Сознавание. Наука и искусство присутствия

Представьте, что люди — это свечи. Думать о себе лишь как о куске воска, не способном давать свет, все равно что считать человека только телом, а разум — всего лишь свойством его головы. Но каждая свеча способна нести свет и, более того, делиться им с другими. Если в семье или в обществе вам внушают, что вы должны быть единственной и неповторимой свечой, то любая другая свеча, которая светит также ярко, представляет угрозу вашей уникальности. Вам становится неуютно, когда вы видите свет других свечей. У вас может даже возникать желание затушить их, чтобы светили лишь вы.
А теперь представьте, что есть и другой мир. Что, если мы не только куски воска? Что, если мы — это ещё и свет? И когда мы видим потухшую свечу, то можем зажечь её, поделившись своим светом. Мы ничего не теряем, когда делимся энергией. Что это дает миру? Это делает мир светлее.
Когда мы работаем над интеграцией нашего сознания, когда укрепляем ось Колеса и проникаем в поле вероятностей, мы острее и яснее ощущаем взаимосвязь с миром и другими людьми. Мы больше, чем куски воска. Мы больше, чем наши тела, которые принадлежат нам лишь лет на сто. Мы — огонь. Мы — свет, сияющий в мире.

Я ответил, что не знаю наверняка, что случается с человеком после смерти, и тогда отец спросил, что я думаю об этом. Я поведал ему о своих мыслях.
Я сказал, что за четверть века работы психиатром я не встретил ни одного человека, которого бы волновал вопрос, что с ним было до рождения.
Отец был заинтригован, и я продолжил.
Если представить миллиарды сперматозоидов и миллионы яйцеклеток, благодаря слиянию которых он мог появиться на свет, а потом подумать о том, что он зародился из одного сперматозоида и единственной яйцеклетки из всего этого разнообразия, тогда он — не что иное, как конкретное проявление, возникшее в море потенциала или в поле вероятностей.
— Допустим, — сказал он, внимательно слушая.
И вот у тебя есть всего лет сто, которые ты можешь прожить в своём теле, физической оболочке, появившейся из бесформенного моря бесконечных вариантов. Это и есть твоя жизнь. Это и есть данная тебе возможность. А когда умираешь, может быть, просто возвращаешься туда, откуда пришёл, — в поле вероятностей.
Он посмотрел на меня, и его лицо стало безмятежным, впервые за долгое время. Возможно, я вообще первый раз видел его таким.
— Это очень успокаивает. Спасибо, — сказал он.
Мы продолжали держаться за руки. Он лежал в постели, и мы говорили о разных вещах. Это был наш последний разговор.
Жизнь в поле вероятностей — словно танец божественного вдохновения, освобождающий нас, наполняющий благодарностью за чудесное пребывание в этом мире. Да, мы рождаемся в теле, и, если повезёт, у нас есть лет сто, чтобы станцевать свой танец. У нас есть разум, частично соотносящийся со стрелой времени, существующей по ньютоновским законам реальности. Это истина, которую принимал даже мой отец-материалист. Но одновременно наш разум свободен от стрелы времени, так как мы существуем вне времени, ощущая вечную свободу в поле вероятностей.

У многих, переживших в детстве негативный опыт, неопределённость оси Колеса может оказаться связанной со страхом на его ободе. Такая реакция станет препятствием для открытого сознавания и новых возможностей. В таком случае плато — состояние ума, провоцирующее тревожность. Отстранение только провоцирует чувство страха и неуверенности, усиливая автоматическую реакцию на стрессовую ситуацию. К сожалению, сопутствующий всему этому стыд лишает людей веры в доброту, в себя и в то, кем они могут стать, укрепляя в них чувство неполноценности. Только понимая, что это всего лишь ошибочное убеждение, вызванное стыдом, и что винить себя не надо, мы сможем погрузиться в познание оси Колеса. И только тогда перед нами откроется поле вероятностей, море потенциала. И мы освоим новые реакции, которые помогут принять реальность, сделают нас цельными, независимо от того, какие приобретенные убеждения сковывали нас прежде. Тогда мы научимся ослаблять плато стыда и вырастающие из него пики отчаяния. Мы будем знать, что заключенные в плато ограниченные представления о мире, эти фильтры и адаптивные состояния, защищавшие нас когда-то, могут стать нашей тюрьмой. Мы можем избавиться от них, изменив сам смысл пережитого опыта и ощущение себя, открываясь полю вероятностей и осознавая новые возможности для существования.