Сай Твомбли

Два небольших текста выдающегося французского семиолога Ролана Барта (1915–1980), написанные в 1970-х годах для каталогов парижских выставок Сая Твомбли (1928–2011), служат превосходным введением в творчество американского живописца. Барт проницательно анализирует сочетание абстрактной визуальности и конкретности письма, определяющее самобытный характер искусства Твомбли.

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,3

36 оценок

5
53%
4
31%
3
14%
2
0%
1
3%

Ваша оценка

Прочитали 47Хотят прочитать 96

Рецензии

Anapril
15 марта 2026
Шедевральные дифирамбы каракулям
"Барт..., судя по всему, нашёл в лице американца [Сая Твомбли], обосновавшегося в Италии, "своего" художника... (от издателя)
"Немного по количеству, но много по значению" ("non multa sed multum") — так сам Барт определяет творчество американского художника Сая Твомбли. Именно так — чудовищно несоразмерно — выглядит вдохновенный, опоэтизированный и философствующий на интерпретациях, высосенных из пальца текст Барта по отношению к банальным каракулям, став самостоятельным философским произведением, заслуживающим и внимания и уважения.
Причиной, по которой Ролан Барт не стал тем мальчиком, который, увидев голого короля, воскликнул: "А король-то — голый!", может быть равно как зависимость от заказчика и его потребностей (текст ему заказал хозяин галереи Ивон Ламбер), так и собственное воодушевление от того, как искусство Твомбли удачно подошло для иллюстрации постмодернистской концепции письма просто потому, что там делается акцент не на внешнем, а на внутреннем. Этим воодушевлением пронизан весь текст, поднимающий его на высокий уровень, а вместе с ним и странное "искусство", которому выпала удача быть так оправданным. Невозможно написать такое вдохновенное эссе на творчество, которым не восхищаешься.
Вот этот "шедевр" Сая Твомбли был продан за 70,5 млн долларов(!).
А вот эти "шедевры" люди с серьёзными и задумчивыми лицами лицезреют в музее/на выставке:

Что ж... когда люди расхваливали "платье" голого короля, они тоже не обязательно лукавили — думали: "Может это моё грубое восприятие не способно воспринять такую тонкую материю".
"Полотна [!] Твомбли остаются пространствами насквозь проветриваемыми. Их воздушность — не только пластическое свойство; это как тонкая энергия [а! что я говорила! тонкая энергия!.. ну или материя... всё одно], которая позволяет легче дышать...". Чувствуете, какая поэзия?
По ходу чтения я просто всё больше и больше восхищалась этой хвалебной песней, самой по себе шедевральной. И уж тем паче — как можно сделать всё из ничего.
"...греческий и латинский языки, присутствующие в названиях Твомбли, историческая, мифологическая, поэтическая культура, вся та жизнь формы, цвета и света, которая происходит на границе земной тверди и морской глади. Неподражаемое искусство Твомбли (!!!)........." Кажется, ну хватит, это уже ни в какие ворота. Но душа Барта несётся в рай со скоростью света: "Что происходит на полотне Твомбли? Своеобразный средиземноморский эффект..." "...может... именно через такие неожиданности [не важно, какие] полотна обретают чистейший дух дзен". Ой, я этого уже не выдержу...
Я бы сказала, что такое творчество прежде всего ставит под вопрос наличие вообще каких-либо критериев в искусстве и выводит на поверхность необходимость их определить. Вот и по словам Барта, "в искусстве проблемы языка остаются по сути нерешёнными". Именно в этом кроется причина, почему подобное лжеискууство может проникнуть в искусство и заявлять на равные права, в том числе в пределах абстракционизма.
Ещё Эвальд Ильенков раскритиковал искусство кубизма как недоискусство. Но на тот момент он явно ничего не знал о Сае Твомбли.
Пожалуй, не менее чем мнение Р. Барта о таком искусстве, я хотела бы узнать о нём мнение Сьюзен Сонтаг. (Впрочем, эссе "О стиле" она тоже писала на заказ.) Но, к сожалению, она не обратила особого внимания на этого своего соотечественника (насколько мне известно).
Демонстрируя восхитительную находчивость в трактовке подобных творений, как то: смысл в его отсутствии как "то, что существует до смыслового разделения", "материя прима" ("materia prima" со ссылкой на Аристотеля), он в то же самое время говорит; "Полотна Твомбли создают нечто весьма простое — "эффект". Казалось бы, наконец-то, момент истины. Но нет. Широко ссылаясь на поэзию символистов, Барт имеет в виду общий "эффект", навеянный целостным восприятием произведения, облагородив сам акт создания эффекта в данном случае.
Сказанное составляет один процент всего богатства фантазии Барта, которая позволила ему на все лады опоэтизировать и офилософствовать (если можно так выразиться) самые фартовые из всех каракулей.
В определённый момент этот текст начинает звучать то ли издевательски, то ли просто смешно. Трактовку Барта можно назвать чем угодно: например, философией психологии подобного акта творчества как у Твомбли, а также поэзией от философии. Чем бы оно ни было — лишь бы красивые интерпретации нашлись, а значит такое художество чего-нибудь да стоит. И в этом плане Барт справился со своей задачей превосходно.
Думаю, подобное искусство отличить от неискусства не так уж сложно в том числе, если сравнить оные "шедевры" с картинами в стиле "ташизма" в абстрактной живописи. Да и вообще с любыми картинами этого жанра. Это сразу бросается в глаза с точки зрения эстетики. Искусство там, где эстетика (имхо). Неэстетичное искусство — это не искусство. И обычно абстракционизм вполне соответствует этому требованию.
На уже упомянутый постмодернистский концепт Письма под одноимённым подзаголовком в конце я обратила особое внимание, чтобы ещё раз верифицировать для себя место Барта "на стыке" (синтез? или попытка усидеть на двух стульях?): модерна и постмодерна, структурализма и постструктурализма и нашла вполне удовлетворительную для постмодернизма трактовку концепции, так что единственный вывод могу сделать после того как некогда определила Барта как чистого структуралиста, что — да, пожалуй, "на стыке".

Читать далее
44 понравилось
0
398
peterkin
20 февраля 2021
Столько в последнее время натыкаюсь на посты в духе "Это картины Сая Твомбли, они продаются за стотыщмильёнов денег" и комментарии к ним в духе "надо было не выбрасывать каля-маляки моих детей" или "да я лучше нарисую" с "это всё заговор галеристов", что решил почитать что-нибудь более внятное про этого художника, который мне-то всегда был симпатичен своей какой-то "митьковщиной" - в том смысле, что как митьки никого не хотят победить, так и картины Твомбли, написанные нарочито лениво (хотя, возможно, он и мелки-карандаши-кисти свои брал и держал как-нибудь совсем расслабленно и не очень удобно, т. е. не ленился, а наоборот, усложнял себе работу), не претендуют на взрывание мозга зрителя/читателя или захват его в плен. Приятно, что Барт в конце книжки пишет примерно о том же: искусство Твомбли "не стремится ничего заполучить".
Остальное пересказывать не буду, книга короткая, но для интересующихся природой искусства и письма, асемическим письмом (ни разу в книге не упоминается, но многие работы Твомбли близки к нему) и прочими "каля-маляками" будет интересной.
В интернете, конечно, скажут, что Барт - тоже часть заговора галеристов, которые убивают "настоящее искусство", или что Барт - классический случай "горя от ума", мол, сперва много умничаешь, а потом смотришь на каракули какого-то придурка и находишь там дофигищу смыслов... Но правда по-прежнему в том, что искусство - огромная штука, в которую влезут и Твомбли, и Фидий, и Врубель, и Хокусай, и... В общем, влезут все. А твоё в ней существование зависит только от твоих эстетических потребностей, интересов и предрассудков. Кому и кобыла невеста, как говорится, а кому и репродукции Шишкина достаточно, ничего плохого в этом нет.
--
Как водится последние годы у АдМаргинема:
70 страниц карманного формата стоят в магазинах по 700 рублей;
верстальщику так и не надрали уши (текст выровнен только по левому краю, поля на обеих сторонах разворотов тоже слева, в итоге книжку держать неудобно, не то что работать с ней);
книжка при своих незначительных объёмах шитая, это было бы приятно, если б сшита она была хорошо, но из моего экземпляра нитки торчат;
Карфаген должен быть разрушен.
Читать далее
6 понравилось
0
407