
Рациональное объяснение нерационального
Каждый раз, приезжая в Москву, я отправляюсь в Третьяковскую галерею на Крымском Валу и пытаюсь понять. Что-то буквальное впечатывается в мозг раз и навсегда. Что-то доходит до меня частично. Но в большинстве случаев мне не дано понять. Я просто созерцаю, находясь во вне, интуитивно ощущая наличие подтекстов и не понимая, не принимая, не переваривая этот уровень искусства. Словно мой организм не способен усвоить какую-то пищу, словно вся эта громада искусства остается за границей моих возможностей. Поэтому такие книги как сборник эссе Бориса Гройса о современном искусстве для меня бесценны. Теоретическое объяснение, подробное и обстоятельное, научное и рациональное – это именно то, что нужно мне. Вот именно это – рациональное объяснение нерационального делает «Частные случаи» моим личным сокровищем.
Давайте попробую объяснить вам на конкретном примере. Знаменитый писсуар Дюшана.
Что вижу я, глядя на этот всемирно известный писсуар? Я вижу то, что как я знаю, является отправной точкой современного искусства. Я знаю, что это знаменитый арт-объект. Я думаю, что это символ того, что весь наш мир катится … смывается вот именно туда. А если учесть год, когда реди-мейд был представлен публике – 1917 – то я могу еще накидать смыслов в историческом контексте (про реакцию искусства на первую Мировую войну, кризис личности, власти, общества).
Что говорит об искусстве Дюшана Борис Гройс?
Дюшан «девалоризировал традиционное понимание искусства как ремесла», другими словами, изобрести заново смыслы искусства, отринуть старое.
«Эта культурная логика переоценки ценностей была продиктована модернистским, секулярным, постхристианским желанием найти культурное означающее для мира во всей его целостности после смерти Бога».
Благодаря Дюшану художники по всему миру «перенесли свою практику из области инновации в культурной экономике в область личного опыта, личных интересов и желаний». Другими словами Дюшан дал этим писсуаром немыслимую свободу искусству, которой не существовало прежде.
Получив эту свободу, каждый художник вправе наделить любой предмет личным переживанием, бессознательным, неповторим, соответственно, делает вывод Гройс – «дюшановская эстетика реди-мейда стала практически доминирующей эстетикой нашего времени: ведь она позволила искусству вновь обрести экспрессивность, индивидуальность и богатство содержания».
При этом современное общество все равно нуждается в логике, в контексте, в экономическо-культурном обосновании искусства. Взяв за основу философию Кьеркегора (изначально Иисус выглядит как любой человек, но при этом он является Богом) Борис Гройс приходит к выводу, что этот писсуар своего рода Иисус Христос среди вещей, а практика реди-мейдов – эквивалент христианства.
Вывод - Дюшан открыл путь «абсолютному искусству», которое одновременно валоризирует профанное и девалоризирует традиционно ценное — не отменяя ни того, ни другого».
Вот в таком ключе каждое эссе посвящено разбору совершенно разных объектов современного искусства. Начиная от видео роликов Ольги Чернышевой, где люди занимаются повседневными делами, и заканчивая «Merda d’artista» Пьеро Мандзони. Маленькие консервные баночки, в которые художник закладывал 30 грамм своих фекалий. Борис Гройс объясняет самое непостижимое, каждый раз он подходит к объяснению с таким крепким философским, научным обоснованием, что итог его суждений дает прочную платформу для понимания современного искусства. Да, конечно, вы можете спорить и сомневаться, выдвигать свои теории и взгляды, но теперь у вас есть для этого инструменты. Вам их вручил сам автор. Теперь у вас есть его же знания, и вы можете, отталкиваясь от них, приводить свои аргументы. По-моему, это очень круто.
Я никогда не читала книг Бориса Гройса. Этот сборник стал для меня большим открытием, но кроме того, я заново открыла для себя Энди Уорхола и Кандинского, узнала много новых имен, поняла то, что никогда бы не поняла без Гройса. И да, когда я в следующий раз поеду по своему любимому маршруту Третьяковка-Парк Горького, музей даст мне гораздо больше, чем раньше.



