"Warum sage ich jetzt erst..."
Наверное, рецензии на немецкие произведения стоило бы писать все-таки на немецком языке, но я как-то не могу писать на немецком об евреях и о государстве Израиль.
Каждый человек, по моему глубокому убеждению, имеет право на свое мнение. Но когда ты Нобелевский лауреат и твои в книги расходятся миллионными тиражами, это накладывает на тебя определенную ответственность. Резонансное стихотворение с критикой Израильского государства и его права первого удара (и исходящей угрозой от евреев, которую современно общество упорно замалчивает, чтобы якобы не получить в свой адрес ярлык в антисемитизме) да еще от немца, служившего в СС, произвело в 2012 году эффект взорвавшейся бомбы. Став сразу же персоной нон-грата, мне кажется писатель и потерял часть своей читательской аудитории (скончается он через 3 года. в 2015-м)...
Дело не в том, что кто-то там прав или не прав. Мне кажется, просто общество еще не готово к таким громким категоричным заявлениям. Еще много тех, кто пострадал от фашизма и слышать такое из уст немца...Вот даже архивы рассекречивают не сразу, а по прошествии 70-100 лет. Когда не будет свидетелей, когда не будет такого широкого резонанса.
Das allgemeine Verschweigen dieses Tatbestandes, dem sich mein Schweigen untergeordnet hat, empfinde ich als belastende Lüge und Zwang, der Strafe in Aussicht stellt, sobald er mißachtet wird; das Verdikt «Antisemitismus» ist geläufig.
И еще я считаю, что поэзия и политика - это 2 несовместимые вещи. Оставьте политику для прозы - там она целесообразнее. Поэзия - для любви, красоты, гармонии, не для громких обличительных слов, тем более не основанных на фактах.
Doch warum untersage ich mir, jenes andere Land beim Namen zu nennen, in dem seit Jahren — wenn auch geheimgehalten — ein wachsend nukleares Potential verfügbar aber außer Kontrolle, weil keiner Prüfung zugänglich ist?
Warum aber schwieg ich bislang? Weil ich meinte, meine Herkunft, die von nie zu tilgendem Makel behaftet ist, verbiete, diese Tatsache als ausgesprochene Wahrheit dem Land Israel, dem ich verbunden bin und bleiben will, zuzumuten.
И самое удивительное, даже факт службы в СС автор долгое время замалчивал и рассказал об этом лишь на склоне лет, в преддверии выхода книги "Луковица памяти" (многие посчитали это пиар-ходом, но, возможно, это просто чувство вины, держать столько лет на душе такой тяжелый груз...)
Сильное произведение, спорное, противоречивое, но написано красиво, все-таки Грасс - мастер слова...
96 понравилось
