Восхождение на гору Невероятности

Вы не поверите, но есть неопровержимые доказательства наличия чувствительных к свету клеток на гениталиях бабочек, как самцов, так и самок. Это не глаза, которые формируют изображение, но разницу между светом и темнотой они ощущают — и могут послужить той самой отправной точкой, которую мы имеем в виду, когда говорим о начале эволюции глаза в древности. Никто не знает, как бабочки оперируют этим органом, даже Уильям Эберхард, из чьей очень занимательной книги под названием "Половой отбор и половые аппараты животных" (Sexual Selection and Animal Genitalia) я почерпнул эти сведения.

Асцидии, похожие на мешочек морские хордовые, весьма дальние родственники позвоночных, неустанно прокачивают сквозь себя воду, отфильтровывая микроскопические частицы пищи. Эти фильтраторы едят явно без всякого удовольствия. Пожалуй, одна мысль о том, что им придется где-то искать новую порцию, привела бы асцидий в ужас. Им было бы невдомек, зачем самые разные животные добывают себе пропитание с риском для жизни и далеко не всегда успешно, вместо того чтобы сидеть спокойно и буквально дышать пищей весь день напролет.

Успех живых организмов дарвиновская теория объясняет очень просто. Они процветают благодаря накопленной мудрости своих предков. Но это не та мудрость, которой можно научиться или обрести на жизненном пути. Такая мудрость достается чисто случайно, в результате полезных спорадических мутаций, и избирательно, неслучайно записывается в генетической базе вида. Одному поколению перепадает не слишком много, даже скептически настроенные физики, которых я цитировал, поверили бы в возможность столь малого везения. Но поколение за поколением приумножали успех, и теперь мы имеем результат настолько поразительный, что это кажется невероятным. Все действо по Дарвину зависит от — и вытекает из — факта наследственности. Говоря о наследственности как основной составляющей, я имею в виду, что на любой планете во вселенной, где наблюдается наследственность в каком-либо виде, почти непременно должен пойти процесс эволюции, то есть должна быть жизнь.0

Для упрощения мы считаем мутацию первой стадией эволюционного процесса, а естественный отбор — второй. Ho это неверный подход, коль скоро предполагается, что естественный отбор зависает в ожидании мутации, а потом либо выбраковывает измененные гены, либо хватается за них и снова приостанавливается. Вероятно, естественный отбор такого рода мог бы работать — а может, где-то во вселенной и работает. Но на нашей планете ничего подобного не происходит. В реальности есть обширный пул изменений, который накопился благодаря медленному притоку мутаций и в котором благодаря половому размножению произошло интенсивное перемешивание и приумножение изменений. Причина изменчивости — мутация, но к тому моменту, как ею "заинтересуется" естественный отбор, ей может быть уже много лет.