше, нужнее быть мужем, сыном, отцом.

Хороший журналист тот, кто ставит собеседника в тупик, кто спрашивает о том, о чем никто не спрашивал.

Окопный быт, он хитрый самый, солдату, чтобы воевать, приходится существовать - не только родину спасать, стрелять и драться, но чём-то надо подтираться.

Супружество как закон сообщающихся сосудов - что ни делаешь, отражается на другом, любое решение, настроение.

Вещи облеплены воспоминаниями. У каждой свой кусок твоего прошлого.

Во многой мудрости много печали и кто умножает познание, тот умножает скорбь.

Жизнь постигается, когда она проходит, оглянешься назад и понимаешь, что там было, а так живёшь, не глядя вперёд, откуда она приходит.

Из праха мы вышли и в прах вернёмся. То ли с пулей в груди, то ли с бякой какой.

Любовь - самый доступный, короткий путь к Всевышнему.

Чтобы сказать много, надо мало говорить.

У каждого из нас есть черта, которую перейти трудно.

Если могу стадо водить, чего же в стаде ходить.