Отзывы о книге I, Claudius: Robert Graves

Роберт Грейвз написал исторический роман-хронику от имени Тиберия Клавдия Друза Нерона Германика – будущего императора Рима, одного из внуков Божественного Августа. Клавдий пишет свой исторический труд об эпохе правления трех Цезарей, пережив всех остальных претендентов на этот титул. Ему единственному «повезло» родиться со множеством физических недостатков - хромой, полу-глухой, да еще и заика к тому же, поэтому его никто не рассматривал как претендента, бабушка Ливия даже брезговала садиться с ним вместе за стол. Но с мозгами у него было все в порядке, и заброшенному, нелюбимому ребенку пришлось рано поумнеть, глядя как быстро сходят в могилу его гораздо более здоровые, а главное честолюбивые сородичи.

Можно задуматься, что заставило автора, известного поэта и почитателя доклассической Греции и древней кельтской истории, взять и написать роман об одном из самых известных моментов истории античной. Может быть, веление времени. Тридцатые годы прошлого века - это мучительное расставание Англии с устоявшимся образом жизни, обеспеченным безграничным английским могуществом, всего, что близко автору с детства, а кроме этого мировой экономический кризис и зарождающийся в Европе фашизм (Боже, как все знакомо, наверное нам тоже нужно ожидать появления нового Грейвза) . Это, должно быть, и подтолкнуло его к изучению прошлого с целью показать несовершенство настоящего и созданию героя, похожего на него самого – ученого-историка и поэта, непонятого окружающими и сознательно выбравшего уединенный образ жизни. А поскольку автор невольно персонифицирует себя с героем, то Клавдий получается несколько идеализированным, по сравнению с историческим персонажем. Хотя в плане исторической достоверности других излагаемых им событий, в серьезных расхождениях с древними историками Грейвза не упрекают.

Перед нами развернуто историческое художественное полотно о повседневной жизни, законах, обычаев и нравов дряхлеющего Рима. Все главные лица эпохи пройдут перед читателем - Август, Ливия, Тиберий, Калигула расскажут о как лучших, так и худших своих поступках. Очень занимательна позиция Ливии, поведанная перед смертью Клавдию. Она утверждала, что лично не была заинтересована ни в одном убийстве и все ее злодеяния совершены ради централизации власти и незыблемости Римской Империи, иначе претенденты разорвали бы страну на куски, а орды всегда готовых к этому германцев завершили бы ее распад. А ведь как известно, именно это и произошло впоследствии.

Поначалу стиль романа кажется суховатым, образам персонажей не всегда хватает глубины, но, вчитавшись, перестаешь считать это недостатками и отдаешься на волю автора, полностью окунаясь в повествование. А студентам-гуманитариям смело можно посоветовать заменить этой книгой скучный учебник. Или, по крайней мере, дополнить :)))

Эталон исторического романа, прекрасная книга для любителей истории и ещё много описаний встретила для этого произведения. Как человек, имеющий проблемы с хорошим отношением к истории, могу признаться, что это был не самый увлекательный прослушанный в моей жизни текст, но в целом интересный. Причем более всего интересный для меня одним персонажем (даже не главным, хотя тут как посмотреть).

Ливия — бабуля Клавдия — это нечто. До нее в художественных произведениях существовала только одна женщина, способная довести меня своим появлением до нервного срыва, и женщина эта — мать Тони Сопрано из сериала Клан Сопрано, которую зовут... Ливия! Если кто-то не смотрел этот сериал, то для понимания ситуации напишу, что один известный журнал поставил Ливию Сопрано на 3 место в списке величайших телевизионных злодеев всех времен. Она настолько отвратительна, что иногда приходилось делать паузу и успокаиваться после ее чудачеств (5 лет назад смотрела и до сих пор помню!). И вот неладное я заподозрила во время прослушивания книги, когда словила волну негодования от Ливии из романа. Начала искать информацию и обнаружила, что создатель сериала высоко оценил роман «Я, Клавдий», называя его одним из своих любимых художественных произведений, и что сходства между двумя Ливиями существуют не только в моей голове. Помимо этого, он ещё упоминал, что списывал персонажа со своей матери, поэтому ему можно только посочувствовать. Но для меня Ливия — это просто открытие года.

Все остальные персонажи и действия поэтому не оставили особого впечатления, хотя не сказать, что слушать было скучно. Скандалы, интриги, расследования на минималках и в условиях Древнего Рима. Плюс вечно грустно было за Клавдия — сначала нелюбимого ребенка, затем нелюбимого взрослого. Но не жалею о прослушанном. Эта книга точно не зря фигурирует в многочисленных списках лучшей англоязычной литературы.

Есть два различных способа писать историю: один – чтобы побуждать людей к добродетели, другой – чтобы склонять их к истине.

Скуууууууука. Невероятная скука. А еще интриги. Много много интриг и закулисных махинаций, но почему-то то их изобилия становится только скучнее. Как же так? Я люблю исторические романы, а особенно я люблю исторические романы про древние времена. Ну как мне могло не понравиться? Невероятная ситуация на самом деле, но вот не сложилось и все.

Да, у Клавдия выдалась непростая жизнь, да, он очень подробно и обстоятельно все записывает и за некоторым исключением у меня почти не возникало ощущения, что стилизация то так себе. Само собой, человек его эпохи не так бы строил предложения и не такие бы слова использовал в некоторых ситуациях, ну да ладно, к таким деталям я никогда не придираюсь в подобного рода романах. Так что дело не в этом. Мне просто было неинтересно, я не прониклась, не вчиталась, не хотела узнать, что же там дальше. Единственное, чего мне хотелось, это побыстрее дочитать.

Не могу похвастаться тем, что так уж хорошо знаю этот исторический период, но какие-никакие знания все-таки есть и на мой неискушенный вкус основная масса событий вполне достоверна. Перед глазами Клавдия сменяются разные императоры, а Рим становится все больше и больше похож на гнездо пороков. Все друг друга травят, все друг с другом спят, не осталось как будто ничего святого в этом великом городе. Август, Тиберий, Калигула - каждый из них все сильнее и сильнее культивировал жестокость, подлость, лживость и другие нехорошие качества. Закончилось все это настоящим террором. И конечно на смену таких вот ужасных правителей приходит мудрый Клавдий, который оказался олицетворением различных добродетелей. Вообще, если верить Клавдию, то одаренным он был с самого детства просто никто не воспринимал его всерьез из-за его физических слабостей. В какой-то степени ему это помогало, потому что его никто и никогда не рассматривал как серьезного соперника, а значит он получал преимущество, которым постоянно и умело пользовался.

Не знаю, почему я так отчаянно скучала, но продолжение читать точно не буду, во всяком случае в ближайшее время.

ФМ-2013 (5/6) Книгу эту я прочитала уже дней десять назад, а вот сформулировать своё впечатление о ней никак не соберусь. И это не потому, что она меня не задела, или не зацепила... Как раз наоборот. Очень тревожно, что те вещи, которые Грейвз писал в 1934 году, чтобы предостеречь современников от любования властителями, тирании и тоталитаризма, остаются столь же актуальными почти восемьдесят лет спустя... И потому книга вызывает два равноправных чувства - восхищение мастерством Роберта Грейвза, который оживил для меня персонажей Римской истории и учебников по Римскому праву, и, к сожалению, щемящее чувство горечи - ничему нас история не учит. :( А книга - прекрасная! Обязательно прочитаю продолжение - Божественный Клавдий, поскольку хотя я и знаю прекрасно, что ничем хорошим для самого Клавдия и Римской Империи в целом эта история не закончится, но уж больно написаны книги Грейвза хорошо и интересно. :) Я всё время ловила себя на мысли "чего он так торопится? рассказал бы подробнее, о чем говорили, что делали в эти дни"... :) И Клавдия, от имени которого ведется в этом романе рассказ о правлении трех императоров, он сделал для меня совершенно живым персонажем, пусть и весьма идеализированным... Хотя после Калигулы...

Во-первых, оказалась совсем не скучной, на что кивают некоторые читатели и чего я сама боялась. Все же события, отстоящие от нас без малого на 2 тысячелетия, события, которые мог лицезреть - и наверняка так и было - Иисус Христос.

Но мне показалась крайне любопытной подача и главное - история грамотно построенная. Там где препосылки и углубления в суть вещей начинали утомлять, на сцену выходили интриги, а когда размеренная и будничная жизнь римлян начинала вызывать вопросы, на помощь приходили войны и сражения, которые, кстати, были описаны весьма интересно и живо. А когда волна кровопролитий - но уже в мирной жизни и в исполнении всех этих императоров и иже с ними - зашкаливала, на смену ей приходила философия стоиков.

Сама фигура Клавдия, его тяга к истории, когда для дела, для написания своих своих исторических трудов он походя выучивал язык этрусков от последних представителей этого народа. Когда, полагая принести пользу, изучал те вопросы, в которых имелись проблемы, надеясь вплотную заняться ими и более целесообразно выстроить структуру общественной жизни.

Обладая очень возбудимой и нервической натурой в соответсвующих обстоятельствах, к которой примешивались и немалые телесные недуги, что сказывалось и на его речи и на способности общаться нормально с людьми, тем не менее, занимаясь в этом направлении, мог продемонстрировать великолепное выступление практически на любую тему и почти без подготовки. По примеру Демосфена, который с камнями во рту и не только - разрабатывал свои речевые способности и добился того, что стал великолепным оратором, по его примеру также усердно занимался, порой соединяя в себе косноязычного мямлика и очень достойного оратора.

К слову о Демосфене. Когда-то я тоже применяла этот метод, и пусть я не заикалась, но очень хорошо помню, в каком ужасе находилась перед защитой диплома, когда надо было выступать перед большой аудиторией, рассказав свою тему и не сбившись. В таких способностях у себя я сомневалась. И потому решила тоже бороться своеобразным образом со своими страхами. Я учила свой текст защиты под совершенно драйвовую музыку, с соответствующим словесным наполнением, совершенно справедливо полагая, что если под такую какофонию звуков буду в состоянии выучить и вслух рассказать, то уж на защите не собьюсь. Сработало на все пять! И кстати, рекомендую.

А возвращаясь к роману, в котором, в отличие от самого главного героя, были в основном запоминающимся личности со знаком минус - Калигула, Тиберий, Ливия. Ливия - супруга императора Августа и бабка Клавдия, но всю свою жизнь она плела интриги, заманивала в искуссно сплетенные сети простаков и не очень, добиваясь только ей ведомых целей, преодолевая препятствия одним щелчков пальцев, посылая на смерть также одним движением. Из широко известных исторических фигур с ней может сравниться только Екатерина Медичи, также известная интриганка и отравительница. И все для блага государства.

Зато стоит почитать сухие факты про Клавдия, сколько он сделал для своего государства отнюдь не кровавым путем и сравнение, конечно, не в пользу Августа и его супруги. А уж супруги как старались расцветить жизни своих благоверных, за примером далеко ходить не надо, последние две супруги Клавдия, Мессалина и Агриппина так прославились, что достаточно упоминания их имен.

А книга очень интересно написана, и стиль никакой не каменный, очень сложно было от нее оторваться. Исторических книг, обращающихся к тем временам, не так много - Сенкевич, Ладинский приходит на ум, но и только. А здесь умно и познавательно, остро и иронично, и конечно, обличая все то, что позволяла себе верхушка. Переплетения с современностью тоже нельзя не заметить. Но в любые времена можно будет провести аналогии и это будет всегда.

Люблю жанр монологов, когда повествование ведётся от первого лица, то есть от лица будущего императора Клавдия ("Я, Клавдия"), но еще в тот период, когда его царствованием и не пахло: само действие идет от времен правления императора Августа и до 41 г. н.э. Таким образом, в книге описаны сразу три правления, которые на свое веку повидал Клавдий: 1) Октавиан Август 2) Тиберий 3) Калигула Но, в основном, описаны придворные интриги, казни, убийства и прочие неотъемлемые "прелести" правления Юлиев-Клавдиев. Возможно, описания пыток и убийств кому-то могут показаться слишком животрепещущими (меня покоробило только описание последних дней Германика, брата Клавдия). Надо учитывать специфику времени, о котором написано книга, - читать ее может быть просто далеко не всем. Разумеется, стоит помнить о довольно специфичной системе римских имен, об обилии повторяющихся имен в повествовании, что, конечно, может запутать некоторых читателей, не особо знакомых с Римской историей. Тут могу посоветовать покупать издание, где вложен, во-первых, исторический справочник, а во-вторых, генеалогическая таблица - очень полезно. Плюс описание многочисленных интриг может быть кому-либо утомительно; тем не менее мне такой жанр вполне себе нравится. Сам объем романа также не маленький - около 600 страниц. Словом, книгу могу посоветовать не каждому - да, это действительно качественный увлекательный исторический роман о времена Древнего Рима, но для многих это будет слишком утомительным и не романтичным. В таком случае, могу предложить в виде адекватной замены любимого мной Сенкевича ( Камо грядеши ), где чуть меньше исторических фактов и интриг, а больше любовного фона, но уровень тот же!

— Опустите меня! — в ярости закричал я. — Опустите меня! Я не хочу быть императором! Я отказываюсь быть императором! Да здравствует республика! Но они только расхохотались: — Надо же такое сказать! Не хочет быть императором, говорит! Стесняется! — Дайте мне меч! — закричал я. — Я лучше покончу с собой! (...) — Все будет хорошо, господин, когда ты попривыкнешь, — сказал, улыбаясь, Грат. — Императорам не так уж плохо живется, право слово. Больше я не протестовал. Что толку спорить с судьбой?

Об истории Древнего Рима знания у меня довольно поверхностные. Когда мне это было интересно, книги были только в бумаге и достать их было сложно. Поэтому знакомство с романом "Я, Клавдий" Роберта Грейвза я предвкушала. Как возможность прочесть книгу, у которой много восторженных читателей. Как первое знакомство с произведениями Роберта Грейвза. Как путешествие в малоизвестную мне эпоху. Да и исторические романы что-то давно мне в руки не попадались.

В общем, предсказание сивиллы я прям восприняла с сарказмом. Разобраться кто кому сын, племянник, брат, свояк, пасынок лично мне было сложно. Милая традиция называть детей одними и теми же именами. Усыновления. Браки, разводы и снова браки. Все это - в тесном мирке римских патрициев - "достойных" приобщиться к императорской семье было не так чтобы много, а Ливия явно руководствовалась при заключении браков своих родственников принципом "все в семью". Я даже генеалогическое древо Юлиев-Клавдиев нагуглила, но там были отмечены не все герои книги... Непруха... Ну и ждала я, наверное, большего погружения. Более детального описания персонажей...

Впрочем, удовольствия от книги это не умаляет. Император Клавдий рассказывает об обстоятельствах своего появления на свет, взрослении и как он дошел до жизни такой, что стал императором. Может, автор уделяет мало внимания психологическим портретам таких ярких персонажей, как Ливия, Октавиан Август и т.д. Но за этих героев прекрасно говорят их поступки. Интриги, наветы, подлость, властолюбие, отравления, покушения! Надо отдать должное, жилось во времена Клавдия нескучно.

Ну и ещё, ближе к финалу я часть ловила себя на мысли, что не хочу оказаться в голове кого-то из этих сиятельных психопатов - Ливии, Калигулы, Тиберия и пр.

Что позабавило - " круговорот патриция в природе": 1. Вначале Октавиан Август всячески поощряет патрициев к замужеству и деторождению. Часто - на примере собственных отпрысков.

2. Потом старается дать ребенку все лучшее - должности, почести, назначения.

3. В случае женщин - выдает замуж. И в женихах хочет видеть самых знатных, самых умных, сильных, талантливых и одаренных.

4. Дети подростают. Преуспевают. Август начинает видеть в них соперников. Ревновать. Бояться за свой статус правителя.

5. Обвинение, расправа, смерть или изгнание.

Итого, как говориться, "вот это поворот"! Как удивительно, что после Августа императором стал усыновленный им сын третьей жены от первого брака? И как так могло случиться? Я прям в растерянности...)))

В общем, что в книге самое классное - персонажи живут по принципу carpe diem, quam minimum credula postero.

Ну или у Омара Хаяма:

В сей мир едва ли снова попадём, Своих друзей вторично не найдём. Лови же миг! Ведь он не повторится, Как ты и сам не повторишься в нём.

Интересный роман, который приоткрывает завесу в эпоху, полную страстей, убийств, прелюбодеев, отравителей... Мне всё-таки не хватало глубины в героях, но учитывая количество подлости и вероломства на 1 см2 текста - может, это к лучшему.

Общее впечатление - "когда безумие возведено в степень абсурда".

Роберт Грейвз написал замечательную книгу. Пока я читала, мне казалось, что и правда Клавдий сам написал свою биографию. Ему повезло родиться хилым, заикающимся калекой. Именно это спасло ему жизнь и позволило стать Божественным Клавдием. Он пережил правление Августа, Тиберия и Калигулы. Его женили, не спрашивая мнения и оставалось только покориться, чтобы не вызывать сомнений в своей неполноценности. Сколько раз Калигула хотел его убить в своем помешательстве и удавалось ускользнуть. Продолжение я пока не прочитала, но обязательно возмусь за него.

Невероятно скучная книга. Так монотонно и уныло описывать непрекращающийся поток интриг, убийств и войн, охватывающих более чем 50-летний отрезок времени – это еще нужно постараться.

Книга написана сухо и безэмоционально, от лица Клавдия. Возможно, автор хотел подчеркнуть беспристрастность гг, так как Клавдий питал любовь к написанию исторических трудов (а сам роман по сути историческая автобиография). На мой взгляд, перестарался, даже слишком. Или это манера письма самого автора, я не читала других его работ, поэтому сравнить не с чем.

Тяжелое нагромождение словесных конструкций, ненужные подробности, перемежающиеся лирическими отступлениями Клавдия от основной истории сделали, в принципе, отличную задумку романа воплощением тоски и уныния. Лично мое мнение, только лишь дотошный перфекционист, не умеющий отсекать лишнее, мог написать такой роман. Да простит меня Роберт Грейвз.

При том, что поругать книгу не могу, она мне совсем не понравилась. Есть вторая часть, но не думаю, что когда-либо вернусь к этой истории.