– Мал? – прошептала я.
В ту же секунду он вскочил на ноги, и мы начали цепляться друг за друга сквозь решетку. Мое тело сотрясалось от рыданий.
– Ш-ш-ш, все хорошо, Алина, все хорошо.
– У вас есть одна ночь, – сказал Иван и поднялся вверх по лестнице.
Когда мы услышали, как закрылись ворота, Мал повернулся ко мне.
Его взгляд ощупывал мое лицо.
– Не могу поверить, что он позволил тебе прийти.
По щекам снова покатились слезы.
– Мал, он позволил мне прийти, потому что… – Когда? – хрипло спросил он.
– Завтра. В Тенистом Каньоне.
Парень сглотнул, и я видела, как сильно его задело это признание, но он пытался не подать виду:
– Ладно.
Я издала звук, частично похожий на смех и частично на всхлип.
– Только ты мог узнать о неминуемой смерти и сказать на это «ладно».
Он улыбнулся и убрал волосы с моего заплаканного лица.
– Как насчет «о нет»?
– Если бы я была сильнее… – Если бы я был сильнее, то пронзил бы ножом твое сердце.
– Жаль, что ты этого не сделал, – пробормотала я.
– А мне – нет.
Я посмотрела на наши переплетенные пальцы.