Здесь вам не причинят никакого вреда

– А вот я не согласна. Все люди делятся…

• Правильней будет сказать: «Все люди размножаются». Мы же не амёбы.

До назначенного места оставалось минут десять ходьбы – можно было подумать целых две мысли.
«Подумать две мысли… – повторила Мари. – То есть два раза о чем то помыслить… Люди мыслят, то есть думают мысли… Интересно, а сами мысли могут думать? Могут ли мысли мыслить? Они могут приходить… уходить… ускользать… теряться… мелькать… мельтешить… озарять… Почему бы им еще и не мыслить? И что в таком случае мысли думают про тех, кто их думает?»

"Тоже мне, - думала она, глядя на унылую фигуру впереди, - граф Монте-Кристо. Так его называй, так не называй. Вот дать бы ему пинка, вот бы он подпрыгнул! Да, а потом оглянулся бы, а я бы сказала: "Это не я!". А он бы спросил: "А кто?", - я бы сказала: "Народ!." А он: "Ты меня пнула, ты не будешь моей ученицей!" А я: "Давайте еще раз пну, чтобы уже точно никогда не встречаться"

"Интересно, она услышала про полную скрытность или скрытно смылась, не дослушав?"

"...Они узнали о вампирах, по поддельным рецептам скупающих в аптеках гематоген"

– Дина, – строго сказала курсантка, – ты же не голодная. У тебя полная миска свежей еды.
Кошка понюхала миску и подняла голову в безмолвном удивлении. То ли не ожидала от гостьи такой сообразительности, то ли впервые видела миску. А скорее всего, просто поражалась логике Мари. Ну и что, что миска полная? Разве это причина не дать такой красивой кошке чего-нибудь вкусненького?

Все смешалось в тревожный коктейль "Щасчтотобудет!"

— ... Что ты молчишь?
— Я думаю.
— Кто же молча думает?

Мари посмотрела на засекреченные страницы и только сейчас осознала смысл тайного лозунга спецслужб: «Секретность – это гуманно».

У преступников никогда не хватает вежливости дождаться полиции на месте преступления. Представляешь – мы приезжаем, а он сидит. Прямо на месте. Преступления. И сжимает в руках орудие. Сидит и не рыпается. Лучше спит… Посапывает…