Вдивляючись в сонце

Нет ничего хуже, чем, оглядываясь на свою жизнь, понять, что я даже не попробовала ничего другого.

Смерть – это наша судьба. Желание жить и страх исчезнуть будут с нами всегда. Этот страх инстинктивен, он встроен в нас на клеточном уровне и ощутимо воздействует на нашу жизнь.

Этот урок прост: превыше всего – контакт с человеком. Кем бы вы ни приходились ему – другом, родственником или психотерапевтом, действуйте решительно. Попытайтесь приблизиться к нему тем способом, который считаете правильным. Говорите от чистого сердца. Расскажите о собственных страхах. Импровизируйте. Обнимите человека, который страдает. Делайте что хотите, лишь бы это принесло ему облегчение.

Самое большее, что вы можете сделать для умирающего, – просто побыть с ним рядом (то же относится и к физически здоровому человеку в приступе страха смерти).

Друзья могут благодарить нас за то, что мы для них сделали или пытались сделать. Но просто сказать «спасибо» недостаточно. Вот истинно необходимое послание: «Часть тебя теперь находится внутри меня. Она изменила и обогатила меня, и я готов передать это дальше, другим людям».

Психотерапевты признают, что гораздо лучше попытаться помочь пациенту расчистить путь к самоактуализации, чем делать ставку на советы, подбадривания и увещевания.

Пытаясь ослабить изоляцию Джека, я не расписывал ему разные возможности общения, но указывал на основные препятствия к установлению дружеских связей: стыд и предубеждение, что люди сочтут его глупцом. И конечно, очень важным шагом стало сближение со мной. Изоляция существует только в изоляции – единожды нарушенная, она исчезает.

Раньше, готовясь к предстоящей лекции, я нередко представлял себе, что какой-нибудь «серый кардинал», например практикующий психоаналитик старше меня по возрасту, поднимется с места и скажет, что все, что я говорю, – полная ерунда. Теперь этот страх пропал: в аудитории нет никого старше меня.