Эта книга — не роман, не сборник рассказов и даже не полноценная автобиография. Это разношерстный набор заметок, лекций, статей и размышлений, тематически сгруппированных в несколько блоков. Информация кое-где повторяется — но это не недостаток, а скорее особенность: Пратчетт, как и любой мыслитель, возвращался к важным для него темам снова и снова, пытаясь донести их до слушателей и читателей.
«Опечатки» дают возможность взглянуть на автора Плоского Мира под другим углом. Узнать, что его волновало, как он работал, с чем боролся и во что верил. Не могу назвать эту книгу обязательной к прочтению, но думаю, что интересные мысли и наблюдения может найти в ней практически любой читатель.
Мне очень понравилась обложка: Терри и Смерть играют в шахматы. Это не просто красивый образ, а прямая отсылка к тому, как Пратчетт относился к своей болезни и к собственной смерти. Помните из «Гарри Поттера»: «И встретил он Смерть как давнего друга, и своей охотою с нею пошёл, и как равные ушли они из этого мира»? Это про Терри. Определённо.
Его книги о Смерти — совершенно чудесные, а выбор им времени ухода, когда болезнь стала невыносимой, был по-своему символичен. Я не сторонник эвтаназии и не могу сказать, что аргументы Терри прозвучали для меня убедительно, но я уважаю его выбор. Это был поступок взрослого, мыслящего человека, который до конца сохранил ясность ума и право распоряжаться своей жизнью.
Условно книгу можно разделить на три больших блока:
Первый — о писательстве. Здесь немного советов, рассказов о том, как Пратчетт садился за работу и как от неё отвлекался. О том, как он цеплялся за случайные факты, которые потом всплывали в его книгах — обдуманными, осмысленными, готовыми лечь в основу сюжета. Это не столько «учебник для начинающих», сколько взгляд изнутри на писательскую кухню человека, который прожил с пером в руках всю жизнь.
Второй — о фэнтези. Пратчетт был глубоко убеждён в несправедливости ярлыков, которые вешают на этот жанр: «про драконов», «не литература», «развлекаловка». Он относился к фэнтези с огромным уважением, считая его не менее серьёзным и важным, чем любая «большая проза». Читать его рассуждения об этом — одно удовольствие, даже если вы не любите жанр.
Третий — самый тяжёлый. О болезни. О системе здравоохранения. О том, как человек, написавший десятки книг, вдруг оказывается не в состоянии надеть трусы. И как в часы просветления продолжает работать — наговаривать тексты, потому что писать уже не может. Как он борется не только с болезнью, но и с бюрократией, с равнодушием, с недостатком помощи.
В 59 лет у Пратчетта диагностировали одну из редких форм болезни Альцгеймера — заднюю кортикальную атрофию (ЗКА). В отличие от других вариантов, при ЗКА распад личности начинается лишь на поздних стадиях. Пациенты долго сохраняют рассудок, теряя при этом возможность видеть, слышать и управлять телом. Свои последние книги Пратчетт написал уже после того, как узнал о диагнозе. Точнее надиктовал - он уже не мог ни писать, ни печатать.
Он никогда не скрывал болезнь. Наоборот — он много и подробно о ней рассказывал. О первых симптомах, о бытовых проблемах, о том, как мир сужается до размеров комнаты и собственного тела. Он пытался привлечь внимание общественности к проблемам пациентов с болезнью Альцгеймера и к несовершенству системы здравоохранения в Англии. В книге много конкретных примеров, как эта система работала (или не работала) именно в случае с ЗКА.
«Опечатки» — не книга для всех. Это не продолжение Плоского Мира, не весёлые приключения Ночной Стражи или ведьм. Это прощание. И для тех, кто знает и любит Пратчетта, оно будет болезненным, но важным. Для тех, кто только знакомится с его творчеством, — возможно, слишком личным.
Я рекомендую эту книгу:
- тем, кому интересно, как устроена голова писателя;
- тем, кто готов читать не только про магию и драконов, но и про быт, и про боль;
- тем, кто хочет понять, что значит оставаться человеком, когда мир вокруг распадается.
Пратчетт ушёл достойно. И эта книга — ещё одно доказательство того, что он был не просто великим сказочником. Он был человеком, который думал о жизни до самого конца. И не переставал писать.
Снимаю шляпу. И... У-ук!