Мия

Теперь она понимала, что море было ее силой, живущей внутри. Она теребила бабушкину ракушку и гадала, что еще принесет ей дорога, чем испытает? Как много сможет поглотить, перемолоть, принять, выдержать ее внутреннее море? Она понимала: все, что она переживает сейчас, - все осядет песком и илом, останется в ней навсегда. Может, для этого и нужны дороги? Чтобы в нас оседали маленькими песчинками, камешками, глыбами новые мысли, чувства, умения. Воспоминания.

Она очень хорошая, она самая прекрасная на этой земле. Я знаю. Но она не захотела быть той, кем должна была быть. Как и ее мать. И поэтому и у той, и у другой такая огромная, такая незатягивающаяся пустота внутри. Так бывает со всеми, кто отказывается от любви, или своего дара, или не может найти свое предназначение.

...Помни, пожалуйста: только ты сама можешь написать свою книгу. Только ты.

...Слезы - это отрада для наших уставших сердец.

Придет время, и единственное, чего тебе будет хотеться, - это посидеть у камина с чашкой крепкого чая в руках, кутаясь в теплый плед.

Все лодки стремятся в море. Такой уж у лодок удел.

"Море —  это свобода. Когда
человек встречается с морем, что-то переворачивается в его
душе, понимаешь?"

Она молча смотрела в лицо горизонт, и это молчание было похоже на песню.

Мия всхлипнула и продела в кольцо ракушки кожаный шнурок, повестила на шею. Она наконец поняла, зачем бабушка дала ей именно ее. Эта ракушка была самой простой, самой обыкновенной, из тех, что валяются под ногами сотнями, и мы даже не замечаем их. Но именно поэтому она так остро напоминала о доме.

"В благодарность я расскажу вам историю, - сказала она. - Историю про то, что все мы - всего лишь часть чьей-то истории, истории, которую боги, развлекаясь, записывают в книгу. Так что всё, что происходит с нами здесь, - это всего лишь слова в чьей-то книге".