Отзывы о книге Trust Exercise

Свою Книгу ноября я нашла. Забавно, весь октябрь писала для лайвлибовского марафона рецензии на книжки Дома историй, обходя стороной роман Сьюзен Чой. "Ох нет, - думала, сто первая американка азиатского происхождения расскажет сто первый вариант дарк академии про студентов школы "для избранных", с непременной трагедией, при участии наставника-манипулятора, размывающего их моральные цензы. Да блин, надоело!" Как я ошибалась. Нет, внешний абрис тот же: школа искусств, принятие куда тем более ценно для 15-леток студентов, что город их ни разу не культурный центр, вроде Нью-Йорка с его Бродвеем или Лос-Анджелеса, сами знаете, с чем. Южный город в Техасе, где улицы широки, расстояния огромны, а в бесконечных пригородах дома эконом-варианта так похожи один на другой, что собственный приходится помечать крестиком, чтобы найти вечером. Сара с мамой сделали так, переехав сюда после развода.

Они небогаты. Не бедняки, нет, мама работает секретарем в университете, несмотря на инвалидность, а Сара подрабатывает в булочной, при том, что школа берет по двенадцать часов в день (да, то самое: "Вы ведь понимаете, как вам повезло быть принятыми? Не потянете - на ваше место очередь!") Они понимают, но Сара также знает, что ей позарез нужна машина, которой не купят родители, как большинству одноклассников. Здесь все ездят на машинах и никто не ходит пешком, чтобы заработать на свою, она готова вкалывать, света белого не видя. Дэвид из другой среды, у его семьи колониальный особняк в самом престижном районе города. Вообще-то, этим благосостоянием они обязаны Филиппу, отчиму, к которому красавица-мама ушла от небогатого отца Дэвида. Но он может быть спокоен, свою первую тачку получит точно в день сдачи на права.

У Сары с Дэвидом любовь. Им бы не встретиться разная среда, разные районы, они и в Школе первый год не особо замечали друг друга. Пока во время очередного занятия по актерскому мастерству, которое наставник, Великий и Ужасный мистер Кингсли называл "Упражнениями на Доверие" (именно так, все с заглавной) - пока во время очередного, состоящего в ползании и тактильных контактах внутри темного картонного куба, ее рука не коснулась его лица, и родинки над верхней губой. И губ. Кто не переживал этого "искра вспыхнула", тому не объяснишь. а кто пережил, тому объяснять не надо. На каникулах его семья уезжала в Лондон, он писал ей каждый день, а потом они встретились и было все. А потом начался второй курс и Дэвид готов был на весь мир прокричать, что Сара его девушка, а для нее органично шекспировское "люблю нежней, но не для многих глаз".

Они, весь прошлый год упражнявшиеся в доверии, на практике применить его не сумели. В юности же все как с содранной кожей, а специфика актерской профессии, которой они здесь обучаются, предполагает еще и немалую степень публичности, едва ли не эксгибиционизм, все как сквозь увеличительное стекло - дымится. И вот эта немыслимая острота чувствования для меня главное в книге, о которой можно говорить и как о романе-перевертыше с непрестанно сменяющейся оптикой; и как о модернистском, построенном по принципу китайской лаковой шкатулки: внутри одной другая, а там еще третья и все заключено в четвертую; и как о #MeToo фем-высказывании; а можно увидеть в нем метафору служения творчеству: званых много, да избранных мало - такого же обманного, как любовь, у которой всякий бриллиант к финалу истаивает до лужицы слез. Можно говорить много, но все слова мира не передадут счастья того слияния и поглощения, когда ты растворяешься в тексте и он становится тобой.

За себя могу сказать, что выпала из времени, когда читала часть Дэвида и Сары, а это примерно три четверти книги, остальные три умещаются в оставшуюся четверть. Говорят, что язык оригинала непростой и затейливый - верю. Язык перевода шедеврален. Это снова Сергей Карпов, наследник по прямой Сергея Ильина (кто понимает) и лучший у нас сегодня, несмотря на то, что переводческие премии обходят его. Истории интересуют нас ради содержания, но книги мы берем ради того "как" это написано.

Понравилось: Идея литературной игры, в которой история рассказана и как книга в книге, и как опыт психотерапии, и просто обычный рассказ. Каждый следующий рассказчик раскрывает разные грани, и переворачивает картину произошедшего, которая проясняется непросто, и читателю приходится искать правду среди недомолвок и искажений. Идея не нова, но в данном случае сделано неплохо. Не понравилось: Снова тема преступного злоупотребления доверия учениц и учеников к учителю и педофилия. Ну, сколько можно. Не понравилось, что последняя часть очень короткая и из-за этого мотивация главной рассказчицы о поиске родителей вообще не прописана, цель у героини только литературная, автору книги так надо. И больше всего не понравилась тема обмана доверия подана так, что создается впечатление, будто доверять это крайне уязвимая и неправильная позиция. Понятно, что доверяя, можно легко обжечься. Данте поместил обманувших доверившихся в самый ужасный 9 круг Ада, и я согласна с таким распределением. В этой книге обманывали доверие все: взрослые - детей; рассказчики - слушателей; автор - читателей. И создаётся впечатление, что главная идея: никому не верьте. Но в моей картине мира базовое доверие к миру - это основа благополучной и счастливой жизни, а современный мир постоянно лишает именно доверия. И эти бесконечные травмированные пупсики надоели жаловаться, как их обманули. Тема уже проговорена прописана раз 200. Детей учат не верить взрослым, никогда … так быть не должно.

тревожная история, говорили они. 

хитросплетения сюжета, говорили они. коварные маркетологи. а вы еще верите маркетологам? я завязала. 

тревожилась я за то, что бездарно спускаю драгоценное время своей жизни в унитаз, пока читала это нагромождение кусков текста, а хитросплетения, знаете, они такие хитрые, эти сплетения, что непонятно - авторша намеренно курила, прежде чем сесть за пишущую машинку, или у нее это естественно получается?

почему так злобно, скажете вы.

почему так безнадежно хреново это написано, спрошу я, а заодно горько заплачу о своих обманутых ожиданиях. мысленно заплачу. эта книга не стоит моих слез.

короче.

для затравки нам дают неземную «любовь» Сары и Дэвида, 15 лет, обучающихся в престижной театральной школе, которыми со временем начинает манипулировать их учитель - внаглую списанный у Тартт Джулиан, только еще круче и божественнее. потом в школу приезжает группа иностранных гостей прямиком из Англии, и начинается бордель, бедлам и безнадега. 

во второй части мы получаем другой взгляд на события от одного из второстепенных персонажей, который называет первоначальные факты то ложью, то интерпретацией, то фокусами памяти, то еще непонятно чем. и если в первой части тема сексуальных отношений взрослых с подростками дается туманно, то здесь о ней кричат во все горло. 

третья часть, похожая на эпилог, сообщает второй части продолжение-новый-поворот, заодно доводя тему отношения/насилия до кульминации. 

я изложила в сухом остатке содержание практически без спойлеров, без опознавательных знаков и уложилась в минимум оценочной лексики. но сейчас время для очень оценочной лексики. 

ёперный же театр. у тебя есть уже набившая оскомину тема травмы. хорошо. ты хочешь преподать ее через разные точки зрения - художественную, дневниковую, эскапистскую, честную, какую-то еще. хорошо, допустим. ты хочешь поиграть стилями и регистрами. ты хочешь показать особенную, чумовую, обсессирующую подростковую любовь. ты хочешь показать, каково им там живется в этом театре. ты хочешь показать, какие разные - и почти все неудачные - могут быть отношения с родителями.

блин, сделай это КАЧЕСТВЕННО и ПОНЯТНО! зачем играть в мозгодробительный постмодернизм, если ты не умеешь в него играть? ты что, Милорад, блин, Павич? Салман Рушди? Дэвид Фостер Уоллес? зачем замахиваться построить дом, взять топор и рубить одни пеньки???

я писала список того, что Сюзен Чой пыталась сделать, прилагая неслабые усилия, тк чтобы сформулировать, о чемвообщеэта_книга - надо хорошенько поскрести себе репу. 

тема травмы - не раскрыта, зажевана, разбросана ошметками по всем 250 страницам.

художественная часть - написана тяжеловесным языком, и нет, это не мой английский хреновый, это просто очень претенциозно и завирально написано. 

дневниковая часть раздражает нервным тоном повествования, перескоками между темами и временными пластами и дурацкими повторениями.

тема эскапизма  - не раскрыта, но опять подана выбешивающей россыпью намеков и полунамеков.

тема честного взгляда  - или того, что притворяется им - звучит недостаточно внятно и громко. 

подростковая «любовь» - абсолютно никакой подводки к ней, ни причин, ни поводов, ни правдоподобности, ни красоты, ни драмы, ничего. только намек на «химию» и бесконечные перепихоны в слюнях страсти. у 15-летних детей, которые, по тексту, уже не первый год имели тот самый опыт. вдумайтесь. 

тема театра - начала раскрываться тот тут, то там, брошена, не доведена до логической завершенности. 

отношения с родителями - эпизоды, упоминания, намеки, ничего показанного полноценно. 

ну и что там с загадкой - ах дочитайте до страницы 154, и мы не скажем почему.. [а мы мастера интриги, где полка, где пирожок?]

я с вами поделюсь отличной новостью: вы можете не читать дальше названия, никакого вселенского секрета вы не упустите. весь секрет в том, что разные люди могут по-разному проживать и рассказывать свои истории, а в художественном тексте иногда не все имена и личности совпадают. все.

книга бездарная, глупая, грязная, вопиюще плохо сделанная. то, что в ней имеются вкрапления смыслов, загоняет читателя в еще больший тупик: прочитал - изволь собрать картинку, что-то же там осмысленное было, а иначе что - ты не разгадал загадку? ты такой тупой?

Маленький американский город. Престижная школа искусств. 15-летние подростки и взрослые проблемы. Те же декорации спустя 14 лет.

Это одна из лучших прочитанных книг этого года. Я обязательно включу её в свой ТОП, просто пока не знаю в какой именно номинации. Она мне очень понравилась!

Во-первых, мне понравилась структура романа. Мне понравился писательский ход, о котором пишут во всех рецензиях на роман, поэтому он не должен быть сюрпризом, но я рецензий не читала, поэтому такой расклад был для меня полной неожиданностью. В этой книге 4 истории! Одна большая (2/3 книги), одна поменьше, одна маленькая пьеса внутри второй истории и последняя – самая неожиданная. И притом ставящая под сомнение все предыдущие. Очень интересно. Я где-то встретила сравнение с русской матрешкой. Что ж. Вполне уместно.

https://content.img-gorod.ru/pim/products/images/53/32/018ee730-6f1e-7a17-8c33-287233345332.jpg">Во-вторых, мне понравились главные герои, каждый по-своему. Как это бывает с хорошей и качественной литературой, в каждом (или почти каждом) герое можно найти частичку себя. И вот я находила эти частички, узнавала себя в каких-то реакциях или поступках и погружалась в рефлексию, примеряла на себя чужой сценарий. И эта моя реакция, как мне кажется, тоже свидетельствует о большом писательском таланте. Ведь очевидно, что я не могу влезть в шкуру подростков из элитной школы искусств в 1982 году, и тем не менее, книга вызывает такой уровень эмпатии, она так написана, что героям сопереживаешь, в их проблемы включаешься. И в итоге незаметно оказываешься в той самой шкуре.

В-третьих, мне безумно понравилось то, как это написано. Потрясающе!! (миллион восклицательных знаков). С удивлением прочла потом в рецензиях, что кому-то приходилось продираться сквозь текст или бороться с желанием бросить, и проч. Хотя тут дело вкуса, конечно. Но лично я в полном восторге. Описания города в первой части до невозможности романтичны. Описания реакций Сары вызывали в воображении острые яркие чувства: стыд – «она чувствует, как на ее коже вспыхивают костры», страх – «ребра хрустят в сжатом кулаке груди, как сухие сучья». Надежда – «надежда, от которой она вроде бы уже отреклась, невидимо и беззвучно взрывается в ее груди, но ударная сила, должно быть, ощутима, потому что Дэвид отпрянул». Обида – «неизбежно сталкиваясь в классе, он только холодно смотрел, а Сара – еще холодней, и получалось соревнование – кто больше навалит льда, яростно выгребая его из сердца». https://encrypted-tbn0.gstatic.com/images?q=tbn:ANd9GcSybuIXZwmNCKp2sJQMCe6verihG6yQyAT0PYSCGZVCpA&s=10"> Сьюзан Чой описывает тот уровень эмоциональной восприимчивости, который делает человека максимально уязвимым. И я знаю об этом уровне всё, узнавание в тексте всех этих ощущений, чувств, восприятия, переживания – вызывало радость узнавания, текст был для меня наполнен такими вспышками. При этом Чой так классно умеет описывать эти чувства, как у меня никогда бы не получилось. Талант писательницы не просто в том, чтобы обнаружить чувства, потом описать их, но и обозначить, заметить.

«будто тело Лиама, как костюм, надело какое-то затюканное существо, что-то голое, перепуганное и нечеловечное. И теперь ему приходится быть начеку, следить за людьми вокруг, думать, как играть, чтобы не выдать себя»

В-четвертых, финал, развязка, масса вопросов, которые накрыли меня после прочтения – все это вызывало жгучее желание искать дальше. И я часа два, не меньше, читала интервью, рецензии, статьи, связанные с писательницей и этой книгой. Я не понимала. Я хотела разобраться, что это значит. Огромную благодарность испытываю к тем людям, которые писали со спойлерами и которые в процессе таких рецензий искали ответы самостоятельно. Это очень помогло мне понять. Так как единого ответа нет в принципе (писательница намеренно закончила книгу именно так), я не претендую на истину, но все-таки для себя я что-то решила. И вот всё это в совокупности – и есть четвертая причина. Потому что я терпеть не могу открытые финалы или такие финалы, до которых мой мозг не дотягивает (господи, я никогда не забуду парочку романов Джулиана Барнса). Но если автор оставляет нужные подсказки и помогает своему читателю, найдя их, чувствуешь огромное облегчение и удовлетворение (даже если они ложны для кого-то, не факт, что вы бы согласились с моими выводами).https://encrypted-tbn0.gstatic.com/images?q=tbn:ANd9GcRAYsnLeiNgPaoWxIzG3VvJJJ-G22kJlD-t4bv1FvRp6A&s">

Это действительно одна из лучших книг, прочитанных мной в этом году. Рекомендую всем любителям современной американской прозы, женской литературы (опять я сомневаюсь, что мужчинам такое понравится, слишком много описаний чувств), всем тем, кто жаждет «передышки от невзгод своего «Я».

Сьюзен Чой Упражнение на доверие

Знаем-знаем, проходили, ага. Где педалируется это слово, всегда делим на десять, потому что сто процентов будет ненадежный рассказчик.

История состоит из трех частей. Первая часть очень сложно сочиненная конструкция словес, через которую я продиралась. Переводчик был Карпов, а он умеет, так что для чего-то автору нужно было городить огород. Эта часть собственно и есть "книга", иллюзия автора-героини на то, что с ней случилось в юности. А происходило многое. И первая любовь, и попытка понять раскрыть таланты свои, ну, и собственно, сам раскрыватель этих талантов, царь и бог театральной студии.

Тут для молодой девушки главное удержаться на краю и не стать проблемой, которая заморозит все мечты и таланты.

Актерское мастерство - это верность настоящим эмоциям в воображаемых обстоятельствах

И тут главное от слов не переходить к делу, изменишь ударение в слове и вся композиция преобразится.

Со второй части становится всё ещё запутанней по сюжету, но легче по восприятию. Потому что мы видим (по крайней мере, я так увидела) уже эту молодую женщину через десять лет. Она успешна, нашла то, чем хотела заниматься в жизни. Но опять же, это непростая история, автор показывает её со стороны, точнее она сама себя переосмысливает со стороны, это такая проекция, как мне кажется, отступить на шаг назад и посмотреть чужими глазами. И тут , как всегда в таких историях бывает, угол зрения смещается и читатель может увидеть всю картинку в несколько другом ракурсе. Но всё равно не правдивую, всё равно с погрешностью.

И третья часть расставит все акценты, раскроет все секреты, будет просто и понятно. Главное, уложить все три части в это прокрустово ложе. Они , конечно же, сопротивляются, но я смогла для себя создать общую композицию .

Сложно рассказывать без спойлеров. По конструкции эта история мне напомнила , как минимум, две книги. Это Доверие Диаза и Бедные-несчастные Грея. Кто читал что-то из этого, тот поймёт.

Вот это по мне, сложносоставное произведение, простые линейные без выкрутасов уже наскучили.

9/10

После успеха нового романа Сьюзен Чой «Flashlight», который сейчас гремит в англоязычном буктьюбе и уже попал в лонг-листы Букера и Американской книжной премии, я неминуемо приблизился к её же «Упражнению на доверие». Книга вышла в России не так давно и уже получила много смешанных отзывов, а в Беларуси и вовсе попала в список запрещённых. На первый взгляд, это банальная dark academy, ещё одна книга о театральной школе, ярком романе двух учеников и их загадочном учителе актёрского мастерства, который под видом бескорыстного наставничества ими манипулирует. Однако вскоре наступает вторая часть текста, представляющая первого рассказчика ненадёжным и желающая внести ясность в описанный ранее сюжет. Здесь на смену академическому триллеру в традициях М.Л.Рио и Донны Тартт приходит психологическая головоломка, буквально монолог героини на приёме у психолога, попытка пережить детскую травму. Финальной часть становится ещё она смена point of view, подводящая черту под двумя историями и коротким рассказом третьей стороны уводящая читателя в комнату без окон и дверей, где предстоит ещё какое-то время посидеть наедине с собой. Дочитав книгу, у меня осталось слишком много сквозных вопросов, на которые автор намеренно не отвечает, но на которые и мне, читателю, не слишком интересно искать ответ. Кажется, что обе грани романа были не до конца достоверными, а потому остаётся лишь довольствовать собственными идеями о том, какие персонажи и сцены служили канвой сюжета, а какие лишь маяками для расстановки акцентов, доппельгангерами (двойниками) других героев, их эго и альтер-эго. «Упражнение на доверие» — это продукт эпохи #metoo, экспрессионистское заявление о размытых рамках сексуального и морального насилия, которое часто допускают взрослые в отношении детей и которое очень сложно документировать, выявлять, нормировать и наказывать. Любая связь между двумя людьми, будь то родственная, дружеская, наставническая, любовная, whatever — это своеобразное упражнение на доверие, в котором обе стороны являются и объектом, и субъектом, а значит разбирать их ответственность, исповедальность друг перед другом даже вот так, с двух взглядов из разных частей романа, довольно сложно. Вышло ли у Чой — решать читателю. Стоило ли пробовать — конечно, да. Полагаю, этот текст хоть и содержит много провисаний и слабых сторон, как минимум композиционно и художественно пытается двигать вперёд сложившийся канон, а потому уже крайне интересен.

Школьники-актеры часто говорят, что драма-тическая и музыкальная постановки равны по статусу, но все знают, что это вранье. Главная роль в драме не котируется даже на уровне второго плана в мюзикле. Никто - даже те, кто поступил в школу с искренней ненавистью к мюзиклам, - не сомневается в этом уравнении.

«Мы все об этом мечтали, - думает Сара. - Меч-тали, как, к удивлению всего мира и нас са-мих, окажемся лучше всех».

Книга состоит из трёх частей. Первая рассказывает об отношениях подростков в элитной школе искусств. Сюжетно начало очень похоже на "Нормальных людей" Салли Руни, а по атмосфере напомнило "Словно мы злодеи" М. Л. Рио.

Но в этой книге все не то, чем кажется, и две последующие части усложняют и дестабилизируют историю, которую, как нам кажется, мы читаем. И название книги начинает играть новыми красками, появляются новые смыслы. Каждая последующая часть ставит под сомнение все то, что говорилось до этого. Читатель невольно спрашивает себя: а можно ли доверять тому, что я только что прочитал.

Сюжетно это тоже исследование возможных способов предательства доверия. С каждым сюжетным поворотом, с каждым новым приоткрытым слоем рассказываемой истории мы все отчётливее понимаем, что это книга о ещё девочках, которыми манипулируют и пользуются взрослые мужчины в позиции более авторитетной, и о том, насколько разрушительной и непоправимой может быть эта травма.

Это книга о конкретной женщине, чья жизнь была разрушена мужчиной, которому доверили слишком много власти.

Книга шла очень неровно, сначала будто такое заигрывание, обещание захватывающей истории про талантливых подростков в творческой среде - школе с необычным подходом, где учатся будущие актеры, певцы, танцоры, а те, кто не дотягивает до сцены, становятся их костюмерами, звукорежиссёрами, осветителями и пр. Но повествование, слегка касаясь этой творческой стези, довольно быстро уходит в некий эротический психологизм (герои школьники, напомню, на момент начала повествования им +-15 лет и этот страстный подростковый секс не совсем то, о чем хочется читать, впрочем, их душевные метания после - тоже не то, что мне сейчас кажется захватывающим. Про подростковый возраст думаешь: прошел и прекрасно, хорошо, что больше со мной такого не случится, погружаться в мир подростка тяжко).

Однако, у автора есть для нас козырь в рукаве - такой, краешек которого показывают и прячут, а потом ещё, и ещё разок, и ты думаешь: мне показалось или нет.
К середине книги нам описывают уже такой секс, что тот, первый, на фоне этого мерзкого кажется максимально романтичным, хотя бы чувственным.

И вот, когда ты думаешь не бросить ли уже это чудное чтение, автор меняет рассказчика (а точнее рассказчицу), да не просто меняет, а поворачивает все так, что мы понимаем - первый рассказчик не надёжный, но вот сейчас, сейчас мы узнаем как же все было на самом деле, о чем умолчали, что исказили и чем дело кончилось...
Но нет, новая героиня та ещё зануда - появляется множество мысленной жвачки о прошлом, за этим чувствуются накопленные обиды, а позже оказывается, что  и серьезная травма((( Однако, даже эти обстоятельства не располагают к героине сильнее, очень уж она нудная, на каждой странице обдумывает какое-нибудь слово - что оно означает и от какого произошло и как его толкует словарь или тезаурус...

А когда сил читать это уже нет, сюжет накаляется, некоторые скелеты не удерживаются и высыпаются из шкафов, а героиня внезапно совершает ммм громкий поступок, однако, мы не знаем она это случайно, или в моменте, на эмоциях решила поступить так, или спланировала все заранее, но с нами не поделилась. Мы этого не узна́ем, потому что страница перевёрнута и у нас новая героиня.
В целом, сразу можно заподозрить кто она, и как связана с предыдущими, но это не точно, тут потайные ларчики можно открывать бесконечно. Она пытается расплести клубок тайны своего рождения, однако без особого энтузиазма. В процессе сталкивается с, вероятно, уже знакомым нам персонажем, который ведёт с ней светские беседы, а потом её домогается (ещё одна мерзкая сцена ✓), а потом бормочет что-то про недопонимание (привет metoo). В конце нам показывают сцену, в которой девушка с более стойкой психикой и цепким умом ухватилась бы за возможность и узнала нужную информацию (и без мерзких похотливых старых козлов), но отчего-то она теряется в моменте и не пытается что-то выяснить после. И тут - бац! - книга кончилась.

И вот, что мы имеем: крутая задумка с "иглой в утке, уткой в зайце", с разными рассказчицами и временными промежутками, с важными и, чего уж там, актуальными темами. Но вышло, что вышло - местами скучно, местами противно.

Книгу мне предложил букмейт в качестве похожей на Словно мы злодеи и Джентльмены и игроки , но нет, по моим ощущениям, до них она не дотягивает. Однако, если переведут другие книги Сьюзен Чой, и тема заинтересует, буду иметь в виду.

Начала читать эту книгу по предложению книжного блогера. на обложке вынесена рекомендация Поляринова (сомнительная, но вызывающая интерес).
первую половину книги думала бросить раза три. казалось, что это просто подростковая литература, с прямолинейными сюжетными линиями, без развития и поворотов, только гипертрофированные чувства и шкалящие эмоции тинейджера.

но внезапно во второй части голос меняется, время меняется и читатель понимает, что эта young adult часть - мастерски воссозданная оптика подростка и по сути - кривое зеркало объективной реальности. и это сделано очень хорошо и неожиданно.

п.с. казалось бы, в первой половине этой книге я уже почти разрешила себе ее бросить, потому что мой внутренний искушенный читатель решил, что он уже "все понял", но этот трюк всё-таки снова лишил меня возможности бросать книги недочитанными)