Цитаты из книги Bound by Honor

- Ты как пугливая лань в лапах волка. - Он не понимал, насколько его слова близки к тому, что я думала о нём. - Я не причиню тебе вреда.

— Я люблю тебя, Лука

Любовь - это то, на что надеются девушки, когда молоды, это то, чего жаждут женщины, когда лежат ночью без сна, и то, что они получат лишь от детей. У мужчин нет времени на такие понятия

"Газеты называли его самым желанным холостяком Нью-Йорка, наследником сотни миллионов долларов. Наследник империи, но правильнее было бы сказать - наследник смерти и крови."

..отец снова поднял руку. Я приготовилась к пощечине, но Лука поймал запястье моего отца своей левой рукой. Его правая рука все еще сжимала нож, который он использовал, чтобы отрезать палец Раффаэле. Рука и нож Луки были покрыты кровью. Мои глаза расширились. Отец был хозяином дома, хозяином над нами. Вмешательство Луки оскорбляло честь моего отца.

Это не мое дело заставлять их контролировать себя. Лишь то, что я ношу открытую одежду, не означает, что я приглашаю их смотреть. Если они не могут себя вести как следует, это их проблема

«Рожден в крови. Поклялся на крови. Я вхожу живым и уйду мертвым».

— Мой.

— Навсегда, — сказал Лука.

— Рожденная в крови, поклявшаяся на крови,

Знаю, нормальный человек сбежал бы от Луки, но я выросла среди хищников. Приличные, нормальные парни с работой, не связанной с нарушением законов, были для меня чужеродным видом. И глубоко внутри первобытная часть меня не могла представить себя рядом с кем-то, кто не был альфой, как Лука. То, что такой человек как он может быть со мной нежен, волновало. Будоражило, что он был мой, а я - его.

– Думаешь, я смогу влюбить в себя Луку? Джианна покачала головой. — Может быть, ты сможешь заставить его уважать тебя. Я не думаю, что у таких мужчин, как он, есть сердце, чтобы любить. — Даже у самых бессердечных ублюдков есть сердце. — Ну, тогда у него оно такое же черное, как смола. Не трать свое время на любовь, Ария. Ты не найдешь ее в нашем мире.

В нашем мире тебе приходится быть признательным за малейшее проявление доброты, особенно от человека вроде Луки, особенно когда ему не нужно было быть добрым.