Дочь Ивана, мать Ивана: рассказы

В книгу Валентина Распутина, великого русского писателя и одного из самых ярких представителей «деревенской прозы», вошли рассказы 1990-х гг., в числе которых «Нежданно-негаданно», «В ту же землю…» и др., а также повесть «Дочь Ивана, мать Ивана» (2003), созданная после длительного перерыва в творчестве и вызвавшая множество полярных откликов и споров. «В этой повести – трудная наша жизнь, – признавался автор. – Может быть, я там что-то и преувеличил, но ведь повесть воздействует на читателя н...

Жанры

Купить эту книгу

Бумажная

279 ₽

Купить

Рейтинг LiveLib

4,1

18 оценок

5
44%
4
33%
3
22%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 21Хотят прочитать 27

Рецензии

Zhenya_1981
24 апреля 2020
Избушка, избушка...
Люблю Распутина, но читаю его дозировано — по одному произведению в несколько месяцев.
Его рассказы и повести пронзительно-грустные, не получается их читать подряд. К тому же, они немного похожи друг на друга. За бытовыми подробностями деревенской (как правило) жизни, скрывается вселенская тоска мира, который рушится. Иногда вокруг героев, иногда внутри. Иногда первое приводит ко второму.
.
Основная символика каждого произведения Распутина обычно проста и понятна. Она часто вынесена в название - "пожар", "уроки" (да только французский здесь ни при чём), "женский разговор", "век живи — век люби", "прощание..." и т.д.
.
Старики, старшее поколение, как правило, носители жизненной мудрости, правды, вневременных человеческих ценностей. А младшее поколение (или, где его нет, то само время — родитель и главный представитель этого поколения) несут ценности временные (простите за тавтологию), приходящие, и, (простите за каламбур) не ценные. Но для кого-то они тоже ценности!
.
Вот, например, изба - символ семьи, родины, обычаев и преемственности. Самая главная ценность, особенно, учитывая, что семьи то у Агафьи и нет. Но она должна бросить свой дом и строиться на новом месте. Кто-то решил затопить Ангару на месте её деревни. Разве это справедливо? Но выбора нет. На этом фоне у неё развивается непонятная болезнь, которую невозможно диагностировать. Как сегодня бы сказали — психосоматика.
.
Что должен сделать каждый русский мужчина (а по многим признакам Агафью смело можно причислять к мужскому роду - она удит, в гонках участвует, пашет как мужик, избу ставит в одиночку, готовить не умеет, с мужиком жить не хочет)?
Посадить дерево? Этого нет. Напротив, Агафья должна выкорчевывать пни на новом участке. Как символично.
Вырастить сына? Какой там. Дочь рано уехала, спилась и умерла.
Построить дом? Вот в это она вложила всю душу, все силы, все мысли. И новый дом-изба мистическим образом стал её семьёй, приобрел человеческие качества. А почему-бы нет? Ведь и в сказках, мОлоцы к избе обращались.
.
А потом Агафья умрёт. Но дом этот никому не принесет радость, никто там не уживётся. Этот дом — сирота. Потеряв Агафью, он и сам зачах.
.
Как зачах, в представлении Распутина и сам институт дома, очага, старого уклада...
Читать далее
35 понравилось
4
1,9K
rezvaya_books
4 марта 2017
Ехали мы, ехали с горки на горку, Да потеряли ось от колеса. (Б.Г.)
В адрес этого произведения было много критики, наряду с похвалами. Сам Распутин был не совсем доволен повестью, написанной после длительного писательского перерыва. И мне, простому читателю, не все в ней понравилось. Но никакие недостатки и шероховатости не лишают эту повесть той особой распутинской пронзительности, щемящего ощущения в сердце. Пожалуй, эта повесть не будет понятна тем, кто вырос уже после "перестройки" 90-х годов, тем, кто не задел ее хотя бы краешком своего сознательного детства.
Описанная Распутиным действительность может показаться слишком мрачной: сплошные преступники и насильники (причем, все кавказского происхождения - один из противоречивых моментов книги), наркоманы и проститутки, разрушение русской культуры и языка, потоки грязи и разврата с экранов телевизоров (с последним нельзя не согласиться и в наши дни). Многие примут это за брюзжание испуганного старика. Но дело в том, что именно такой людям представлялась жизнь в те годы:

Представлялось ей, что от недавнего прочного мира, в котором прожила она сорок лет, теперь уже ничего не осталось, все вокруг, как после гигантского смещения породы, завалено обломками, часть их рельефно благополучной грядой выжало наверх, другую, большую, часть разбросало в жалком беспорядке, но там и там не только противоположные силы, а вовсе никакие силы, а лишь руины, застывшие в непохожих формах. То вдруг картина менялась и руины получали осмысленное построение, выстраивались в незнакомый, но все-таки порядок, по крайней мере в очередь к порядку, и казалось, что надо только перетерпеть это страшное время, охранить детей и собственные души - устроится же когда-нибудь жизнь, не может не устроиться!..
Именно такой душевный раздрай переживали мои родные: родители, бабушки и дедушки. Я прекрасно это помню! Особенно пожилое поколение, которое видело разрушение того, что было из пепла выстроено их руками, кровью и потом. Кто-то сумел быстро приспособиться к новому времени, а кто-то был в совершенной растерянности от происходящего вокруг.

Всегда казалось само собой разумеющимся, заложенным в основание человеческой жизни, что мир устроен равновесно, и сколько в нем страдания, столько и утешения. Сколько белого дня, столько и черной ночи. Вся жизненная дорога выстилается преодолением одного и достижением другого. Одни плачут тяжелыми, хлынувшими из потаенных недр, слезами, другие забывчиво и счастливо смеются, выплескиваясь радужными волнами на недалекий берег, и в любом крушении всегда оставалась надежда взойти на него и спастись. Теперь этот спасительный берег куда-то пропал, уплыл, как мираж, отодвинулся в бесконечные дали, и люди теперь живут не ожиданием спасения, а ожиданием катастрофы.
В центре повести - женщина, почтительно называемая автором Тамарой Ивановной, мать семейства, стержень, за который держатся ее супруг Анатолий, дочь Светка и сын Иван. Это образ настоящей русской женщины, способной остановить коня на скаку и справиться с горящей избой. Настоящая мать, Тамара Ивановна с не дрогнувшей рукой, наплевав на все официальные законы, становится на защиту своей изнасилованной дочери. Вместе с автором мы задаемся вопросами: каким должно быть наказание за преступление, что и когда считать преступлением, и что можно назвать справедливым судом?
Все герои повести - очень яркие и емкие. Анатолий - один из тех, кто не смог справится с ударом времени, не обнаружил в себе ни капли жизненной хватки. Его друг Дёмин - его полная противоположность, сумел наладить кой-какой бизнес, оставшись при этом честным и порядочным человеком. Отец Тамары Ивановны - Иван Савельевич - с горечью, но мудрыми глазами наблюдающий стремительно меняющуюся жизнь. Иван - сын Тамары Ивановны - носитель исконно русского имени, увлекающийся русским языком. Он старается идти против течения даже в мелочах: все смотрят телевизор, а я не буду! все идут на дискотеки, а я не пойду! все занимаются бизнесом или пробуют наркотики, а я пойду на строительство церкви! Иван - это олицетворение надежды новой России, которая все же помнит еще себя, и, поплутав в мутных водах, рано или поздно пристанет к твердому берегу.

Это время, время виновато... не время в продолжительности дней, несущих неизбежные перемены, а время в своем уродстве и низменных изувеченных страстях... это оно лишает нас рассудка и лица!
Читать далее
30 понравилось
0
1,7K
Dasha25
26 сентября 2018
«Женский разговор», напечатанный в 1995 году в журнале «Москва». В нём писатель показал встречу двух поколений – «внучки и бабушки». Внучка Вика – это рослая, налитая девка шестнадцати лет, но с детским умишком: «головка отстаёт», как говорит бабушка, «задаёт вопросы там, где пора бы с ответом жить», «скажешь – сделает, не скажешь – не догадается». «Затаённая какая-то девка, тихоомутная»; в городе «связалась с компанией, а с компанией хоть к лешему на рога». Бросила школу, стала пропадать из дому. И случилось то, что должно было случиться: Вика забеременела и сделала аборт. Теперь её «на перевоспитание» отправили к бабушке, «пока не опомнилась».
Чтобы лучше понять героиню, нужно дать ей речевую характеристику. Вика – «затаённая какая-то», – говорит сам автор, это заметно и по её речи. Говорит она мало, фразы короткие, решительные. Часто говорит нехотя. В её речи много современных слов, но понимают эти слова они с бабушкой по-разному. Бабушка о современной жизни говорит так: «На какой-то холодный, продуваемый простор выгнан человек, и гонит его неведомая сила, гонит, не давая остановиться». И вот эта современная девушка оказывается в новой для себя обстановке, в глухой деревне. Деревенька, видимо, небольшая. В домах печное отопление, телевизора нет, за водой надо идти к колодцу. Электричество бывает в доме не всегда, хотя рядом – Братская ГЭС. Люди рано ложатся спать. Сюда отправили Вику, потому что хотели «оторвать» её от компании. Может быть, понадеялись на то, что бабушка сумеет заставить Вику взглянуть на жизнь по-новому. До сих пор никто не сумел подобрать ключи к душе Вики. Да и некогда было это сделать.
О бабушке Наталье мы узнаём, что она прожила долгую, трудную, но счастливую жизнь. В восемнадцать лет «перешила старое платье под новое» и в голодный год невенчанной вышла замуж. Бабушка Наталья считает, что ей повезло с мужем: Николай мужик твёрдый, ей за ним было легко жить: «Знаешь, что и на столе будет, и во дворе, и опора для ребятишек». Жену свою Николай любил. Он погибает на войне, наказав своему фронтовому другу Семёну опекать Наталью. Долго не соглашалась Наталья выйти за Семёна, но потом поняла, что нужна она ему, что без неё «он долго не протянет». «Смирилась и позвала его». «Он пришёл и стал за хозяина». О своём втором муже Семёне она говорит так: «Когда он прикасался ко мне… струнку за стрункой перебирал, лепесток за лепестком. Чужой так не сумеет».
«Улыбистая, – говорит Наталья о себе. – Во мне солнышко любило играть, я уж про себя это знала и набиралась солнышка побольше».
И вот эти столь разные, но живущие под одной крышей, родные по крови женщины заводят разговор о жизни. Этот разговор – противостояние двух миров, двух мировоззрений, их противоборство, от исхода которого зависит судьба человеческой души.
Инициатива в руках бабушки Натальи. И на протяжении их разговора мы понимаем состояние Вики. Ей «всё надоело…» В ней явно что-то сломалось, и она не знает, как жить дальше.
Бабушке важно услышать от Вики ответ на свой вопрос: «… сройство у тебя это было или грех? Как ты сама-то на себя смотришь?»
Бабушка не простила бы никогда сознательного греха. С каждым грехом человек теряет часть самого себя. Недаром бабушка говорит: «Такую потрату на себя приняла!» А для Вики этот поступок был своеобразным геройством.
Наталье хочется, чтобы внучка собрала себя, сохранила себя по капельке, подготовила себя к замужеству. У Натальи своё представление о невесте. «Ласковая, да чистая, да звонкая, без единой трещинки, какая белая, да глядистая, да сладкая». Также мы узнаём о том что значит любить в представлении Натальи и какой была их любовь с Семёном. «Любовь была, как не быть, да другая, ранёшная, она куски, как побирушка, не собирала. Я как думала: не ровня он мне. Зачем мне себя травить, его дурить, зачем людей смешить, если никакая мы не пара? На побывку к себе брать не хотела, это не для меня, а для жизни устоятельной ровня нужна». Было уважение друг к другу, внимание, забота, общая цель, жалость, сочувствие – это и составляло основу жизни, было любовью «ранёшной».
Этот разговор важен для обеих: бабушка, рассказывая о себе, передаёт свой жизненный опыт, взгляды на жизнь, поддерживает внучку, вселяет в неё уверенность, создаёт основу для дальнейшей жизни – устою, как она говорит сама.
А для Вики этот разговор – начало новой жизни, осознание своего «я», своего назначения на земле. Разговор затронул Вику, «неспокойно засыпала девочка – подёргивались, одновременно вздрагивая, …оглаживала живот, дыхание то принималось частить, то переходило в плавные неслышные гребки».
Так в Вике зарождался новый человек, «человек духовный», направленный к жизни «устоятельной», как говорит Наталья, потому что без «устои так тебя истреплет, что и концов не найдёшь».
Читать далее
26 понравилось
0
5,1K