В игровой индустрии есть такой термин – «crunch». Так называют периоды, когда сотрудники игровых студий начинают жертвовать свободным временем и личной жизнью ради того, чтобы закончить игру в срок.
Есть ощущение, что такой «кранч» случился и с автором «Айрон Маска». Попробуем разобраться, почему.
Начинается роман бодро. Сын российского вице-премьера Алекс уезжает из Кембриджа, где он живет в общаге вместе с бойфрендом из Чили по имени Тео (есть ли здесь скрытая отсылка к Тартт, я не знаю), и летит в Москву, где происходит... переворот-не переворот, но что-то похожее: Путин не показывается на камерах, в Сочи собирается Совет Безопасности, в Москву заезжает военная техника, а перед Домо Правительства собирается палаточный городок. Странные мужчины в черном, представившиеся офицерами ФСО, везут Алекса на конспиративную квартиру, чтобы он поговорил с отцом, но отец все не появляется, ФСОшники ведут себя странно, и тут еще выясняется, что вице-премьер за время отсутствия Алекса обзавелся новой семьей...
Прибавьте к этому еще то, что герой ведет с отцом внутренний диалог (самые острые реплики вынесли на обложку книги), названия глав подсказывают, что за Алексом неотступно следует ФСБ («Объект вылетел туда-то», «Уничтожить архивные документы»), а чилийский парень в какой-то момент принимает на себя роль внутреннего голоса – и получите интригу, которая действительно заинтересовывает.
Вот только автор, придумав эффектную завязку, кажется, запутался в красных нитках и так до конца не смог их распутать. Персонажи перемещаются по спокойной в общем-то Москве без какой-либо сюжетной мотивировки. То есть, вот ФСОшник везет Алекса в гей-клуб, где его якобы ожидает отец, и потом оказывается, что Алекс сам на самом деле захотел поехать в гей-клуб (эээ?). Потом герой знакомится с балериной Большого театра (duh), новой женой отца, и вместе они ищут отца по Москве, потом занимаются сексом, потом Алекс едет куда-то еще...
При этом Алекс не то чтобы сам принимает решения. Его вечно дергает в сомнениях. Он вроде бы хочет встретиться с отцом, но в то же время и нет. Он хочет разобраться в том, что происходит в стране? – Ну а с другой стороны, и так все понятно, кто не знает, как выглядит русский бунт? В итоге получается такой рефлексирующий и жалующийся на жизнь интеллигент из «золотой молодежи», за которым все менее интересно следить. Он даже действует по чьей-то указке. Охранник сказал: поезжай в аэропорт? Ok, Алекс едет. Балерина сказала: отставить аэропорт, поехали в отель? Ok, едем в отель.
Большую часть нарративного времени Алекс ведет себя как NPC из ролевой игры, главная задача которого – помогать другим персонажам выполнять квесты.
Простой пример: Алекс заселяется в хостел, и его каким-то образом обнаруживает политик, снявший разоблачающий документальный фильм о заграничных дачах отца. Что нас ждет? Столкновение? Разоблачение? Интрига?
Нет, политик просто захочет, чтобы Алекс посидел у него на колене. Как в детстве, когда сын вице-премьера сидел на коленях у Путина. А потом все, эта сцена заканчивается, и зачем она была нужна, непонятно.
Единственный по-настоящему интересный отрезок книги: когда Алекс в поисках отца и ответов едет в Дом Правительства и добивается допуска в отцовский кабинет. Вот тут размышления Алекса о российской действительности оказываются к месту (очень удачный pun о том, что таксисты давно не знают, зачем нужен Дом правительства), ноооо сюжет опять буксует, отца нашли, но что-то с ним не так, потом он умирает, потом происходит что-то еще, и до самого конца никто вам не объяснит, что в итоге случилось.
Во многом потому, что сцены автор выписывает кинематографически выразительно, но они слабо связаны между собой. В одной сцене Алекс едет на телестудию, а уже в следующей его допрашивает следователь, и из их диалога мы успеваем узнать, что где-то за кадром и балерина пропала, и отец внезапно скончался, и Алекс не захотел его опознавать, и еще кучу информации, которую читателю придется додумать самостоятельно. И это не тот случай, когда «читатель становится соавтором»: подсказок автор не дает, а сквозная переписка ФСБ, на которую я очень рассчитывал, в итоге оказалась тут просто для красоты.
В романе есть действительно удачные моменты. Слащавенькая, но красивая сцена, когда балерина танцует, взгромоздившись на БТР, и Алекса возбуждает свобода этого танца, раскрывшаяся внутренняя свобода женщины, привыкшей сидеть в золотой клетке. Отсылки к русской истории («идемте в подвал фотографироваться, Ваше величество») и ее вечной закольцованности. Временами небанальные замечания Алекса. Обаятельные «телеграмные» диалоги Алекса и Тео.
А больше всего жалко линию отношений Алекса с отцом, потому что на самом-то деле она в романе – главное. «Айрон Маск» в общем-то не столько «актуальный роман» (действие могло происходить и в 1609 году, и в 1825, и в 1905), сколько на новый лад исполненная песня о родителях и детях, о том, как близкие становятся далекими, а надежда на воссоединение – хотя бы духовное – всегда основана на воздушных замках, которым суждено разрушиться. Но увы: создав напряжение вокруг пары «Алекс – отец», автор разрывает его на самом высоком вольтаже и оставляет читателя наедине с пустотой, заполненной отсылками к актуальным мемам и новостям 2019 года, которые уже завтра устареют.
В начале рецензии я упомянул «кранч», который случился с автором. Под конец книги остро чувствуешь, как автор торопился дописать рукопись и в забеге потерял еще парочку сюжетных линий. Вопрос только в том, куда было торопиться? Могу лишь предположить, что автор сам испугался разномерности слоев: тут вам и политические интриги, и отношения с отцом и его женой-балериной, и адвокат-чилиец. Чтобы все это связать, нужно больше времени и гораздо больший объем текста, и мне кажется, что стоило подождать и таки этот объем нарастить.
В итоге же мы получаем приключение-наркотрип, в которое Алекс входит разнузданным мажором, а выходит, э, смущенным мажором. И тут стоит вспомнить маклюэновскую максиму «Medium is the message», а применительно к литературе, «Style is the message». Когда автор стилизует текст под мышление мальяика-аутиста, читатель старается под это мышление адаптироваться. Аналогично когда повествование ведет герой-маньяк, читатель понимает, что доверять ему – нельзя, и ищет детали, которые помогут выяснить более-менее реальное положение вещей.
Но автор «Айрон Маска», взяв стилистику политических триллеров а-ля Джеймс Паттерсон и приправив узнаваемыми реалиями, помещает читателя в триппозное пространство, где сцены сменяют друг друга, словно кадры инстаграм-галереи, при полном отсутствии причинно-следственных связей. В итоге получился парадокс классного оператора при плохом режиссере: кадры огонь, а кино не вышло.
Напоследок о названии. Понятно, что Алекса держат на конспиративной квартире, как «Железную маску» в крепости Пиньероль, и сложившаяся вокруг «маски» легенда подсказывает как бы сквозной сюжет о лишенном законного наследства принце и стране, которую забрали у молодого поколения в угоду старшему (один из политиков тут становится не больше не меньше «Верховным комиссаром» (я не скажу вам, кто именно). И это действительно важная мысль – революция не означает, что мы обязательно окажемся в России свободных и молодых – но о ней я могу лишь догадаться, привязав название к роману, в самом же тексте эта идея не раскрыта.
Итого: сыроватый, сбивчивый текст, похожий чем-то на первые драфты начинающих сценаристов. Автор владеет стилем, но не потянул многослойный сюжет. Может, пока и не стоит?
#книги_жарь
68 понравилось
