The Spy and the Traitor

Видя, что собака кружит около багажника, Каролина Аскот пустила в ход оружие, какое еще никто и никогда не применял ни в холодной, ни на какой-либо другой войне. Поверх багажника, прямо над спрятанным шпионом, она положила Флоренс и стала менять ей подгузник, который малышка только что, по счастливой случайности, замарала. Перепеленав девочку, Каролина бросила перепачканный и сильно пахнущий подгузник совсем рядом с любопытной овчаркой. «Как я и ожидала, собака обиженно убралась прочь». Обонятельная диверсия изначально не входила в план побега. Уловка с подгузником стала полнейшей импровизацией — и сработала как нельзя лучше.

Мартин Шоуфорд, молодой сотрудник МИ-6, работавший в советском отделе в ячейке Ноктона, получил задание: сделать так, чтобы Гордиевский вырос в глазах сослуживцев и начальников. Шоуфорд, прекрасно говоривший по-русски и недавно вернувшийся из командировки в Москву, занялся добыванием политических материалов. Он начал собирать всевозможную информацию, которую Гордиевский затем мог бы передавать в КГБ, как если бы собрал ее сам. Она должна была убедить Центр в том, что он ловко раздобывает политические разведданные, и в то же время не должна была приносить пользу СССР. На шпионском жаргоне такие материалы называют «цыплячьим кормом»: они содержат правду, но не могут нанести никому большого вреда, так что, отдавая их в руки противника, можно раздобыть своему агенту репутацию человека надежного. с виду это жирная, сытная пища, но никакой настоящей питательной ценности она не имеет. В годы Второй мировой войны британская разведка достигла высочайшего мастерства в приготовлении «цыплячьего корма» и поставляла огромное количество тщательно отфильтрованной информации через двойных агентов их немецким кураторам: сведения, содержавшие правду, шли вперемешку с правдивыми наполовину и с заведомо ложными сведениями, при этом выявить ложь было невозможно.