Семь смертей Эвелины Хардкасл

Life doesn’t always leave you a choice in how you live it.

Мне его очень жаль.
Мне себя очень жаль.

Лгать он не умеет. Морщинистое старческое лицо с отвислыми щеками будто сцена, на которой чувства разыгрывают спектакль. Каждая гримаса – трагедия, каждая улыбка – фарс. Ложь занимает место как раз между ними и проваливает представление.

Лицо – та же маска.

Больницы ужасны! – восклицает он. – Там в каждом углу таится смертоносная зараза, а в каждой койке прячется страшная болезнь.

Так что сейчас мы повеселимся, а расплачиваться будем позже. Как обычно.

Возможно, – замечает Хардкасл. – Но я еще помню Данте, Филипп. Не все круги ада одинаковы.

Ррррот

Но я еще помню Данте, Филип. Не все круги ада одинаковы.