Хорошее название для романа, не находите? Любой, кому довелось ушибиться головой о мистику-ужасы-фантастику-фэнтези, рано или поздно приходит к Лавкрафту. Ну, просто потому, что все произведения жанра вышли из него, как русская литература из гоголевской "Шинели". Не из него одного, было еще загробное направление "Дракулы" Брема Стокера и механистическое "Франкенштейна" Мери Шелли. Но Лавкрафт, он таки-да!

Первую встречу, помнится, предвкушала. И отченно разочаровалась. Впечатление "он пугает, а мне не страшно" осталось ключевым в восприятии ужасов основоположника. Разве что мерзко, гадостно. Хотя, не совсем так. На взгляд дилетанта, а я - он, Лавкрафт писал о трех вещах: вторжение из иных миров; неосторожно разбуженный доисторический ужас; перенос кусков пространства между измерениями.

Первое и второе, да мало ли читали-смотрели подобного? Все хорошо закончится и мы победим. А если не победим, то уже безразлично будет, мертвые сраму не имут. Что по-настоящему пугает у писателя - это изломанное искаженное пространство, не стыкующееся с человеческими понятиями и эвклидовой геометрией. Он не объясняет подробно, просто говорит, что вид комнаты вселял ужас, потому что поверхности смыкались под немыслимыми углами и уходили в перспективу, которой не в силах осознать человеческий разум. А паучьи лапки безумия взбегают по позвоночнику.

В "Неведомом Кадате" пейзажно-интерьерных описаний в изобилии, благо, не таких, каких боюсь. Роман о сновидце. У каждого, говорят, свой талант, нужно только уметь его найти. Рэндальф Картер научился управлять сновидениями, путешествуя в снах по таким местам, в какие ни один туроператор не доставит вас. Трижды добирался он до маняще-прекрасного города, озаренного закатным солнцем. И трижды не позволяли ему войти туда. выбрасывая из сна.

Настойчивый дядька решает найти город мечты. Странствия в поисках, встречи, приключения, битвы - и есть история. Интересно? - Ни капельки, Картер стерилен и все отношения, в которые он вступает, подернуты сомнабулическим флером. Той живой крови, которая течет в жилах персонажа, делая живым, нет в нем. Словно бы вместо нее вино из сока Лунного дерева. Красиво? - Очень.

Но много, перебор. Написал Гумилев: "Только раз оттуда в вечер грозовой/ Вышла женщина с кошачьей головой,/ Но в короне из литого серебра./И вздыхала, и стонала до утра./ И скончалась тихой смертью на заре,/ Перед тем, как дал причастье ей кюре". И этого достаточно, чтобы увидеть, правда? Перегруженные подробностями описания добиваются противоположного результата.

И все-таки это славная история. Потому что позволяет восхититься величием и многообразием Божьего мира. Потому что напоминает: и счастье свое и свои горести мы несем внутри себя. Потому что утверждает: мир устроен правильно и справедливо. А еще потому, что кусочки чудесных лавкрафтовских городов приходят к нам, подсвеченные талантом наших любимых писателей. Он создал вселенную, пусть доведут до совершенства преемники, за то и любим.

Один знаток автора назвал этот рассказ "кровавой милотой". Как после этого удержаться от прочтения? Это второй прочитанный мной рассказ у Лавкрафта, и он совсем не страшный, скорее неприятный и жестокий. Да и рассказом его можно назвать условно, скорее это сказка или страшилка, которой пугают друг друга ребятишки.

Сюжет рассказа очень прост. В городе Ултар жила пожилая семья, которая очень не любила кошек. Наверное, не любила - это мягко сказано, они просто ненавидели семейство кошачьих и убивали их. Все в округе знали, что вытворяет эта парочка и молчали. Однажды в Ултар приехал караван странников, с которыми был мальчик-сирота. Эта парочка убила котёнка, принадлежащего мальчишке. И настигло их возмездие, да такое, что больше никто в городке и не думал обижать кошек.

Я думаю, что эта история совсем не о кошках. В этом маленьком рассказе скрыт назидательный смысл, и лежит он на поверхности: всё зло, причиняемое другим, рано или поздно вернется бумерангом. Или может я слишком наивная, что верю в справедливость и неотвратимость наказания?

Неожиданный для меня рассказ Лавкрафта. Я не много читала у этого автора, но это "не много" было Говард Филлипс Лавкрафт - Зов Ктулху , поэтому я думала, что его специализация - фабрикация чудовищ наподобие Левиафана или чужих. "Белый корабль" - совсем другое, что-то вроде философской притчи.

История о Бэзиле Элтоне напоминает старинные путешествия, которых я умудрилсь прочесть немало, где герои перемещаются от одного острова к другому и видят фантастические города и миры. Стиль тоже архаичный, я читала по-английски и отметила, что автор все время употребляет инверсию (обратный порядок слов) и устаревшие слова.

По сути, все сводится к тому, что человек - ненасытная тварь и поэтому обречен. Дай ему рай, он захочет большего, и потеряет все. Попав в страну Сона-Нил, где нет времени, пространства, страдания и смерти, герой захотел двигаться дальше, в западную землю, где не был еще ни один человек, и это была ошибка, исправить которую нельзя. Любопытство сильнее бессмертия.

Рассказ очень короткий и не сказать, чтобы страшный - точнее, он страшный по сути, но рассказывается происходящее так обыденно, что сходу не тянет как-то глубоко вовлекаться и сопереживать (и спасибо малой форме за это). Но если задуматься, как прекрасно он раскрывает человеческую природу, а.

Это и начало, и конец рассказа, поэтому - не спойлер. Люди вредили живым существам, которые не могли никак дать им отпор. Потом - внезапно для себя - люди за это огребли, безвариативно и качественно. Сделали ли люди из этого вывод? Да, но очень узкий. Раз они за кошек огребли, значит, кошек лучше не убивать, так и запишем. Не "не убивать невинных животных, кроме как ради пропитания", нет. Огребли за кошек - окей, кошек не трогаем, опасно.

Никакой морали. Просто забавно.

Пусть каждому, кто издевается над животными, демонические коты обгложут кости!
Так-то я человек не злой. Наверное, и не добрый, но очень тщательно следящий за своими поступками и движениями души, чтобы и те и другие соответствовали кодексу порядочного человека, как я его понимаю. К тому же боль я считаю крупнейшей ошибкой эволюции, и всячески борюсь с нею в себе и других страдающих людях. Как-то даже проводила семинары по ноцицепции. Нет, я ещё не забыла, что пишу о рассказе Лавкрафта, сейчас к нему вернусь. Всего пару слов ещё: если бы мне поручили творить нервную систему, я бы придумала для немедленного оповещения о неполадках в организме иной аларм. Некий звуковой сигнал, да хоть бы электрический разряд, всё лучше, чем это хамство, которым мы себя оповещаем о том, что сели голым задом в горящий костёр.
После этой рекламации в адрес Создателя перехожу прямо к Лавкрафту.
Жило-было семейство, мучало котов из чистого извращённого удовольствия. И поплатились за это. Ура! Да здравствует Лавкрафт, мудрый и справедливый дядька, мастер страшных сказок. Все подаётся в приятной атмосфере древних легенд, облаков, меняющих форму, таинственных песнопений и мистических исчезновений. То есть, именно так, как и должна выглядеть такая история, классический хоррор. Мне нравятся сверхъестественные и беспощадные коты. Э.По подарил мне первого, ещё в детстве. У Сапковского в чудесном коротком рассказе «Золотой полдень» Анджей Сапковский можно найти подобного, горячо советую всем, кто неравнодушен к котам и ещё не читал. Этот рассказ заставит бросить не один заинтересованный взгляд на вашего домашнего пушистого лорда. Пратчет тоже знает толк в Коте! И теперь Лавкрафт подарил мне кусочек кошачьей магии, за что ему большое спасибо. Друзья! Я с огромным удовольствием приму новых, ещё незнакомых котов в добрые руки. Котам чародейским обещаю особенное внимание и любовь.
А если ближе к тексту, то вот: мне в жизни встречалось всякое людоедство, терпимость — моё кредо. Меня не смущает убийство и прочие проявления человека. Но пыток не преемлю. По моему мнению, тот, кто мучает - котов или некотов - заслуживает того, чтобы стать персонажем хоррора.
Тем персонажем, который не доживает до финала.

Такое ощущение что в повести уместились все что только могло уместиться в голове под галлюциногенами... Это что-то с чем-то. Я конечно же уже вроде адаптировалась и привыкла к творчеству Лавкрафта, но когда читала, моя фантазия рисовала странные картины как у Сальвадора Дали. Нет, мне нравятся некоторые его картины, но я далека от всего этого. Я не могу так одухотворенно рассуждать об искусстве. Я вижу картину - либо она мне нравится, либо нет. Третьего не дано. Вот и здесь так же. Мне нравится. Сказать иначе не смогу.

Творчество Лавкрафта накрывает очень сильно. Либо ты подсаживаешься на него, либо попробовав несколько раз - останавливаешься. Все зависит от того, нравится тебе или нет. Здесь у нас опять появляется персонаж, упомянутый ранее в разных рассказа Лавкрафта - Рэндольф Картер. Тут и космические путешествия, и трансформация и потеря своего тела. Вернувшись на землю в другом теле, он рассказывает друзьям и родственникам (которые собрались вмести, дабы разделить наследство), о своих космических путешествиях. Что он встретился со своим проводником и наставником - Йог-Сотот и т.д.

Вас еще не накрыло? А вот я будто пережила взрыв мозга. Вопрос в другом. Почему все реально воспринимали его речь?

"Тварь у порога" - это рассказ, который просто круто сделан. Тут все элементы идеального "лавкрафтианского" ужаса - рассказ от лица очевидца событий, все самое страшное происходит "за кадром", но по ряду элементов можно восстановить, что же именно происходило. Тут даже есть элемент злой шутки: сама по себе "тварь у порога" - это скорее хороший персонаж!

Что несколько удивляет, это как после столько рассказов и уже известной географии Новой Англии Лавкрафта, его персонажи настолько не в курсе о темных и магических событиях, которые могут произойти. В этом рассказе дело происходит в Аркхэме. Друг рассказчика берет в жены девушку из Иннсмута. Про нее, ее отца, их семью и город в Аркхэме ходят самые разные и даже скверные слухи, но персонажи как-будто все равно не догадываются, что происходящее с ними может быть правдой, а не игрой сознания, которой рассказчик объясняет все необъяснимое.

В этом рассказе Лавкрафт, по-моему, впервые описывает особенную злокозненную магию (которая также появляется, например, в фильме "Ключ от всех дверей"). Я удивляюсь героям, которые отрицают очевидное колдовство, совершающееся буквально в соседнем доме, но я сама готова первая сказать, что в такую жуть ужасно не хочется верить, и такого не бывает, потому что не может быть.

Этот рассказ Лавкрафта часть существующей вселенной. Удовольствием от него не только с встречей с чем-то непознаваемым, но в большей степени в переплетении известых мест действия, известных семейств, населяющих мир Аркхэма. Тут у чудовищ и колдунов уже есть вполне сформированная сетка их способностей. Эта история - для фанатов игр по Аркхэму, и для любителей собирать фантастический мир из фрагментов его хроник.

Этот рассказ я бы воспринял по-иному, если бы не читал ранее роман Грэм Мастертон - Жертвоприношение , который стал для меня «Лучшим прочитанным года» (рецензия). В «Грёзах», на удивление для меня, я нашёл перекличку с Мастертоном: рассказ Лавкрафта, получается, неким своеобразным прологом к роману «Жертвоприношение» — у них одна и та же основа. И это было для меня сродни литературному открытию. Я ещё только знакомлюсь с Лавкрафтом, поэтому для меня аннотация к рассказу стала открытием, прочитав которую я буквально потерял дар речи: «Это же та самая история!», — воскликнул я про себя. Эти два произведения нельзя сравнивать: они написаны разными авторами и с разницей в 80 лет, но их объединяет одна сквозная деталь, которая невероятным образом проходит стержнем через оба произведения.

Сам рассказ больше походит на хронику событий, которая описывается в сжатом формате. Здесь нет ни одного диалога, нет ни одной фразы, герои ничего не произносят, а лишь действуют. Само повествование в лучших традициях Лавкрафта — атмосферно и с ощущением личного присутствия. Мистический, фэнтезийный мир автора как-никогда узнаваем.

Хоть рассказ и даёт сюжет в сжатой форме — концентрация мысли, ничего лишнего, всё по делу — в несколько десятков страниц, но по прочтении здесь есть о чём подумать, о чём подискутировать и на основе чего устроить даже полемику. Тема пространственности времени, недосягаемых нам измерений, на фоне математических исчислений, подана под углом мистической составляющей от мира Лавкрафта, когда происходящее с героем в сновидениях отражается в реальности, а под конец уже сон и явь смешиваются, когда гости из сна, «толи да, толи нет», появляются рядом с тобой в реальном времени.

Скорей всего этот рассказ меня так сильно не впечатлил, если бы я не прочитал «Жертвоприношение». В данном сочетании двух историй подтверждается неоспоримость идеи о вдохновлённости одного писателя другим, когда некая легенда или миф берётся за основу художественного произведения и создаётся книга, от которой невозможно оторваться. В рассказе Лавкрафта не хватает наполненности озвученного вскользь сюжета, он лишь сосредоточен до размеров среднего рассказа. А вот Мастертон — развил озвученную тему Лавкрафта до полномасштабного и более чем цельного произведения, от чего только выиграл.

Рассказ «Грёзы в ведьмовском доме» хорошо перечитывать находясь в размышлениях, которым всегда будет место. Поскольку межстрочная тема этого рассказа бесконечна, как и сама пространственность в мирах, как и тема стирания границ между сном и явью, между мирами в пространстве, между прошлым и настоящим, когда в результате определённого сочетания в искривлении времени и пространстве есть возможность перехода, что познать в нашем трёхмерном измерении пока невозможно, но можно не осязая времени нашего трёхмерного пространства обсуждать подобные произведения, прибывая в грёзах упоения от прочитанного и в восхищении от автора.