Ваша оценкаЦитаты
smereka17 февраля 2012 г.М4. А ты не на Чехове случайно сидишь?
Ж1 (мучительно потягивается). Нет. На Набокове.
Все смотрят на нее.
Ж2. Но это же... дико дорого!
Ж1. Средства позволяют.
М2. А чем. Ты. Из ломки. Выходишь?
Ж1. Сложный выход. Сначала полдозы Бунина, потом полдозы Белого, а в конце четверть дозы Джойса.
Ж2. Набоков, да! Дико дорогая вещь. (Качает головой.) Дико дорогая. На одну дозу Набокова можно купить 4 дозы Роб Грийе и 18 доз Натали Саррот. А уж Симоны де Бовуар...
187,8K
yrimono25 января 2012 г.Не могу понять: почему все, кто сидит на Селине, Жене и Сартре такие нервные?
122,8K
chlrm23 января 2023 г.Продавец: Второй. Александр Дюма. Кайф мягкий, но долгий. Это рассчитано на... сколько вас?
М5: Семь... нас... семь.
Продавец: Так чего ж вы молчите, как бараны? Семь! Вы же заказывали на двенадцать человек! Дюма рассчитан на двенадцать. Рабле вообще на 36. Платонов на 16. Семь! На семь у меня ничего... а, вот что есть на семь. Достоевский.
Ж2: Достоевский?
М3: А... что это?
Продавец: Классная вещь. Одна из последних разработок. И выход легкий: через Гамсуна
4105- chlrm23 января 2023 г.
Продавец: (Берет баночку.) Эдгар По. Это очень круто. Но выход сложный. Через Шолохова и Солженицына.
495 - chlrm23 января 2023 г.
М3: Ну, с Хармсом все идет неплохо. Даже Горький.
М4: Это кто там Горького вспомнил?
М3: Я. А что?
М4: При мне это говно не вспоминайте. Я полгода просидел на нем.
Ж1: Зачем?
М4: Денег не было. Вот и сидел на говне.
488 - chlrm23 января 2023 г.
М4 (треплет его по плечу): Мой тебе совет: пока не сжег последние нервы, бросай своего Селина и садись на Фолкнера.
М1 (морщась от боли): Засунь себе в жопу своего Фолкнера.
Ж1 (презрительно): Фолкнер! На него сядешь, а через месяц станешь таким же дебилом, как ты! Знаете, как в Амстердаме зовут тех, кто сидит на Фолкнере и Хемингуэе? Штангистами! Полюбуйтесь на этого штангиста!
487 - say_what5 января 2013 г.
В моем организме 3265150 нервов! Пусть к каждому из них привяжут скрипичную струну! 32б5150 скрипичных струн протянутся от моего тела во все стороны света! Пусть 3265150 детей-сирот возьмут 3255150 скрипичных смычков и прикоснутся к струнам! О, эта Боль Мира! О, эта музыка страданий! О, эти худые детские руки! О, натянутые нервы мои! Играйте, играйте на мне все сироты и обездоленные все униженные и оскорбленные! И да будет ваша боль - моей Болью!
3250 
izvra4 ноября 2018 г.Химик: Достаточно. (Закуривает.) Как говорит мой шеф, экспериментальная фаза завершена. Теперь можно с уверенностью констатировать, что Достоевский в чистом виде действует смертельно.
Продавец: И что делать?
Химик: Надо разбавлять.
Продавец: Чем?
Химик (задумывается): Ну... попробуем Стивеном Кингом. А там посмотрим.
2266
mothersmilk3 января 2013 г.Читать далееКогда пошел второй год блокады и умерла мама, мы тоже стали умирать от голода. Мы жевали все подряд: тряпки, щепки, ботинки, ходили по помойкам. Но помойки были чистыми. В нашем городе было 3 миллиона человек, и все хотели есть. А враг держал нас в кольце, чтобы мы все умерли. И мы бы умерли зимой, если бы не Рыба. Он взял нас в свою банду. Он был уголовник и дезертир. Его взяли из тюрьмы в штрафную роту, но он сбежал. И в банде были еще два дезертира, баба Рыбы и инженер. Наша банда жила в подвале разрушенного дома. У нас там были две печки и плита. Мы делали котлеты из мертвяков, а баба Рыбы меняла их в городе на хлеб. Она говорила, что работает в буфете горкома партии. И что это котлеты из конины и крольчатины, и что их едят работники горкома. Рано утром Рыба будил нас с братом и посылал за жопами мертвяков. Сам он из подвала выходить боялся. Мы надевали школьные ранцы и шли искать мертвяков. Зима была очень холодной. Люди были голодные и ходили еле-еле. И часто умирали прямо на улице. И тут мы с братом подходили, вырезали жопу и уходили. У меня был нож, а у брата пила. Если мертвяк был свежим, я вырезал жопу ножом. А если он уже замерз — брат пилил мясо пилой. Мы клали в ранцы по полжопы и шли искать другого мертвяка. Рыба установил нам норму — две жопы в день. Без двух жоп мы не возвращались. Только один раз нас спугнули и мы принесли полторы жопы. Рыба избил нас. С тех пор в банде нас все звали Полторыжопы. А однажды мы притащили пять жоп. И еле дошли до подвала. Ночью в нашем подвале шла работа: из жоп делали котлеты. Мясо проворачивали через мясорубку, в фарш добавляли казеиновый клей, чтобы котлеты не разваливались, солили, перчили и жарили котлеты на машинном масле. Котлеты получались красивые. Утром баба Рыбы уходила их менять и возвращалась к вечеру с хлебом и табаком. Все ели хлеб с кипятком, потом курили до рвоты. А однажды брат пошел в соседний дом за иголкой и не вернулся. Не знаю, куда он мог деваться. Я искал его три месяца. Потом блокаду прорвали. И меня из города забрал мой дядя. Брат так и не нашелся. Иногда мне снится один и тот же сон: брат показывает мне иголку и говорит: «В этой иголке 512 жоп. Мы не умрем». Потом он колет меня иголкой, и я просыпаюсь.
2431
