
Электронная
364.9 ₽292 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Эх, Фитцек, Фитцек... А ведь когда-то я включила его в список любимых авторов и прочитала кучу его романов (если быть точной, то десять). Не знаю, как бы я восприняла роман «Подарок», если бы в моем отношении к этому писателю не имелось всей этой предыстории.
Кажется, для романов Фитцека используемая сюжетная схема довольно типична.
С героем в прошлом произошло нечто такое, о чем он не в курсе. Но зато в курсе многие другие. И вот он попадает в ситуацию, когда делает страшное открытие об этом своем прошлом.
Это открытие связано с некими медицинскими манипуляциями над ним, а еще - с психиатрией. Манипуляции эти, в общем, и повлияли на то, что у персонажа возникла искаженная картина каких-то отрезков собственного прошлого.
Главки в романе короткие и быстро сменяют друг друга. То есть текст распадается на мозаику ярких мгновений. В результате чего динамично разворачивается некий клубок событий с какими-то нон-стоп перемещениями в пространстве по местам с поначалу не вполне понятными координатами и с нон-стоп разговорами по телефону, когда героя против его воли вовлекают в некое действо.
Как всегда, в этом романе Фитцека один из героев традиционно ломает другому нос. Но и вообще жестокости тут немало - одна только начальная сцена с типичной «забавой» зэков в тюрьме чего стоит. Да и к тому же одна криминальная парочка довольно легко прибегает к убийствам как к средству избавиться от какой-то назойливой проблемы.
Но если к некоторым из убийств привыкаешь и не слишком про них задумываешься, то, к примеру, страдания девочки-подростка получаются особенно душещипательными и повергают в дикий дискомфорт. Когда молишь только о том, чтобы этот фрагмент текста поскорей закончился.
Если немного отбросить канву событий и углубиться в основную проблему, поставленную в книге, то получаем следующее. Фитцек рассуждает о допустимости врачей принимать решение о лечении пациента, исходя из соображений потенциальной опасности больного для общества. Причем все осложняется тем, что у врача недостаточно достоверных данных, и он многое лишь домысливает, исходя из знания теории.
Врач принял решение, о котором впоследствии сожалеет.
Ну, а что в итоге творится с пациентом, который поневоле стал подопытным кроликом — об этом написана целая книга.

Sebastian Fitzek
4
(180)

Умеет же Фитцек в самом первом абзаце заинтересовать и оттолкнуть одновременно. Открываю я книгу и что вижу? Главный герой голый стоит в неудобной позе, его держат несколько мужиков, а сзади кто-то что-то в него суёт. Я книгу закрыла, посидела, подумала, а потом стала читать дальше. Интересно же, как Милан докатился до жизни такой. Я иногда жалуюсь на излишнюю жестокость в книгах, и кто-то наверняка думает: зачем же ты читаешь триллеры, если не любишь жестокости? Просто я считаю, что всего должно быть в меру. У Фитцека как раз жёсткие сцены не перекрывают основной сюжет. Местами читать страшно или противно, но в целом дозировка жестокости нормальная. Можно и нервы себе пощекотать, но и в депрессию не впасть при этом.
Дальше автор начинает рассказывать о том, что было до этой первой сцены. Всё из-за того, что однажды Милан ехал на велосипеде и увидел в машине девочку, которая прижимала к стеклу лист бумаги, на котором было что-то написано. Что именно Милан прочитать не смог, потому что он безграмотный, но стало понятно, что с девочкой что-то не то, очень уж несчастной она выглядела. И Милан на свою голову попытался выяснить, что случилось. А потом оказалось, что вся ситуация связана с его прошлым, в котором тоже немало тайн.
В самом начале Милан меня жутко раздражал. Быть неграмотным в современном мире, страдать от этого, стесняться и не предпринять пытки научиться? Хоть бы видео для детей в интернете смотрел. Но потом оказалось, что зря я на него ругаюсь, потому что Милан просто физически не может овладеть чтением и письмом. Почему? А это одна из тайн его прошлого.
Мне понравилась книга своей закрученностью, тем, что в конце каждой главы автор вкидывает новый неожиданный факт, переворачивающий всё с ног на голову. В следующей главе очень логично его объясняет, а потом снова вбрасывает новый. Не оторваться. Действие двигается молниеносно. Преступник совсем неочевиден, финал неожиданный. Из всех романов Фитцека, которые я прочитала, этот самый лучший.
Но при этом он совершенно нереалистичный, начиная с личности и мотивов преступника и заканчивая некоторыми фактами. Как, скажите, мог закончить школу человек, неумеющий читать и писать? По книге он притворялся читающим, учил что-то на слух, копировал письмо. Но как? Экзамены в той школе не сдавали? Да и совпадений в книге многовато. Но читать всё равно было интересно. Даже есть рассуждения о природе зла, его наследовании и способах борьбы с ним в отдельно взятом человеке.

Sebastian Fitzek
4
(180)

Если не считать вступительной сцены (зачем она -- неясно, но на совести автора), то начало с ходу закрутилось и увлекло. Однако быстро стало ясно, что Фитцек снова начинает игры с разумом (для меня это его вторая книга, но, видимо, такой финт не случайность, а обычный прием автора). И ладно бы, если игры были интересными, но описание книги, которое изначально и зацепило, являет собой в действительности лишь эпизод на старте книги. А далее черт ногу сломит. Середина для меня сильно и быстро провисла. Перемудрено. Фактически до финала так и не стало увлекательнее, но за развязку и совсем итоговые финты немного накинула до полной тройки. Но общее впечатление ближе к разочарованию.

Sebastian Fitzek
4
(180)

Милан неосознанно задержал дыхание. Он рассчитывал на сильные чувства, вступив в дом, в котором провел первые четырнадцать лет своей жизни, неожиданно окруженный стенами, которые слышали его первый смех, охраняли его сон и были свидетелями самых сильных переживаний. Одна только прихожая видела его чаще, чем любой человек на земле - она была отправной точкой и финишем его подростковых путешествий... Но горько-сладкое чувство, связанное с воспоминаниями, так и не пришло: слишком многое изменилось после пожара и их переезда.


«Иногда неведение самый большой подарок на свете»




















Другие издания


