У вайны не жаночы твар

Книга, которую я бы хотела написать сама, настолько она мне внутренне близка, настолько резонирует внутри каждое слово, каждая фраза...

Книга, которую я никогда и ни за что никому не порекомендую прочесть, но читать ее надо обязательно всем. Собирать нервы в кулак, зубы стискивать и читать.

Книга, в выразительных и запоминающихся деталях которой совершенно точно скрывается дьявол. Они будут преследовать вас в кошмарах и даже на самом ярком солнце навсегда останутся тьмой, затаившейся где-то в глубине вас.

Книга, которую нельзя читать залпом и уж тем более на ночь. Потому что либо нервы не выдержат, либо наступит пресыщение страданиями и чувствительность к ним потеряется.

Книга, в которой не одна война, но десятки разных, и все одновременные и страшные.

Книга, о которой лучше ее автора никто не расскажет:

Бесполезно... Ведь тем, кто решения принимает, кто войны развязывает, натравливает человека на человека, пичкая лозунгами и заражая идеями, проще и удобнее выдать крик израненной души за обсессивно-компульсивное расстройство, чем действительно услышать, принять, забыв о чуши допустимых потерь и оправданных жертв...

И вот я все думаю, как же Светлана Александровна может продолжать жить под грузом всего этого, зная все, выслушивая из первых уст, пропуская через себя?.. Но знаете что? Если уж ей удается сохранить в себе веру, надежду, любовь, то нам-то с вами и вовсе грех отчаиваться!

А все-таки больше всего меня поразило и возмутило пренебрежительное отношение к женщинам-фронтовичкам после войны. Когда мать гонит из дому вернувшуюся живой и невредимой дочь, потому что стыдно перед соседями, ведь она там небось с мужиками да по окопам... Когда невестку из фронтовых не принимают родственники мужа... Когда замуж никто не берет, будто зачумленных... Когда там "сестричка", а здесь "фи, фронтовичка"...
Вот что это, а? Почему чьи-то домыслы и чужое мнение важнее человека? И знаете, может, это и громко сказано, но я уверена, пока слова, идеи, убеждения будут выше личности, живого существа, самой жизни, войны на земле не закончатся, не прекратится травля, не будет конца насилию...

Книга, как исторический документ, бесценна, но как литературное произведение, увы, не очень. У Алексеевич литературного таланта нет, но она смогла выехать на нераскрытости темы. За этой ей, конечно, большая признательность. Удручающая правда о скотском отношении к женщине. Пожертвовавшие здоровьем и всеми силами женщины после войны получали черную неблагодарность, клеймо позора и прятали ордена. Это всё очень тяжело читать.
И даже как-то не так больно от того, что книга перегружена повторами, надрывным заламыванием рук и драматизацией… с очередными повторами. Истории представлены однобоко. Описанные героини пошли на фронт добровольно, и практически все – в очень юном возрасте. А где женщины, которых призвали по повесткам? Это ведь практиковалось во второй половине войны. Как-то запамятовалось. Ах, какое страдание, узнать, что война так неромантична, хотя никто тебя туда и не звал. А где женщины, ушедшие не в 16-18 лет? Таких в книге парочка нашлась. Как будто автору импонировал образ лишь очень юной и наивной девушки, для которой главным страданием на фронте были отсутствие помады и необходимость носить такие неудобные штаны(!). Это еще одна неприятность книги. Образ женщины, как существа недалекого, неспособного на какие-то серьезные «мужские» деяния, озабоченного лишь доступностью платьецев. Женское – это краситься помадой и смеяться, а месить грязь в кирзачах – это ужас-ужас. Тирания! Недопустимо! Хотя наивных дурочек никто, вроде как, насильно туда и не волок. Автор же старательно выбирала добровольцев. Это именно авторский взгляд на женщину и ее предназначение. Было бы здорово, если бы она поменьше демонстрировала свое, характерное для времени, предвзятое мнение, и побольше спокойно описывала истории. Если вычесать из книги все эти бесконечно повторяющиеся надрывы и трагизм, можно было бы вместить несколько историй, которых автору присылали мешками!

Это - документальная литература, она сродни «Архипелаг ГУЛАГ» А. Солженицын , который автор назвал "опытом художественного исследования". Прекрасное вступление позволяет оценить Алексиевч-литератора, затем идут исповеди женщин-фронтовичек. Насколько они далеки от реальных историй, не могу судить. Мне стиль показался несколько упрощенным, но автор признаётся, что предпочитала интервью "простых" людей, не высокообразованных и не с высоких постов, чьи воспоминания больше походили на газетные лозунги. Она пыталась передать мир эмоций и ощущений, которым живёт каждая женщина, и то, как видится война через линзу этого мира. Мне кажется, что в большой степени ей это удалось.
Для меня стало открытием, что женщины на той войне были не только медсестрами, радистками и летчицами. Они часто наравне с мужчинами были артиллеристами и водителями, к примеру. А ещё забытые специальности, незаметные, но неимоверно тяжкие, как прачки и хлебопеки. А связные?! Нам по фильмам кажется: почти шпионская романтика! А на деле безумный риск, зачастую собственным ребенком. Не могу забыть историю о том, как мать натирала солью грудного ребеночка, что бы он плакал и она могла пронести спрятанные в его пеленках документы.
Я благодарна Светлане Алексиевич ещё и за рассказ о том, через что прошли женщины -фронтовички ПОСЛЕ войны, не знала и не задумывалась о том, как к ним относились. Они скрывали своё военное прошлое много лет, ибо пощады им не было. Не благодарили их, не боготворили, а считали подстилками и военно-полевыми женами, а ведь даже если это так и было - у кого есть право их осуждать?

Я убеждена, что такие книги необходимо изучать в школах. Если мы хотим, что бы дети понимали, ЧТО мы празднуем 9 Мая, они должны знать правду, они должны на эмоциональном уровне постичь, через что прошла страна, а не вызубрить даты и порядок передвижения войск.
Я не большой любитель книг о войне, много лет я избегала их читать - слишком больно. Но в последние годы представление о ней, точнее, представление ее средствами массовой информации становится таким лубочным, что мне захотелось встряхнуться и встряхнуть моих близких. Я поняла, что должна вспомнить ужас, испытанный в юности при чтении полузабытых книг о войне - как я сейчас понимаю, это были честные книги. Потому, что мы должны понимать, что человек почему-то достаточно легко становится зверем, мы должны помнить, мы всегда должны это помнить и смертельно бояться даже намека на возможность повторения.

Не трогайте мою душу. Напишите как другие, о моих наградах.

Сложно писать рецензии на книги о войне, о военных воспоминаниях. На последние вообще рука не поднимается, поэтому я коротко.

Я благодарна Светлане Алексиевич за сохраненное и опубликованное - пусть фрагментами, пусть она сама их выбрала, по своему субъективному видению, все равно спасибо. Читать было тяжело, мне всегда тяжело читать о войне. Особенно когда погружаешься в такие подробные и вроде бы обыденные фрагменты о военном быте. От них вдвойне больно, потому что на таком фоне война становится еще античеловечнее. Хотя куда больше-то. Не представляю, сколько мужества нужно, чтобы добровольно снова все пережить, рассказывая о тех страшных годах. Когда и так бессонница и ночные кошмары. И конечно, тем более не представить, как оно на самом деле было, то безумно ужасное, о чем рассказывали женщины в своих военных воспоминаниях. Бесконечное им спасибо за подвиг. Спасибо мужчинам и женщинам, которые нечеловеческой ценой совершили почти невозможное.

Мне всегда страшно читать книги о войне и смотреть фильмы о войне. Я просто чувствую тот ужас и страх, что поселяется в моей душе при мысли о том, а если бы я оказалась на войне. В фильмах мне всегда страшно смотреть на немецких солдат, потому что я представляю, а что если я, а не герой фильма сижу сейчас в укрытии в паре метров от врага. Это чувство просто не передать словами. Ну, а если представить, что я, родившись в то время, столкнулась с войной. Будь я в своем возрасте, чуть постарше или помладше, неважно, как бы я повела себя в этих условиях? Хватило бы мужества отправиться на фронт, как тысячи тысяч молодых девчонок и мальчишек?..

Все помнят плакат "Родина-мать зовет". Родина! Мать! Но сложилось так, что женщины, матери, дочери, внучки и бабушки, вынуждены были сами отправиться на войну. Женщины! Те, которых должны были защищать, воевали наравне с мужчинами. Это очень страшно читать. А собирать воспоминания женщин, которые через это прошли, еще страшнее, я думаю. Но самое страшное - пережить, а затем вспоминать обо всем, когда, казалось бы, только-только привыкла к мирной жизни и сменила военную форму на платье с туфлями.

Воспринимаются женские неженские откровения очень тяжело. Думаешь, что такие, казалось бы, банальные для женщины моменты могут оказаться такими постыдными в окружении мужчин, к тому же еще и на войне. Но на войне не до сантиментов, давать волю чувствам нельзя, иначе погибнешь быстро.

Да, многие из них вернулись с фронта, в мирную жизнь, но, увы, даже после Победы у многих судьба сложилась неудачно. Многие обвиняли фронтовых девушек, что они не защищали Родину, а занимались на войне другим. Было тяжело привыкнуть к женской одежде без портянок и сапог, тяжело вернуться в статус "беззащитной женщины", когда на войне ты убивала врагов, многие так и не смогли построить семейную жизнь, родить и воспитать детей - то, что, в принципе, только и должна делать женщина. Поэтому неудивительно, как многие с неохотой вспоминали то, что уже, казалось, было забыто навсегда, то, что хотелось стереть из памяти.

Пожалуй, это самая страшная книга о войне, которую я читала. Даже "А зори здесь тихие.." по сравнению с ней не так страшна. Все-таки у войны не женское лицо, и это очень грустно и страшно, что женщины пошли защищать Родину.
Всем мирного неба над головой!

Война глазами женщины, это страшно, это жестко, и больно. Женщина создана для дома, для семьи, для уюта в конце концов. А что делает с женщиной война? Война превращает ее в существо без пола и эмоций, но это существо сильное, выносливое и местами жестокое.

Как страшно было читать те моменты, где женщина топит своими руками своего же ребенка плачущего от голода, лишь бы не выдать его плачем всего отряда. Смогла бы я поступить так? Нет,нет,нет, и еще раз нет, я другая, я выросла с другими ценностями в сердце. И те люди были другие, для них любовь к Родине была с большой буквы.

Эта страшная книга, но читать ее нужно хотя бы для того, чтобы помнить о той войне.

Никто не забыт, ничто не забыто

Друнина Юлия Владимировна,
рядовая, санитарка

…Я ушла из детства в грязную теплушку,
В эшелон пехоты, в санитарный взвод.
Дальние разрывы слушал и не слушал
Ко всему привыкший сорок первый год.

Я пришла из школы в блиндажи сырые,
От Прекрасной Дамы в «мать» и «перемать»,
Потому что имя ближе, чем «Россия»,
Не могла сыскать…

Начала читать книгу. Первые 10 страниц – а я уже вся в слезах. И мысль только одна – не забыть! Ни одного имени не забыть! Мария Ивановна Морозова, ефрейтор, снайпер; Наталья Ивановна Сергеева, рядовая, санитарка; Антонина Максимовна Князева, младший сержант, связистка; Татьяна Ефимовна Семенова, сержант, регулировщица; Ефросинья Григорьевна Бреус, капитан, врач… А именам и судьбам с ними связанными в этой книге воспоминаний, кажется, нет счета… А помнить хочется! Хочется помнить и рассказывать другим: своим детям, друзьям, знакомым и незнакомым людям. Хочется, чтобы знал каждый, какой подвиг совершила советская Женщина в годы Великой Отечественной войны.

Еще не успев прочитать и половины, поняла, что книга Светланы Алексиевич «У войны не женское лицо» должна стоять на полке в каждом доме. И особенно читать ее нужно мальчикам и мужчинам. Наверное, многие вещи станут яснее и понятнее, а некоторые вещи так и останутся загадкой: КАК? Как они смогли? Откуда женщины черпали силы?

• «Я ходила в разведку после войны лет пятнадцать. Каждую ночь… И сны такие: то у меня автомат отказал, то нас окружили… Просыпаешься – зубы стучат».

До войны все военные профессии имели только мужской род: снайпер, санинструктор, летчик, командир зенитного орудия, пулеметчик, сапер. Что это значит? Во-первых, женщине для начала нужно было доказать мужчине, что она обучаема и может овладеть такими военными специальностями, как, например, «Сапер», «Зенитчик» и пр. Во-вторых, уже на местах боевых действий, каждый день женщине приходилось доказывать мужчине, что она не хуже владеет вновь освоенной военной специальностью. В-третьих, часто оказывалось, что женщина овладела военной специальностью лучше мужчины, и ее ставили в командование; а там все заново – доказывай мужчинам-подчиненным, почему ты заняла это место… Сначала – насмешки, потом – недоверие и только намного позже – уважение и любовь. Для женщины это было не только войной с фашистским врагом, но еще и борьбой за свое положение, за равноправие. Мужчина, конечно, таких проблем не имел.

• «Когда посмотришь на войну нашими, бабьими, глазами, так она страшнее страшного».

Какими были девушки, решившие пожертвовать своей красотой, здоровьем, женским счастьем и, как это ни печально, жизнями ради освобождения Родины? Я увидела практически во всех воспоминаниях схожие черты ее – девушки-освободительницы – характера. Наверное, первое, это упрямство. В хорошем смысле, конечно. Даже попасть в ряды солдат для девушки 16-20 лет оказывалось подвигом! Чего уж говорить про военные будни, про дни и месяцы сражений!..

• «В райкоме все прошло гладко, а военкомате пришлось повоевать. Из-за возраста, из-за зрения. Но первое помогло второму. Когда речь зашла о неполных семнадцати, я обозвала военкома бюрократом и объявила голодовку. Села с ним рядом и двое суток не сдвинулась с места, отодвигая предлагаемый им кусок хлеба и кружку кипятку. Пригрозила, что умру с голодухи, но сначала напишу записку, кто виновен в моей смерти. Не думаю, что он испугался, но все-таки направил меня на медкомиссию. Все это происходило в одной комнате. И когда врач, проверив зрение, развела руками, военком рассмеялся и сказал, что я зря голодала. Но я ответила, что я из-за голодовки ничего не вижу. Отойдя к окну, поближе к злосчастной таблице, я разревелась. И ревела до тех пор, пока не выучила нижние строки. Потом утерла слезы и сказала, что готова еще раз пройти комиссию. И прошла».

Девушки были, несомненно, выносливыми. А как по-другому? Если мужчина заметит, что ты не в силах поднести снаряд в тысячный раз весом более 16 кг, то сразу тебя сменит на лицо мужского пола. А это стыдно. Многие женщины так и не смогли впоследствии родить детей, выйти замуж. Об этом не писали вплоть до 80-х годов. Табу. Мужчины-инвалиды в наградах вызывали уважение. Несмотря на физические увечья мужчины часто создавали семьи. Женщина-инвалид практически полностью лишалась возможности обзавестись семьей. Более того, как оказалось, на родной земле по окончанию войны девушек-фронтовичек не жаловали.

• «...За войну я так изменилась, что когда приехала домой, мама меня не узнала. Мне показали, где она жила, я подошла к двери, постучала. Ответили:

• Да-да...

Женщина на войне все-таки все равно оставалась женщиной. И это удивляет больше всего! Вот она цветы полевые принесет в землянку – наряд вне очереди, вот она брови накрасила – наряд вне очереди; вот лифчик пошила из кальсон – два наряда вне очереди… Ну как им, мужчинам, объяснишь?

• «У нас была одна москвичка, Наташка Жилина, ее наградили медалью «За отвагу» и как поощрение – отпустили домой на несколько дней. Так когда она приехала, мы ее обнюхивали. Ну, буквально становились в очередь и обнюхивали, говорили, что она домом пахнет. Такая тоска была по дому…»

Война глазами женщины предстает перед нами, читателями, совершенно в другом виде. Женщина в силу своей природы способна подмечать мелочи, на которые бы обычный мужчина не обратил внимания. А как важны эти мелочи именно сейчас! Хочется мне, человеку, живущему в 21 веке, не только посмотреть и прочитать сухие факты о войне 41-45 гг., но и почувствовать ее, ощутить на вкус и цвет, представить запах войны... Описание такой войны могут дать только женщины, у мужчины другой взгляд, другая позиция.

• «Умирать... Умирать я не боялась. Молодость, наверное, или еще что-то... Вокруг смерть, всегда смерть рядом, а я о ней не думала. Мы о ней не говорили. Она кружила-кружила где-то близко, но все – мимо. Один раз ночью разведку боем на участке нашего полка вела целая рота. К рассвету она отошла, а с нейтральной полосы послышался стон. Остался раненый. «Не ходи, убьют, - не пускали меня бойцы, - видишь, уже светает».
Не послушалась, поползла. Нашла раненого, тащила его восемь часов, привязав ремнем за руку. Приволокла живого. Командир узнал, объявил сгоряча пять суток ареста за самовольную отлучку. А заместитель командира полка отреагировал по-другому: «Заслуживает награды».

А знаете, что самое страшное? Что спохватились мы поздно! Светлана Алексиевич сотворила больше дело! Она попыталась представить в книге «У войны не женское лицо» через судьбы женщин-фронтовичек другую сторону Великой Отечественной войны. А сколько воспоминаний ушли в небытие? Без всех этих воспоминаний понимание войны никогда не будет полным…

• «Нет, никогда не победят наш народ, потому что только советская женщина, уезжая на курорт, может взять с собой военный билет и думать, что, если что такое, она сразу пойдет в военкомат».

Нонна Александровна Смирнова,
рядовая, зенитчица

...И теперь на мирных перекрестках
Вспоминая молодость свою,
Многих прежних девушек-подростков
Я в солидных мамах узнаю.

И прошу их: «Вы своим ребятам,
Не смущаясь, говорить должны,
Что без нас, без женщин, в сорок пятом,
Может быть, и не было б весны...»

Это книга о девочках, ушедших на абстрактную «войну» и попавших в грязь и жестокость этой самой войны. Девочках - нередко моих ровесницах и даже младше. Тосковавших по матерям в первые дни, привязывавших к штыку цветочки, примерявших платья в немецком замке. И при этом - повзрослевших раньше времени, увидевших кровь и смерть, перенесших огромные страдания.
Десятки воспоминаний женщин самых разных профессий. Их никто не призывал, они пошли добровольно (более того - их зачастую не хотели отправлять на фронт). Не знаю, героизм это или глупость, но трагедия - однозначно.

Они отдавали Родине все, что могли - силы, здоровье, жизнь. Тяжело вынести даже «стереотипную» женскую работу - в медицине и связи, а они были и техниками, и снайперами, и разведчиками... И очень обидно читать о том, как неудачно складывалась жизнь большинства из них после войны - общественная неприязнь, забвение их подвигов, равнодушие со стороны мужчин. Это даже более неправильно, чем сам факт женщин на фронте.
На войне не только стреляют, бомбят, ходят в рукопашную, роют траншеи – там еще стирают белье, варят кашу, пекут хлеб.
Почему-то в воспоминаниях о войне несправедливо забывают обслуживающий персонал. А читая воспоминания поваров и прачек, понимаешь, что их труд был не легче солдатского. И здорово, что хотя бы в одной книге вспомнили про женщин, напрямую не участвовавших в военных действиях, но благодаря которым армия могла существовать.
А еще были подпольщики и партизаны. Это, пожалуй, самое сложное - жить под постоянным надзором врага и при этом сопротивляться захватчикам...

Сильная книга. В ней практически нет авторских вставок. Свои истории рассказывают сами участницы войны - и эти простые истории цепляют.

После того как прочла, вспомнила одно свое яркое детское воспоминание.
Мне было лет пять, может быть шесть, я была у бабушки с дедушкой в гостях, оба детьми прошли войну. Дедушка был узником концлагеря. И вот мы сидели вечером возле телевизора, дедушка всегда смотрел вечерний выпуск новостей, всегда. И диктор из новостей сообщил нам, что в мире очередной конфликт или военный мятеж, память моя не помнит подробностей. Я повернулась к бабушке и спросила:

• А бабушка, а почему они убивают друг друга, ведь все мы семья, у всех один бог, почему?