Убийство Командора. Книга 2. Ускользающая метафора

"Убийство Командора" - вещь, это пока лучшее, что я прочитала у Мараками. Горячо рекомендуется тем, кто застрял на полдороги и не знает, куда ему двигаться дальше.
Мураками подкупает своим философским, культурным и музыкальным багажом. В некоторых местах он откровенное выезжает на своем умении сделать эдакую элегантную философскую завихрюшку. Но он не проваливается в болото, ему нравится ходить по берегу, где есть опора на жизнь.
Книга вышла замечательная, кажется, автор беседует, увещевает и советует именно тебе.
Все эти блуждания в лабиринтах, попадание в нору Алисы, застревание и вызволение, в тот момент, когда ты готов сдаться и отчаяться, успокаивает и обещает, куда бы ты не попал, ты туда и стремился, и чтобы ты не делал, ты не терял время даром.
Просто вот это бестолковое совершенно времяпрепровождение, все эти иррациональные мысли, поступки, эмоции были нужны тебе для роста. А внутренний рост, как известно, штука болезненная.
Не отнимешь у Мураками эксцентричности и бесстрашия следовать за своим воображением. Командор - чудо что такое. Я просто по уши втрескалась в персонаж и ужас как мне было его жаль.
Присутствуют типовые решения, они, верно, есть у любого автора. У Мураками это дублирующийся сюжет, возможно, его можно назвать жирной линией, которая акцентирует внимание читателя.
Харуки Мураками не боится повторяться, чтобы его правильно поняли.
Единственное, мне жаль, что, когда автор сам теряет интерес к книге, то есть когда клубок на исходе, вещь закончена - тайны раскрыты - и нужно прятать нитки, ему становится скучно, и он все-таки сливает финал, выдергивает затычку, чтобы по-быстрее отделаться.
Так я не очень хорошо поняла, как автор вообще объясняет необходимость расставания мужа и жены. Юдзуки остается фигурой загадочной, ее мотивы необъяснимы.
Но, повторюсь, книга волшебная. Ничего более уютного, волнующего, пугающего и увлекательного я уже давненько в руки не брала.
Книга достойная библиотеки.

Расправившись с первой частью «Убийства Командора» – «Возникновением замысла», я задумался: писать сочинение сразу на эту книгу или дочитать все части и потом разом шарахнуть по Одаваре? Пока соображал, начал читать вторую часть про ускользание метафор, погрузился в Харуки-мир по полной и понял, что уже потом. Так что вот вам много букв потом и по полной.

Изначально я почему-то вбил себе в голову, что частей три. Перейдя к последним страницам «Метафоры», вошёл в режим «он что-то подозревает»: уж очень всё походило на резкое завершение. Поисковик подтвердил, что третьей части нет – и это стало натуральным разрывом. Думаю, это весьма важный факт для понимания всего того, что будет написано далее. Потому что я, как читатель, в чём-то остался глубоко разочарованным. Не господином Мураками и романом, а тем, что он так закончился. Нет, не закончился – оборвался. Но важно то, что это чисто субъективное ощущение остолопа, который по совершенно непонятным причинам решил, что книг больше. Противоречие между реальностью и ожиданием накладывает неизгладимый отпечаток на восприятие, и я хочу, чтобы критики критика сразу понимали контекст.

По ходу второй части я уже продумывал строки этой рецензии, в которых напишу, что сколько трилогий не читал (читал мало, скажу честно), вторая часть была всегда лучше первой и третьей. Мне вообще нравится эта идея золотой середины, а «Ускользающая метафора» мне пришлась по душе больше «Возникновения замысла». Но это не проблема «Возникновения» – оно хорошее, просто вторая, на мой взгляд, чуть, может быть, не лучше, но интереснее. Помню-помню, что «интересная» – это пустая характеристика (смотрите кинофильм с Вигго Мортенсеном «Капитан Фантастик»), но забрало лично меня сильнее. Наверное, потому, что именно во второй книге и разворачиваются наиболее драматические события.

В первой Харуки знакомит нас с главным героем, описывает жизненную ситуацию, в которой он оказался, и закладывает за воротник основную историю. В «Метафоре» просто больше действия, экшена. Не зря же там есть кровь. И вот когда ты почти физически ожидаешь продолжения банкета, он бац – и заканчивается. А ты только разогрелся вторым стаканчиком. Повторюсь: это ощущение от последних страниц многократно усилено тем фактом, что я ждал третьей части. Но даже если отбросить эту несуразицу, господин Мураками всё равно кончает резко. И от этого взрывного смешения реальности и вымысла в раз возвращается к обыденности и даже банальности.

И ведь он, гад, логичен до беспредела: как всё началось с личной жизни главного героя, так ей и закончилось. Просто в начале семейная драма, а потом, пожалуй, счастье. Обыкновенное, простое и даже в чём-то скучное. Ну а что – живу, зарабатываю на жизнь тем, что хорошо умею, кормлю семью. Гением не стал, глубже в вымышленные миры и переплетения смыслов жизни не окунулся, а просто вылез из кризиса и стал жить, как все обычные люди. И в целом главный герой (я даже не помню, как его зовут) и был обычным человеком. Поэтому с этой точки зрения все события романа и его финал жутко закономерны.

Я писал это в другой рецензии – не стоит недооценивать и гнусно относиться к обычной жизни. Что плохого в том, чтобы ходить на работу и воспитывать детей? Да ничего! Наоборот, для главного героя Мураками это становится столь необходимым выходом. Как только он принимает решение поговорить с женой после 8-месячного перерыва, вся творившаяся с ним белиберда начинает чахнуть и умирать. Убийство Командора в больничной палате – это лишь неизбежное следствие и высшее воплощение принятого главным героем решения. После этого он проходит скоротечный, болезненный и даже опасный пик жизненного этапа, который Мураками ловко выразил фразой «Я и так уже по уши в нелепице», и, истощённый, вылезает на белый свет, в котором потустороннего уже не существует.

Харуки не зря назвал книгу «Ускользающая метафора» – он блистательно владеет этим художественным приёмом и в дилогии об уничтожении Командора мастерски применяет его. На временном отрезке под кодовым названием «без жены» почти всё в жизни главного героя имеет переносное значение. Зловещий склеп – это та самая эмоциональная тьма, в которую он погрузился после расставания с супругой. И остаётся только звонить в погремушку, рассчитывая, что тебя кто-то выручит. А спасает его живопись, то есть работа, и друзья. Масахико даёт ему крышу над головой, Мэнсики не то чтобы друг, но именно он становится опорой: заказывает свой портрет (привет, живопись), платит баснословные деньги (не надо думать о выживании), провоцирует знакомство с заменителем сестры Мариэ и, в конце концов, физически вытаскивает обессилевшего художника из ямы, где погребают заживо.

Выполнив эту функцию, странный богач исчезает из жизни героя навсегда. Но и он отдал долг сполна: возможно, сблизил Мэнсики с дочерью и подарил жену. Второе точно, первое Мураками оставляет без ответа. Но так как отца у девочки (и брата у её тётки) по большому счёту и не было, то такой исход для всех сугубо положительный. Так что художнику тоже большое аригато. Симбиоз.

Но всё же жаль, что такая смесь реальности и вымысла (как, кстати это называется? Ведь называется…) приводит к такому простому результату. Слишком много вопросов: а что же там с миром идей? Откуда это всё взялось? Не было ли это сдвигом по фазе главного героя? Как это он так оплодотворил жену на расстоянии и чуть ли не во сне? В общем, Харуки Мураками намешивает в обеих книгах столько той самой нелепицы, что способ соскока с неё вышел каким-то невразумительным. Вот так щёлк – и всё, вымысел кончился.

Нет, что ни говори, мне прям не хватает третьей части.

Правда, немного костей автор всё-таки подбросил. Просто сделал он это в начале, когда ты ещё не вкуриваешь, что будет дальше и что вообще происходит. Какой-то мужик без лица, которого главный герой всё никак не может нарисовать… По сути, и это и есть концовка «нелепой» составляющей романа «Убийство Командора»: приходит всё-таки к нему иногда напоминалочка из того, выдуманного и оставленного позади мира. Я только не пойму, стоило ли её пихать в начало или лучше бы оставил «по классике» на конец. Так как тебе этот пролог «Возникновения замысла» вообще ничего не даёт, когда ты только начинаешь читать. А когда заканчиваешь «Ускользающую метафору», то чёрт его помнит, что там было в начале. А-а, точно, там же было! Но эффект немного не тот.

Понятно, что это всё сделано сознательно – Мураками играет с внимательностью читателя. Он вообще не прочь подучить нас, неотёсанных раздолбаев. То про Гитлера и Аншлюс Австрии, то про художественные стили и их особенности, то про особенности исполнения Шуберта Венским симфоническим, то про разгром испанской Армады. По истории я кое-что знаю, а вот о нихонга был ни слухом ни духом. В общем, возникновение просветительского замысла писателя налицо.

Что ещё смутило в романе, так это довольно плотное внимание к сексу. Я вообще не моралист или угрюмый консерватор, но мне всегда претит весь этот мат с театральной сцены, смущают сцены соития в литературе и тому подобное. «Алые паруса» с героинями в латексных лосинах – увольте (сам видел в Екатеринбурге). Наверное, с консерватором я погорячился… В «Убийстве Командора» эротической составляющей хватает так, что, пожалуй, можно было бы поменьше. Вот зачем мне знать про то, что одна из мимолётных любовниц главного героя почти всегда оставалась сухая, но всё равно занималась сексом, словно так наказывая себя за что-то? Самое главное, что фактически только это про неё Мураками и хотел сказать. Очень крутой факт про персонажа, и я это запомнил надолго, но ни развития, ни влияния на жизнь героя или кого-то ещё у неё нет. И зачем тогда? Про ту, что «придуши меня», ещё понятно – она играет важную роль. Третья и основная любовница вообще в порядке: у неё есть диалоги с героем, она рассказывает ему полезную информацию – короче говоря, нужный персонаж. А вот та «сухая» здесь только для сухости. Но ведь не выходит из головы! Видите, как зацепило? Дешёвый, но действенный приёмчик, господин Мураками, отдаю вам должное.

Понятно, что современный мир – это не сто лет назад, когда у американских пуритан бомбило от романов Драйзера так, что трусики лопались, и секс стал довольно обыденной составляющей бытия. Раньше, стоит признать, в шортиках, из-под которых ягодицы торчат, не ходили, а сейчас это как фоновый шум. И Харуки отражает эту действительность, просто уж очень, как кажется, упирает на неё. Ведь основной сок романа вообще не в том, это же не Эммануэль или Барбара Картленд.

В книге вообще много повторений. То и дело главный герой вспоминает сестру, рассуждает о путешествии по Японии, думает примерно одно и то же о жене и так далее. С одной стороны, мы все постоянно думаем о том, о чём уже думали раньше. С другой, ну напиши ты «И тут я снова вспомнил жену», да и хватит. Но нет. Я всё чертыхался по ходу чтения: «Опять "Я вошёл в неё" и всё такое». А потом неожиданно подумал: «А если главный герой просто немного повёрнут на сексе? Такое же бывает? Бывает». Дальнейшая логическая цепочка такова: герою 36 лет, мне вот, так уж получилось, тоже 36 – я часто думаю о бабах? Хм. А тут ещё разрыв с женой, психологическая травма, вынужденное воздержание – ну что, в целом всё разумно. Просто в «Возникновении замысла» главный герой так спокойно и по-взрослому переживает разрыв, что не складывается ощущения личной трагедии. Но потихоньку начинаешь соображать, что она всё-таки есть. А уж в конце, когда «поговорю с женой» перетекает в убийство Командора и нормализацию жизни, так совсем.

Вообще, одно из главных, что можно сказать об «Убийстве Командора», – многое понимаешь, только прочтя целиком и переварив. Поэтому читайте и переваривайте.

P.S. А может быть, Мураками просто хотел оживить картину, которой вдохновился у Дона Жуана, и придумал такую залихвацкую историю просто ради этого? Правильный ответ: и ради этого тоже.