Цитаты из книги The Passengers

Я говорю только за себя, но подозреваю, что причина та же, по которой большинство людей хотят оборвать свою жизнь до срока. Просто мне больше совершенно незачем жить.

– Но когда мы встретились, ты казался таким счастливым, таким уверенным… твоя улыбка и энтузиазм – вот две вещи, которые запомнились мне о тебе наиболее отчетливо.

– Если страдаешь депрессией так же долго, как я, поневоле станешь убедительным лицедеем. Меня периодически ломало с юношеских лет, а в последние годы стало совсем невмоготу. Лекарства, психотерапия, электрошоковая терапия… чего я только не перепробовал, и хоть бы хны. Так что на последнее Рождество я пообещал себе, что, когда станет совсем уж тошно, буду сам ею хороводить, а не позволять ей хороводить мной. И после пары особенно трудных месяцев принял решение, что сегодня снова встану у руля. И вот – приехали…

– А как же твои родные?

– Кроме брата, у меня никого не осталось, но между нами настоящая пропасть. Мы с ним больше не знаемся.

– Я уверена, что ему по-прежнему тебя недостает.

– Ага, вполне может статься. Но одного желания не причинять ему боль маловато, чтобы оставаться здесь. Да и чего бы то ни было – маловато.

«А как же я?» – хотела спросить Либби, но прикусила язык.

– У тебя столько всего, ради чего стоит жить… – начала она и тут же оборвала себя на полуслове, вспомнив, что сколько ни напоминай человеку в депрессии о прелестях жизни, это не изменит его умонастроение

Тогда зрелище гибели целой семьи вернуло ее к воспоминаниям о беспросветном мраке собственной семьи, в свою очередь проявившимся возвращением приступов паники, а там и к диагнозу ПТСР.

Хоть она и медсестра психиатрического отделения, но страдала почти так же сильно, как некоторые из ее пациентов. В большинстве случаев ей удавалось как бы поделить себя надвое: одна часть была чуткой, сострадательной и профессиональной сестрой, а другая – чувствительной и порой надломленной женщиной, слишком уж часто преследуемой призраками былого. Хотя подобные личные травмы позволяли ей глубже понимать страдания пациентов, Либби страшилась, что рано или поздно работодатели заявят, что она недостаточно сильна для подобной работы, и отодвинут ее на какую-нибудь административную или вспомогательную деятельность

- Два человека погибли от бомб в машинах, и жизни тысяч детей подвергаются угрозе, а они твитят о моих туфлях?

<...>

- Советую вам воспринимать соцсети как реку. У нее один исток, но чем дальше она течет, тем больше петляет в разные стороны. Некоторые новые русла быстро пересыхают, другие начинают течь своим путем. У каждого свое мнение. Вы можете лично отправиться в каждую из этих школ, собственноручно дезактивировать каждое из этих взрывных устройств и единолично спасти жизни каждого Пассажира. Но какой-нибудь "тролль" в муниципальной квартирке в Хакни с секущимися волосами и татушками с орфографическими ошибками все равно будет сетовать, что вы отбросили женские права на десяток лет назад, потому что сделали это, будучи одетой в юбку.