Запіскі афіцэра Чырвонай Арміі

— Тебя послушать, так у нас вообще ничего хорошего нет.
— Почему нет?… У вас хорошая пропаганда… Самая лучшая в мире… После того как я ваших книжек начитался, фильмов насмотрелся, песенок о свободе наслушался, то даже собирался сбежать из Польши в Россию.

Через два дня я забрал фотокарточки. Трудно было поверить своим глазам. Полная грудь медалей. Из левого кармана гимнастерки отчетливо видно часовую цепочку. Из кармана галифе точно так же цепочка восхитительно висит. А на руках по двое часов... Я заказал фотографу сделать мне еще дюжину таких портретов. Это будет важная память и исторический документ огромного значения.

Яны добра ведаюць, што сыты чалавек пачынае аб чым-небудзь іншым, акрамя ежы, разважаць. А так кожны думае толькі пра тое, каб з голаду не здохнуць і голым не хадзіць, і баіцца гэту магчымасць страціць. А адначасова яму столькі гадоў убіваюць у галаву, што нідзе на свеце так добра не жывецца, як у іх. Ты ж таксама у гэта верыў. А тым часам за вашыя грошы за граніцай ідзе вялізная прапаганда вашага сацыялізму, вольнасці, культуры, дабрабыту

Я яму паверыў, бо пераканаўся, што ён заўсёды толькі праўду гаворыць. Паверыў і зразумеў, што рэвалюцыя ў Расіі не дзеля таго адбылася, каб рабочага і мужыка ад эксплуатацыі вызваліць, але дзеля таго, каб іх абдурыць, абрабаваць, укінуць у галечу і зрабіць суцэльнымі нявольнікамі. І што толькі на карысць жменькі людзей тая рэвалюцыя атрымалася, бо жывуць яны цудоўна. А для мільёнаў звычайных абывацеляў гэта найстрашнейшая катарга.

— Вот скажи мне, почему ваша Россия, у которой такие богатства в земле и на земле, так скверно живёт?

— Чай не водка: много не выпьешь.

Ночь была чёрной как совесть фашиста, как намерения польского пана, как политика английского министра.

Скажы ты мне, чаму ваша Расія, маючы такія багацці на зямлі і ў зямлі, так дрэнна жыве?

Так, упакавалі нас у бутэльку бацькі рэвалюцыі! У бутэльку ўпакавалі, прапагандай закаркавалі і на назаўсёды дурнямі зрабілі.

Толькі цяпер я зразумеў, што нас любяць толькі там, дзе ў вочы не бачылі.

Ты ручкі як у паненкі маеш. Адно для калупання пальцам у носе.

Кабеты заўсёды менш небяспечныя. Можа, і не нападуць знянацку, не зарэжуць. Мусяць быць троху больш культурным элементам.

А до этого у меня была чертовская неприятность с той проклятой, буржуазной ванной. Думаю я: "Перед посещением фотографа надо искупаться, чтобы лучше выглядеть на снимке, потому что из-за отсутствия времени и желания я два месяца в бане не был". А тут учительница, Мария Александровна говорит мне утром, что есть горячая вода, так что я могу пользоваться случаем. Что-то она часто мне про это купание напоминает! Почти каждую неделю.

Ну, мы и пошли. Командовал капитан Егоров. От каждого из нас на всю улицу запах одеколона разносится. Все прохожие оглядываются и дивятся нам. Я сам сегодня утром вылил себе на голову четверть пузырька самого лучшего в мире одеколона советского производства. "Дыхание Сталина" называется и запах чувствуется на пять метров.

Кроме того, я пользуюсь самой большой свободой, какую только может иметь человек на земле. Мне даже можно называть ЕГО - нашего вождя - товарищем. Вы только подумайте - я имею право свободно и всюду называть ЕГО товарищем! Товарищ Сталин! ТОВАРИЩ СТАЛИН!... Так вот, это моя самая большая причина для гордости и радости!... Разве может гражданин капиталистического государства называть своего президента или короля товарищем? Никогда!

Pierwsza rzecz, jeśli nie był Stalin pewien Hitlera, to po co go zawsze i wszędzie wychwalał i materiałami wojennymi wspomagał? Druga, jeśli go Hitler rzeczywiście wykiwał i durnia z niego zrobił, to cóż on wart?!

Да, мы можем гордиться тем, что у нас отменные ноги. И не только у меня и майора, а у всей Красной Армии. Ведь в 1941 году на немецком фронте у нас было как минимум пять миллионов солдат. А когда Гитлер ударил по нам, мы так спешно убегали, что немцы на автомобилях не могли нас догнать. И только половину нашей армии взяли в плен. А остальные ходу-ходу! До самой Москвы.