Цитаты из книги Ο Χάρι Πότερ και το κύπελλο της φωτιάς

– Ты поступил, как поступил бы твой отец. А лучшей похвалы просто нет.

В этот момент Гарри понял, что продолжать не может. Он почувствовал, что рука Сириуса уже не лежит на его плече,и обернулся. Сириус Блэк стоял, спрятав лицо в ладонях.

Рон вдруг посмотрел на неё совсем другим взглядом, точно впервые увидел.
– Гермиона! А Невилл прав, ты – стоящая девчонка!

Рон нервно улыбнулся, и Гарри улыбнулся в ответ.
Гермиона расплакалась.
– Чего ты плачешь? – удивился Гарри.
– Какие же вы идиоты! – топнула она ногой, и слёзы хлынули у неё из глаз. Обняла их, оттолкнула и убежала, давясь рыданиями.

– Что ж, они храбро сражались, – послышался мрачный голос позади Гарри. Он оглянулся – это был болгарский министр магии.
– Вы говорите по-английски! – возмущённо воскликнул Фадж. – И вы весь день смотрели, как я объясняюсь жестами!
– Ну, это было очень забавно, – пожал плечами болгарин.

Гарри, стараясь не глядеть на Снегга, снова принялся толочь скарабеев, представляя себе, что каждый жук — это профессор зельеварения.

— И что они ходят все вместе? — спросил Гарри у Рона, увидев стайку девочек, которые поглядывали на Гарри, хихикая. — Как тут к одной подойти и пригласить?
— Может, оттащить её в сторону с помощью лассо? — предложил Рон. — Ты уже выбрал, кого заарканить?

Гермиона учила Крама произносить её имя: он звал её «Геримона».
— Гер-ми-о-на, — медленно, по слогам произнесла Гермиона.
— Герм-ивона, — повторил Крам.

Двери в Большой зал распахнулись, и толпа хлынула в зал. Поклонницы Крама, те, что устраивали засаду в библиотеке, проходя мимо, казалось, готовы были убить её. Пэнси Паркинсон вытаращила глаза, и даже Малфой позабыл от изумления ругательные слова.

Оказаться бы одним из этих счастливчиков! Сидел бы сейчас с друзьями, разговаривал, смеялся. Ни о чём не думал, кроме домашних заданий. Не выскочи его имя из Кубка, разве пришёл бы он сюда в мантии-невидимке? Рядом был бы Рон. С азартом бы обсуждали втроём, как трудно придётся чемпионам во вторник. Ожидает ли их смертельная опасность? Как бы он жаждал со стороны смотреть состязания, в качестве зрителя! Вместе со всеми болеть за Седрика, сидя на трибуне, в безопасности…

— Про домовых эльфов! — отчётливо и громко произнесла Гермиона, подтвердив догадку Гарри. — Ни одного раза на протяжении тысячи страниц в «Истории» не сказано, что мы все участвуем в жестоком угнетении сотни эльфов.

— Я не буду ходить, — наотрез отказался Драко Малфой. — Спасибо, я с лихвой нагляделся на них во время урока.
Улыбка сползла с лица Хагрида.
— Будешь делать, что я велю, — гаркнул он. — Не то я последую примеру профессора Грюма… Слыхал я, какой из тебя получился прекрасный хорёк!

Гарри круто обернулся. По мраморной лестнице, хромая, спускался профессор Грюм. В руке он держал волшебную палочку, направленную на белого хорька, дрожавшего на мощённом плитами полу как раз на том месте, где только что стоял Малфой.

— Он добродушно оглядел братьев Уизли, Гарри, Гермиону и Джинни. — Это все твои, Артур?
— Нет, только рыжие, — усмехнулся мистер Уизли, указывая на своих детей.