Цитаты из книги Bound by Vengeance

Его голова, должно быть, была невероятно захватывающим местом, учитывая, сколько времени он проводил там.

— Значит, ты никогда не делал ставки в собачьих боях? Слышала, некоторые люди зарабатывают на этом миллионы.

Глядя на его обшарпанный дом, я была уверена, что деньги ему пригодились бы.

Он покачал головой.

— Меня не волнуют деньги, а даже если бы и волновали, я бы не хотел зарабатывать их, позволяя собакам рвать друг друга на куски.

— Выходит, я могу уйти, если захочу?

Янтарные глаза Гроула пронзили меня насквозь.

— Можешь попробовать, — пророкотал он. — Но я найду тебя, куда бы ты ни пошла. Я последую за тобой на край света.

— Как романтично, — прошептала я с фальшивой бравадой.

Было неправильно давать тебе вино. Это не делает вещи лучше. А только заставляет тебя поверить, что это так.

Вот почему я предпочитал компанию собак. Понять их было несложно.

Они показывали то, что чувствовали.

— Не трогай меня, — прошипела я. — Никогда больше.
Он невесело улыбнулся.
— Почему же?
— Потому что ты вызываешь у меня отвращение. Ты чудовище, и я не хочу, чтобы твои руки касались меня, не тогда, когда они покрыты кровью.

Кара, имя, подходящее кому-то вроде неё, кому-то, слишком красивому для подобного места, для кого-то, подобного ему. Принцесса и чудовище — вот кем они были.

Впервые в жизни я возненавидела отца. Он навлек это на нас, заставил нас жить жизнью, которую никто из нас не выбирал.

— Я бы не назвала тебя тем, кто носит Ролекс, — с любопытством сказала она.

— Вовсе нет. Часы принадлежали Фальконе, и он подарил их мне в качестве подарка за хорошо выполненную работу.

Лицо Кары окаменело, глаза вспыхнули.

— Как и меня, — горькая улыбка тронула её прекрасные алые губы. — Но я не такая дорогая, как эта штука у тебя на запястье.

— Ты стоишь больше, чем всё, чем я когда-либо владел или буду владеть.

Так или иначе, она сделала то, что никто никогда не делал. Она привязала его к себе, и он всегда будет ей верен.

Может ли любовь родиться в плену? Разве это не что-то, что может процветать только на свободе?

— Люди не созданы для одиночества. Нам нужен кто-то. Это в нашей природе. Мы нуждаемся в прикосновениях. Нам необходимо с кем-то говорить. Чтобы было кому доверять. В противном случае мы становимся…

— Как я, — прохрипел Гроул. — Мне лучше быть одному. Я должен быть один.

Неудивительно, что так много людей в наших кругах были алкоголиками. Такую жизнь можно было терпеть только пьяным.

Она заставляла его хотеть обращаться с ней правильно. Она заставляла его хотеть быть лучше. Заставляла хотеть так много, чего не должен был.

Она была опасна для него, для жизни, которую он выстроил, для человека, которым он стал.

— Может, им одиноко.

— С чего бы это? Они не одни. Они есть друг у друга, и я не часто оставляю их одних.

— Если кто-то не один, это не значит, что он не одинок, — тихо сказала я.

легче жить без того, чего у тебя никогда не было, так как ты не знаешь, чего тебе не хватает, но когда у тебя что-то есть, трудно отказаться от этого.

— Я бы не назвала тебя тем, кто носит Ролекс, — с любопытством сказала она. — Вовсе нет. Часы принадлежали Фальконе, и он подарил их мне в качестве подарка за хорошо выполненную работу. Лицо Кары окаменело, глаза вспыхнули. — Как и меня, — горькая улыбка тронула её прекрасные красные губы. — Но я не такая дорогая, как эта штука у тебя на запястье. — Ты стоишь больше, чем всё, чем я когда-либо владел или буду владеть.

Стоит. Она стоит больше, чем ты и я вместе взятые. Ради неё можно потерять все.