Цитаты из книги Теорія брехні

В качестве маски … чаще всего применяется улыбка, являющаяся противоположностью всех отрицательных эмоций: страха, гнева огорчения, возмущения и т.д. Улыбку предпочитают еще и потому, что благодаря счастливому выражению лица и обмануть гораздо проще.

"Многие родители сами вынуждают своих детей к этому гнусному делу [лжи] жестокими побоями за любой мельчайший проступок; а это значит, что в следующий раз маленькое, охваченное ужасом существо непременно сорвется в пропасть лжи. Только для того, чтобы избежать палки."

Как лжецы, мы не являемся ни безупречными, ни несовершенными.

Для того чтобы с ходу сочинить убедительный ответ, который будет соответствовать всему, сказанному ранее, и тому, что потребуется сказать далее, необходимы такие умственные способности и выдержка в стрессовой ситуации.

Смущающийся лжец, продумавший каждое свое движение, похож на лыжника, который, съезжая по склону, думает о каждом своем движении.

Никто никогда не говорит правду

Сталин сформулировал наиболее жестко: «Слова дипломата не должны иметь ничего общего с его делами – иначе какая ж это дипломатия?… За хорошими словами прячутся дурные дела. Искренняя дипломатия столь же невозможна, как сухая вода или деревянное железо»

Умение хорошо лгать – это особый талант, приобрести который нелегко. Для этого человек должен быть прирожденным артистом и обладать обаянием и умением очаровывать людей. Некоторые люди умеют, не задумываясь, управлять выражением своего лица и создавать именно то впечатление, которое хотят произвести. Таким людям не нужна никакая помощь.

Россия стала страной, в которой ложь и мошенничество превратились в норму, в которой все знали о коррумпированности системы и несправедливости законов – а для того, чтобы выжить, надо было победить систему.

При самообмане человек не осознает, что лжет самому себе, и не знает, чем мотивирован его обман.

Фрейд утверждал: «Имеющий глаза, чтобы видеть, и уши, чтобы слышать, может убедиться, что ни один смертный не может сохранить тайны. Если его губы молчат, то он говорит кончиками своих пальцев; признаки лжи сочатся из каждой поры на его коже».

Теперь представьте себе невиновного обвиняемого, который ужасно боится, что на суде ему не поверят. Если ему не поверили полицейские, прокурор и судья, когда он до суда обращался с просьбой об освобождении, то почему должны ему поверить присяжные? Признаки этого страха могут быть интерпретированы неверно и приняты за страх действительного преступника, который боится, что будет уличен. Пять-ноль в пользу настоящего преступника.

Мы можем лгать или говорить правду, заметить обман или пропустить его, заблуждаться или узнать истину. У нас есть выбор.

Сокрытие эмоций может быть принципиальной целью лгущего. Но даже если это не так, даже если лгут не о чувствах, чувства при лжи все равно неизбежно присутствуют.

Человек, неизлечимо больной раком, поверив, что выздоровеет, сохраняет свою ложную веру, несмотря на многочисленные признаки быстро прогрессирующей неоперабельной злокачественной опухоли.

Знать, что говоришь, легко; знать же, что выражает твое лицо, куда труднее.

Самая лучшая маска – фальшивая эмоция.

Несовершенство наших способностей ко лжи является фундаментальным, а может быть, и жизненно необходимым качеством человеческой природы.

Когда политик лжет? – Когда шевелит губами!

Если в квартиру постучит незнакомец, дети не должны говорить, что они дома одни; они должны солгать и заявить, что родители, например, спят.