Быть гением. Истории об искусстве, жизни, смерти, любви, сексе, деньгах и безумии

Да кто вам ска­зал, что ре­аль­ность всего одна и все видят её оди­на­ко­во? Какой смысл в су­ще­ство­ва­нии семи мил­ли­ар­дов людей, если все они видят оди­на­ко­вый плос­кий мир?

Какая, в сущ­но­сти, раз­ни­ца, сколь­ко мне лет? В моём внут­рен­нем те­ат­ре я сотни раз уми­рал и сотни раз рож­дал­ся, я веч­ный ста­рец и веч­ный ре­бё­нок.

Уверен, Христа привела бы в негодование и наша церковь, и христианская литература, и эта страшная разделённость, разобщённость людей.

Моё твор­че­ство — это сим­фо­ния о Жизни, Любви и Смер­ти, ко­то­рые моя безум­ная го­ло­ва ста­ра­ет­ся при­ми­рить, объ­еди­нить в нечто нераз­рыв­ное…

Я думаю, что чем боль­ше че­ло­век любит, тем силь­нее он хочет дей­ство­вать: лю­бовь, оста­ю­щу­ю­ся толь­ко чув­ством, я ни­ко­гда не на­зо­ву под­лин­ной лю­бо­вью. Разве не так думал и Хри­стос? 

Да кто вам сказал, что реальность всего одна и все видят её одинаково? Какой смысл в существовании семи миллиардов людей, если все они видят одинаковый плоский мир? В том-то и дело, что эту реальность создаёт каждый из вас, и от этой ответственности вы не спрячетесь нигде, ибо мир населён тем, что вы видите, слышите, чувствуете.

Да с чего вы во­об­ще взяли, что Он без­гре­шен? Он ведь со­здал вас по сво­е­му об­ра­зу и по­до­бию. И раз вы склон­ны к греху, он тоже скло­нен. Вы — его от­ра­же­ние и про­дол­же­ние. Вы — его по­след­няя на­деж­да, ко­то­рая себя не оправ­да­ла.

Когда ху­дож­ни­ки эпохи Воз­рож­де­ния от­кры­ли для себя древ­не­гре­че­ские об­раз­цы, они об­на­ру­жи­ли, что у Аф­ро­дит и про­чих Флор во­ло­сы рас­тут толь­ко на го­ло­ве.

На­вер­ное, если я по­про­бую од­но­вре­мен­но ри­со­вать и за­ни­мать­ся лю­бо­вью, меня хва­тит ин­сульт от этого чув­ствен­но­го фей­ер­вер­ка.

Вместе с Гойей я хочу вполне серьёзно сказать о том, что у Бога на Его детей есть планы получше, чем стать пушечным мясом.