Цитаты из книги First Man In Rome

Если в Риме появляется достойный человек, его ведь могут и зарезать. Почему? Потому что он печется больше о Риме, нежели о своем состоянии.

Существует огромный стимул для занятия политикой - возможность обогатиться. И это нормально. Все ведь люди. Это простительно. Это можно понять. Вот за кем надо следить, так это за теми, кто идет в политику, желая изменить мир. Они-то и наносят реальный ущерб - власть предержащие и альтруисты.

Таких людей нельзя остановить. У них есть сердце, сила, разум. И своего рода бессмертие. Все это помогает им преодолевать любые препятствия на своем пути. Их любят боги! Фортуна изливает на них свои щедроты! Так что такой вот Гай Марий идет прямым путем, а когда обстоятельства вынуждают его идти в обход, то дорога все равно оказывается прямой.

Амбиции без таланта - самая опасная вещь в мире.

Он очень хорошо знал, что Марсия считала его опасно привлекательным, хотя и дала понять, что классифицировала его привлекательность где-то между зловещей красотой змеи и изяществом скорпиона.

Первый человек в Риме считался первым среди равных - людей с одинаковыми возможностями. Это больше чем царь, больше чем деспот. Царь опирается на происхождение, деспот - на меч. Первый же человек, кроме силы и происхождения, должен быть наделен еще и умом. Соперники ждут законного повода убрать его с дороги, значит, их нужно укротить, подчинить, купить - словом, сделать союзниками.

Никогда не преклонявшийся перед женщинами, он ни разу в жизни не давал себе труда задуматься над тем обстоятельством, что чувство здравого смысла встречается у мужчин отнюдь не чаще, чем у женщин.

Они были римляне, а римляне превыше всего ценили хороший, громкий смех.

Не важно, что он мог купить и продать часть сената. Не важно, что на войне он стоил поболее всех сенаторов, вместе взятых. Ценилась родословная, предки. Кровь – вот что важно. А она была недостаточно хороша.

Истинная демократия – выдумка греческих философов, прекрасная, но недостижимая мечта. Погляди хотя бы на ту путаницу, в которой увязли греки. Этого ли мы хотим для себя? Рим – форма правления меньшинства, господства Славных Семей над большинством.

Если ничего не предпримем – останемся с первой в истории Рима своевольной старой девой на руках!

На сей раз, в виде исключения, календарь совпал с временами года,

Кровь побежала вниз. Очень много крови из очень большого быка. Это было расточительно. Потенция, сила – все выливалось на траву. Но какой, однако, замечательный цвет! Богатый, малиново-алый, блестящий и густой поток подбирался к самым ногам. Сулла смотрел не мигая – не отводя глаз. Почему все, что наполнено внутренней энергией и мощью, имеет красный цвет или оттенок красного? Огонь. Кровь. Волосы – его волосы. Возбужденные пенисы. Сенаторская обувь. Мускулы. Расплавленный металл. Лава.

Денежные долги – неизменные спутники человека, поднимающегося по политической лестнице.

Амбиции без таланта - самая опасная вещь в мире.

Что делать, женщины глупы, но глупость их умна.

Вредно думать сначала о других, потом уж о себе. Другие люди могут этого не заслуживать.

У демагога ничего нет острее языка.

У Катула Цезаря нет хватки ни в стратегии, ни в тактике. Он думает, что боги вложили их ему прямо в голову, когда предначертали ему высокое рождение. Он думает, что, когда придет время, он все сообразит. Но так не бывает, как тебе хорошо известно.

Если хочешь читать Гомера, делай это там, где люди поймут, что это Гомер.